Прямо в сердце

Переводчик: Ксюша Попова

Группа: перевод для групп ­­BestRomanceBook и ­Книжный червь Переводы книг

 Любое копирование и размещение перевода без разрешения администрации, ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО. Перевод осуществлен исключительно в личных ознакомительных целях, не для коммерческого использования. Автор перевода не несет ответственности за распространение материалов третьими

лицами

1989

СНЕГА НЕ БЫЛО.

Накануне вечером мальчик молился, ему очень хотелось проснуться в свой день рождения и увидеть снег. Словно белые хлопья способны стереть прошлое, и тогда он сможет начать жизнь с чистого листа. Возможно, вернется в прошлое, в тот день, когда на его день рождения последний раз шел снег.

В день, когда мать отдала его.

Оставила в детском доме Хиллсайд, как будто он был использованной зубной щеткой, потрёпанной, бесполезной и грязной.

Мальчик часто думал о том, что в тот день сделал бы по-другому. Возможно, если бы он не настаивал на покупке игрушечного льва, Лионеля, мать никогда не отдала бы его. Или, может быть, если бы он больше старался, то смог бы убежать. Вероятно, если бы он плакал громче, мама смогла увидеть, как ему больно, насколько он потерян без нее.

Мальчик молился о снеге, чтобы опять пережить тот день и попытаться снова.

Но когда проснулся раньше положенного и тихонько прокрался по истертым половицам, стараясь не разбудить других мальчиков, то увидел лишь серый и унылый пейзаж.

Еще один день в мире тьмы и печали.

Еще один день, когда его никто не любит.

— Лаклан, — прошептал его друг Дэви. — Возвращайся в постель, пока Старый Гнедой тебя не застукал.

Старый Гнедой - прозвище мистера Дугласа Честера, смотрителя детской спальни. Он не был ужасным человеком, определенно не таким, как глава приюта, мистер Рэтчет, но он был холоден и бесчувствен к мальчикам и особенно раздражителен по утрам. Если он застукает Лаклана в постели до установленного времени, то может послать его к мистеру Рэтчету. Никогда не знаешь, что может вывести старика из себя.

Лаклан кивнул Дэви и направился обратно к своей кровати как раз в тот момент, когда дверь открылась, и внутрь хлынул свет.

— Лаклан Локхарт! — Старый Гнедой ухмыльнулся ему, включив свет. — Что ты делаешь вне постели? Пытаешься сбежать?

Лаклан застыл на месте и уставился себе под ноги, в то время как остальные в комнате зашевелились. Лаклан никогда не хотел становится смутьяном. Он был тихим и замкнутым, и все же неприятности продолжали искать его. Лаклан так отчаянно нуждался в любви, что порой его чувства брали верх и выходили из-под контроля.

— Посмотри на меня, мальчик, — сказал Старый Гнедой, и Лаклан поднял голову, щурясь от света. — Ты должен спать, пока я тебя не разбужу. А теперь предупреждаю, если еще раз застану тебя

вне постели, отправлю к мистеру Рэтчету.

— Да, сэр, — сказал Лаклан, снова уставившись в пол.

— О-о-о, — хором сказали остальные мальчики, код для того, кто оказался в беде.

Но сегодня у Старого Гнедого было не то настроение.

— Заткнитесь все, или вас тоже отправят к мистеру Рэтчету.

Все мигом замолчали.

Лаклан вернулся к каморке в стене рядом с кроватью и стал готовиться к предстоящему дню, начав с колючей накрахмаленной униформы. Мистер Рэтчет считал, что мальчики всегда должны выглядеть наилучшим образом, ведь никогда не знаешь, когда появится пара, желающая усыновить одного из них.

Поэтому же Лаклан всегда уделял больше времени волосам, расчесывая их и пытаясь привести в порядок. Вот как сегодня.

Не только потому, что наступил день его рождения, который не признавали в Хиллсайде, но и потому, что это был День святого Валентина.

В этот день многие будущие пары останавливались в детском доме в поисках ребенка для усыновления. Видимо, что-то связанное с любовью, витавшей в воздухе (но, конечно, Лаклан никогда не знал, что такое любовь). Пара не забирала детей сразу, процесс оформления был долгим и затянутым, но сегодня у мальчиков появлялась надежда.

У Лаклана появлялась надежда, хотя его еще даже не выбрали.

Он просто знал, что когда-нибудь найдет того, кто полюбит его.

Свою семью.

Лаклан в последний раз взглянул на себя в зеркало, поморщившись от вида торчащих ушей, потом поднял Лионеля с кровати и, убедившись, что никто не смотрит, поцеловал игрушку в нос. Затем спрятал льва в кровать и последовал за остальными в зал.

День прошел так же, как и все предыдущие.

Они съели свой скучный завтрак из овсянки и апельсинового сока.

Мисс Блэк учила их.

На обед у них были рыбные палочки, все еще замороженные в серединке.

А затем опять учеба.

И в течение дня появлялись парочки, заглядывающие в дверь класса.

Лаклан был очарован ими. Всегда одетые в свои лучшие наряды: мужчины в костюмы, женщины в платья или красивые брюки, аккуратные прически и макияж. И хотя Лаклан никогда не мог приблизиться к ним, всегда чувствовался запах их духов. В День святого Валентина коридоры Хиллсайда наполнялись ароматом роз, сирени и свежего белья.

Лаклан очень хотел оказаться рядом с этими людьми. Иногда он подумывал просто выбежать к ним и спросить. Что плохого в том, чтобы спросить? Они ведь искали ребенка, да? Может быть, они захотят взять того, кто хотел уйти отсюда сильнее других?

Но Лаклан никогда не вставал, потому что знал, так он попадет в беду и в какой-нибудь черный список, детей из которого никогда не усыновляют.

Поэтому он просто выпрямился на стуле, стараясь выглядеть так, будто внимательно слушает учителя, и, если знал, что ответит правильно, поднимал руку. По крайней мере, он мог попытаться выглядеть умным.