Чтение онлайн

– Два года назад.

– А где живете сейчас?

– У Сандры. У нее квартира с двумя спальнями. Я остановилась у нее. К ней приезжает брат. А Морган просто собрал вещи и ушел.

– Вы, конечно, знаете Моргана? – спросила миссис Кул.

– Нет, – ответила Альма Хантер несколько поспешно. – Я никогда не одобряла всего этого. Сандра кое-что рассказывала о нем. Если не возражаете, я предпочла бы не говорить об этом.

– Не возражаю, – подтвердила миссис Кул. – Если это не относится к делу, на черта мне это нужно! Но если это имеет отношение к делу, лучше я все выясню сама из расчета скольких-то долларов в день, чем вы будете рассказывать. В общем, как хотите, дорогуша.

Альма

Хантер слегка улыбнулась.

– Пожалуйста, не обращайте внимания на то, что я чертыхаюсь! – продолжала миссис Кул. – Мне нравится чертыхаться, и мне нравится свободная одежда, потому что я хочу чувствовать себя удобно. Я рождена быть толстой бабой. Десять лет я ела только одну зелень, пила отцеженное молоко и жевала сухой хлеб! Носила жутко тесные пояса и такие же тесные лифчики! И все время следила за весом. И за каким чертом все это было?! Чтобы выйти замуж.

– И вышли? – Глаза Альмы Хантер заблестели.

– Да уж, заполучила.

Мисс Хантер вежливо промолчала. Однако миссис Кул это не понравилось.

– Все совсем не так. Но, черт возьми, в данный момент не время заниматься диссертацией на тему моей частной жизни.

– Простите меня, – сказала мисс Хантер. – Я не хотела совать свой нос в вашу частную жизнь. Мне действительно это интересно. У меня свои проблемы. Но мне не нравится, когда так цинично говорят о браке. Мне кажется, когда жена действительно старается наладить семейную жизнь, когда в доме хорошо и приятно, тогда муж ни на минутку не захочет отвлечься, после двух…

– За каким чертом баба должна стараться для мужика? – спокойненько возразила Берта Кул. – В конце концов, не они хозяева мира.

– Такова женская доля, – заметила Альма Хантер. – Биология.

Берта Кул посмотрела на нее поверх очков:

– Если вы хотите поговорить о биологии, поговорите с Дональдом. Он знает все о брачной жизни микробов.

– Но мужчины же не микробы.

Берта Кул вздохнула: грудь и живот заколыхались.

– Послушай, мне не хотелось бы говорить о своем браке. Мне это неприятно. Придет день, и кто-нибудь расскажет Дональду, какой я была стервой по отношению к мужу. А может, я расскажу ему сама. Но сделаю это, черт побери, не в рабочее время или, может быть, когда ты со мной расплатишься, дорогуша. Но, ради бога, не выходи замуж с желанием поставить мужика на пьедестал. Тогда ты будешь ползать на коленях, выгребая из углов паутинки. И будешь делать это до тех пор, пока какая-нибудь маленькая штучка не начнет смотреть на твоего мужа снизу вверх большими голубыми глазами, а ты осознаешь, что ты всего лишь уборщица с грубыми руками и мозолями на коленях. Знаю, ты думаешь, что у тебя муж будет не такой, но все мужья такие, поверь мне.

– Но, миссис Кул…

– Ладно, если хочешь все по порядку, послушай, что со мной было. И ты, Дональд, вникни, тебе полезно будет.

– Да мне что, – сказал я, – мне безразлично, вы могли бы…

– Я твой босс, заткнись и не перебивай, когда я говорю. – Она повернулась к Альме Хантер и продолжила: – Забудь, что такие мужья бывают, иначе всю жизнь будешь несчастливой. Мой муж был довольно заурядным, я продолжала диету, но в одно прекрасное утро глаза мои открылись. Я смотрела на него и думала: «Какого черта я получаю за мои жертвы?» Он за завтраком на моих глазах мог сожрать персики со сливками, огромную тарелку геркулеса с маслом, ветчину с омлетом, кофе со сливками и парой ложек сахара – и не прибавлял ни грамма. А я сидела напротив, и мой желудок на коленях умолял дать ему хотя бы ложечку геркулеса. А я что делала? Брала ломтик сухого хлеба, размельчала его на кусочки и медленно грызла их, пока муж не закончит завтрак. В конце концов настал день, когда он сказал, что ему нужно в Чикаго по делам. У меня возникли

подозрения, и я наняла детектива. Оказалось, что он со своей секретаршей поехал в Атлантик-Сити, и в понедельник, как раз во время завтрака, детектив позвонил и сказал, как идут дела.

