Чтение онлайн

— Тётя Зоря… — храбро шепнул Икира.

Гетман дёрнул ухом. А тётя Зоря не шевельнулась, но сказала басовито:

— Это кто там гуляет среди ночи?

— Это я, Икира…

Тётя Зоря наконец вскинула очки.

— Иванко?

— Да. И Марко…

— Солончук из шестого, — уточнил Марко. Нельзя же, чтобы маленький Икира один проявлял смелость.

— А, столичный житель! — вспомнила тётя Зоря. И спохватилась: — А чего это вас носит дурная сила, когда надо спать? Нет на вас «тараскиных слез»…

Строгость была ненастоящая, Марко торопливо заговорил:

— Тётя Зоря, нам надо посмотреть

в телескоп на Луну. Очень-очень. Пустите нас, пожалуйста, в школу. Мы недолго…

— Выбрали время!

— Это же не мы выбрали, а Луна, — разъяснил Икира.

— Она же не спрашивает, — добавил Марко.

— «Не спрашивает»… А ты разве ещё не забрал свою трубу домой?

— Не забрал! Юрий Юрьевич попросил пока оставить для летнего лагеря…

— Вот узнает Юрий Юрьевич про эти ночные дела, задаст нам всем…

— Не, он не задаст! — уверил Икира.

— Ох, Иванко, непутёвая твоя голова… Пошли, сама отопру, там замок тугой…

В школе пахло школой — пересохшей масляной краской, мелом, буфетом (где, несмотря на блокаду, кое-как подкармливали завтраками малышей), деревом старых книжных шкафов и кожаными матами из спортивной кладовки.

Лунные квадраты лежали на полу и отражали свет па стены. Половицы казались тёплыми от фосфористых лучей. А нарисованные Топкой и Пикселем рыбы, осьминоги, кальмары, медузы, дельфины и русалки будто оживали на стене среди шевелившихся морских трав. И похоже, что по коридорам и лестнице сновали сделанные мелом рисунки — те, которые удрали с досок раньше, чем их стёрли дежурные. Всякие чертенята, коты с хвостами-кактусами, космические пришельцы и добродушная биологичка по прозвищу Живая Природа (она не обижалась на карикатуры). Икира опять взял Марко за локоть — конечно, не от боязни, а просто так…

На третьем этаже Марко отпер скрипучую дверцу. Птичьи чучела на полках растопырили перья. Гипсовый череп неандертальца многозначительно улыбнулся сквозь стекло шкафа (Икира не стал смотреть в ту сторону). В углу на столе Луна высветила макет бревенчатой славянской крепости (Слон однажды сказал, что в ней живёт домовой но имени Сырояр, и Кранец, который был здесь же, поверил).

Силуэт телескопа чернел на подоконнике, луна висела точно посреди окна. Марко толкнул створки. Ночь вошла в комнатку тёплым вздохом — со всеми её запахами, цикадами и серебром. Марко развернул метровую трубу в сторону Луны. Покрутил винты и кольцо окуляра.

Икира подтащил табурет. Цилиндрик окуляра торчал на конце трубы, сверху. Икире было неудобно смотреть с пола, пришлось бы вставать на цыпочки.

Марко уже не очень удивлялся пепельно-серебристым лунным пейзажам, которые рефлектор приближал чуть не к самому носу. Интересно, разумеется, загадочно, однако в конце концов делается однообразным. Гораздо интереснее ловить зеркалом оранжевый шарик Марса, Юпитер со спутниками, Сатурн с тоненьким кольцом, размытые пятнышки галактик. Но сейчас как их найдёшь в лунной зелени неба…

К тому же, Икире нужна была именно Луна. Он взобрался на табурет и нетерпеливо вздыхал.

— Ладно, смотри… — Марко отодвинулся от окуляра. — Только осторожнее, не сбей наводку…

— Я не… ух ты… — Икира часто задышал. Наверно, в увиденном была для него своя, одному ему понятная сказка.

Марко

рядом с треногой телескопа упёрся в подоконник локтями. Стал смотреть па залив. От Луны тянулась по воде широченная полоса. Будто из великанского мешка рассыпали от горизонта до низких крыш на берегу золотую стружку. И была бы полная красота, если бы не чёрный крейсер. «Полковник Дума» перегораживал светлую дорогу по всей ширине.

Может быть, и это было бы красиво — силуэт корабля в лунном пространстве. Если бы не знать, какой это корабль! Но Марко помнил запах взрывчатки…

Икира повозился на табурете.

— Марко, можно чуть-чуть опустить трубу?

— Зачем?

— Я хочу посмотреть на крейсер…

— Нашёл что смотреть. Там же темно…

— На нем, кажется, есть огоньки… Или нельзя?

— Да почему нельзя? Смотри… Только он будет вниз мачтами…

Марко случалось разглядывать в телескоп крейсер днём (правда, украдкой: чтобы оттуда не заметили в свои стереотрубы мальчишку наблюдателя). «Полковник Дума» словно оказывался в двадцати метрах. Можно было разглядеть заклёпки на железных плитах, лица матросов, бегавших вниз головой. Видна была даже штопка на кормовом флаге и помет чаек на звеньях якорной цепи. Однажды он усмотрел командира крейсера. В белом кителе и аксельбантах. Тот стоял у поручней и таращился на берег. Различима была над бровью круглая бородавка. Лицо казалось одутловатым и противным — будто правнук полковника Думы с лицейского портрета… А сейчас что увидишь? Ну, раз Икире это надо…

Марко повёл трубой вниз, заплясали в глазах жёлтые бабочки лунной россыпи на воде. Потом надвинулся сверху чёрный борт. Над бортом у поручня горел фонарь в проволочной решётке (Икира правду сказал!). У фонаря темнела перевёрнутая фигура — видимо, вахтенный. Лица и нашивок не разглядеть… Марко вновь повёл трубой. Выступили из тьмы освещённые фонарём броневые листы с клёпками и медное кольцо иллюминатора. Может быть, удастся что-то разглядеть в круглых оконцах — если где-то включён свет?

Марко шевельнул трубу ещё ниже. Перестарался. Чёрный борт показал нижний край и своё отражение. А дальше — опять пляска сверкающих бабочек.

— Что-нибудь видно? — выдохнул Икира с вежливым нетерпением.

— Сейчас. Подожди… Ой!

— Что?!

— Кто-то прыгнул с борта!

В телескоп казалось, что не прыгнул, а взлетел. В гущу лунных огоньков. И замахал руками

— Куда прыгнул?! — Икира чуть не слетел с табурета.

— Плывёт… На, взгляни…

Икира прилип глазом к окуляру.

— Да, плывёт. К берегу… А зачем он?

— Откуда я знаю… — И в этот миг словно застучали молотками но железу. Часто и безжалостно. Там, вдалеке, на крейсере.

— Стреляют! Марко, это пулемёт!

Марко толчком плеча отодвинул Икиру. Увидел опять голову и машущие руки пловца. Вокруг головы вспыхнули фосфорические фонтанчики, а через несколько секунд вновь застучали молотки (долетел звук!). Икира крупно задрожал рядом. Марко обнял его за плечо, прижал.

— Не бойся, это далеко…

— Это мы далеко. А он… Дай взгляну!

И взглянул, и вздрогнул опять от нового железного стука.

— Марко, зачем они?..

— Наверно, это дезертир. Не хочет воевать вместе с ними…