Чтение онлайн

— Не знаю, Сол...

— Замолчи и делай, что я говорю. Черт возьми.

Иммордино оглянулся через плечо. Ему показалось, что между машинами мелькнула тень. Он замер и ждал, нервы его напряглись до предела. Возможно, там прячется убийца. Но скорее всего — нет. Если бы кто-то следил за ними от самой психушки, он бы уже засек этого типа. Разве что убийца очень ловок. Или работает не в одиночку. Сол попытался припомнить, что за человек Джуси, согласится ли он платить хорошие деньги за квалифицированную работу. И не мог прийти ни к какому заключению.

Опустившись на колено, Сол повнимательней разглядел цилиндр

замка на крышке багажника. Приставил к нему прямой конец монтировки рядом со скважиной, пытаясь найти зацепку, но проклятая штуковина все время соскальзывала. Он перевернул монтировку загнутым концом вперед и стал бить по замку, чтобы подсунуть конец под край цилиндра. Сперва ударил легонько, потом сильнее потом еще сильнее, и в конце концов покрыл весь цилиндр вмятинами.

Поддавайся же, черт возьми.

— Похоже, сигнализации нет, а, Сол?

Шутить вздумал, негритос. Сол не отвечая колотил по замку, пока не подсунул под него загнутый конец монтировки и не вывернул весь цилиндр. Потом, подцепив край крышки, откинул ее. Поднялась она свободно, с легким скрипом.

Отдав инструменты Чарльзу, Иммордино потянулся к спрятанному за поясом пистолету.

— Сол, что ты собираешься делать?

— Не догадываешься? Буду дожидаться в багажнике, пока они не выйдут. Когда усядутся, выстрелю Тоцци в голову, и все дела.

Сол осмотрел пистолет, убедился, что в обойме патроны есть, и вогнал ее на место.

— Будешь стрелять сзади?

— Как же еще?

— А не лучше ли спереди? Как всех остальных. Я хочу сказать, если собираешься представить это делом рук Эмерика, надо всех убрать на один манер, разве не так?

— Спереди, сзади — какая разница? Главное нанести знак креста, верно? И угробить Тоцци к чертовой матери.

— Не злись ты, Сол. Я просто спрашиваю. Наверно, можно и сзади, не знаю. Убийцы-маньяки не всегда пришивают одинаково. Мне так кажется. Кстати, я как-то видел по телевизору фильм про Джека-Потрошителя. Там он всех убивал по-разному. Резал, вспарывал живот...

— Кончай, Чарльз. Не действуй мне на нервы. Замолчи и не мешай.

— Я хотел помочь. Теперь же я член твоей семьи.

Иммордино нахмурился и отвернулся.

— Да... знаю.

Подняв крышку до отказа, он влез в багажник. Джип слегка осел, и Чарльз с сомнением глянул на Сола. Слушать его Сол не хотел.

— Иди к своей машине, Чарльз, сядь в нее и не показывайся. Только не засыпай, слышишь? Когда увидишь, что череп Тоцци разлетелся вдребезги, быстро подъезжай за мной. Понял? Мотор не заводи, пока не увидишь, что он получил свое, но и резину не тяни. Понятно?

— Понятно, понятно. Не проблема.

Чарльз кивнул, будто завзятый профессионал. Сол закрыл глаза. Ему не хотелось даже думать обо всем, что может наворотить этот недотепа.

— Теперь захлопни крышку и уходи.

— Еще одно дело, Сол.

— Какое?

— Ты не убьешь девушку, а?

Иммордино так и знал, что он об этом заговорит.

— Нет, если нужды не будет.

— Не надо убивать ее, Сол. Ей ничего не известно. Она не слышала, как ты вчера разговаривал в больнице. Я знаю, что не слышала. Обещай, что ничего с ней не сделаешь. Ладно, Сол? Ради меня.

— Слушай, Чарльз, я не знаю, что ей известно и что нет. Но если она обернется и увидит меня, придется ее убрать. Если не станет оборачиваться —

никаких проблем. А иначе выбора не останется.

Чарльз кивнул, но вид у него был недовольный. Совсем без ума от этой девки. Расстраивать его сейчас ни к чему, но Сол уже принял решение. Мисс Накачивайся должна умереть. Она явно слышала, как он разговаривал с Чарльзом в больнице, и рискованно оставлять свидетельницу после убийства Тоцци. К тому же Эмерик известен как убийца блондинок. Будь у него возможность кокнуть такую соблазнительную девицу, он бы не оставил ее в живых. Это не совпадает с его повадками.

Конечно, если ее застрелить, с Чарльзом не будет никакого сладу. А негритос этот пока что нужен. Сол сжал губы и задумался, Может, убивать ее необязательно. Черт его знает. Придет время, станет ясно, да или нет. Если она обернется и увидит его, ничего другого не останется. Точка.

Сол поднял взгляд на встревоженное лицо Чарльза:

— Не волнуйся. Захлопни крышку, ступай к машине и сиди там.

— Ладно.

Чарльз кивнул и повиновался, но в голосе его читалось сомнение.

Услышав удаляющиеся шаги Чарльза по гравию, Сол в темноте попытался устроиться поудобнее. Тесно, но тут уж ничего не поделаешь. Если спрятаться на заднем сиденье, его могут заметить. Сол согнул колени и скорчился в эмбриональной позе, потом, зажав пистолет между коленей, достал из кармана пиджака глушитель. Тишину нарушил легкий скрежет металла по металлу.

Внутри джип пахнул Мисс Накачивайся, не сильными духами, а чем-то душистым, свежим, напоминающим не то зеленые яблоки, не то дыню... Сол изменил позу, чтобы расправить плечи, и уперся во что-то коленом. Это оказался плюшевый медвежонок. Белый, мягкий. Сол пристроил его под голову. Медвежонок пахнул девушкой еще сильнее, запах был приятным. Да, малышка она славная. Однако, если прижмет, придется ее убить. Жаль, но это будет расплатой за амуры с треклятым Тоцци.

На душе у Тоцци было паршиво. Из-за Стэси и Джона он чувствовал себя скотом, хотя, собственно, ни в чем не был виноват. Она дулась и недоумевала, почему он избегает близости, а Джон, сидящий на другом конце длинного ряда столов, метал в него взгляды поверх пивной кружки, словно снайпер. Считалось, что они празднуют его победу, черт возьми. Все остальные праздновали. Пиво было разбавленное, официантки не клали, а швыряли пиццу на стол, музыкальный автомат играл слишком громко. Испытания окончились. Теперь можно было успокоиться, слегка выпить, расслабиться, повеселиться. Но этим двоим было не до веселья. Джон думал, что Тоцци нарочно его злит, а что думала Стэси, он не представлял. Они просто ничего не понимали.

Тоцци под столом провел пальцем по внутреннему шву брюк возле паха. У него уже выработалась нервная привычка постоянно проверять, не наступило ли улучшение. Не наступило.

Стэси забросила волосы за плечо и уставилась в кружку с имбирным элем. Ей не хотелось сидеть здесь. По пути из спортзала она все спрашивала, нельзя ли махнуть рукой на это празднество и поехать в тихое местечко, где можно поболтать. Тоцци понимал, что разговор сведется к их отношениям, а ему этого не хотелось. Как, черт возьми, признаться женщине, что чувствуешь себя импотентом. Он глянул в ложбинку между грудей Стэси. Меньше всего на свете ему хотелось ее сочувствия.