Глаза Альмы Хантер искрились.

– Ну, и вы развелись?

– Черта с два, – ответила миссис Кул, – зачем мне разводиться с червяком. Он же все-таки меня содержал. Я ему просто сказала: черт с тобой, Генри Кул! Если тебе хочется, чтобы я терпела твои уик-энды с крашеной шлюхой, то ты будешь терпеть то, что я буду есть все, что захочу. И тут же положила себе огромную тарелку геркулеса с маслом и залила все это сливками. Да еще добавила несколько ложек сахара. И все это слопала до того, как муж набрался храбрости, чтобы начать врать о своих похождениях.

– А затем? – допытывалась Альма.

– Ну, – продолжила миссис Кул живо, – он все врал и врал, а я все ела и ела. Потом мы пришли к соглашению. Он продолжал разъезжать с крашеной девкой, пока она не начала его шантажировать. Уж этого-то терпеть я не захотела, выгнала маленькую стерву к чертовой матери и сама выбрала ему секретаршу.

– Которая бы не соблазнила его?

– Да нет, – ответила миссис Кул. – К тому времени я здорово растолстела и решила: пусть Генри иногда развлекается. Я нашла симпатичную девицу, которую знала года три до того и которая не смогла бы его шантажировать. Уверяю тебя, дорогуша, до сегодняшнего дня я не знаю, спал ли он с ней или нет. Наверное, сумел. Я-то знаю, что она была не прочь погулять. Ну а Генри? Бабник он был. Однако она была чертовски хорошая секретарша. Генри казался мне счастливым, а я ела, что хотела. Все было замечательно, но пришел день – и Генри умер.

Она зажмурила глаза, но я не был уверен: просто так или у нее блеснула слеза? Тут же она заговорила о деле:

– Вы обе хотите, чтобы ему вручили повестку? Я это организую. Что еще?

– Ничего, – ответила Альма Хантер. – Остается только вопрос о гонораре. Сколько?

– У Сандры Беркс есть деньги?

– Она не очень богата, но у нее…

– Выпиши чек на имя Берты Кул на сто пятьдесят долларов. Я отправлю его в банк, и если его не завернут, мы поищем Моргана Беркса. Когда найдем, вручим повестку. Если это произойдет завтра, ста пятидесяти долларов достаточно, а если поиски продлятся больше недели, двадцать долларов за каждый лишний день. Каков бы ни был результат, деньги назад не возвращаем. Откровенно говоря, если мы его не найдем в течение семи дней, значит, вообще не найдем. Так что тратиться незачем, просто потеря денег.

– Но его обязательно нужно найти! – воскликнула Альма. – Иначе просто беда!

– Послушай, дорогуша, вся полиция на ногах! Я не говорю, что мы не сможем найти его, но я и не говорю, что мы сможем найти его. Я просто советую не тратить больше, чем нужно.

– Что касается полиции… Сандра им не помогает. Она может…

– Это значит, Сандра знает, где он находится?

– Нет, она не знает, но ее брат знает.

– Ее брат? А кто он?

– Его зовут Томс. Б.Л. Томс. Он хочет помочь Сандре. Сейчас она встречает его на вокзале. Он знает подружку Моргана. Вы, наверное, сумеете найти его через нее.

– Хорошо, – заметила Берта Кул, – как только мы получим деньги, начнем.

Альма Хантер открыла ридикюль.

– Я вам дам наличными.

– Отлично. Позвольте полюбопытствовать, почему вы пришли именно ко мне?

– Адвокат Сандры сказал, что у вас многое получается; вы занимаетесь делами, от которых другие сыскные бюро отказываются. Бракоразводные дела и тому подобное…

– А кто этот тип? – перебила Берта Кул. – Я забыла посмотреть. Дональд, подай мне бумаги. Нет, пожалуй, не надо. Только скажи, как его зовут.