Чтение онлайн

— Здесь дело сделано, — констатировал я, вручая Лилит свой пистолет. — Но это еще не все. Держи ее на прицеле. Если попробует кому-то позвонить или атакует тебя в ментальном пространстве — просто нажми на курок. Это решит проблему.

Сказав это, я бросился обратно в тайник. Забрав из рук манекена лазерную винтовку, я поспешил на улицу. Заряд батареи был сто процентов.

Когда я показался над парапетом, телохранители Маровски преодолели половину лестницы и находились метрах в восьмидесяти. Завидев меня, они немедленно остановились и открыли огонь.

Я находился вверху, за

гранитным прикрытием — едва различимой в темноте частью силуэта. В их руках были «кольты», хорошие автоматические модели, но против огневой мощи моего грозного оружия это были просто хлопушки.

Но все же у них был небольшой шанс — попасть в те драгоценные для них мгновения, пока я наводил винтовку. Поскольку их было двое, величина этого шанса даже умножалась на два — и они поторопились его реализовать. Держа пистолеты обеими руками, они стреляли «по-американски», как в тире. Пули пронеслись слева и справа от меня, одна щелкнула о камень перил… Возвещая о том, что скудный кредит времени исчерпан напрасно, лазерный луч заплясал по их позиции — срезая кусты живой изгороди, испаряя воду в лужах и прекращая неравную дуэль.

Окинув останки телохранителей взглядом сквозь электронный прицел, я вернулся в дом.

Толстяк и его компаньонша оставались на своих местах. Культистка сидела на ковре, баюкая искалеченную руку. Но все-таки ее положение «вне игры» было получше, чем у разрезанных на части телохранителей.

— Вот теперь все, — сказал я Лилит. — Надо как следует расспросить твоих гостей…

Исследуя память Регины, я узнал, что она из другого города и прибыла в этот лишь две недели назад.

Там она начинала с роли председательницы некоего подпольного женского клуба. Принадлежащие к нему дамы изначально были не совсем нормальными — сдвинутыми на теме ведьм. Эта тема разбавлялась в изрядной пропорции лесбийским сексом в стиле садо-мазо. На начальной стадии баловство с черной магией выглядело не более чем развлечением — как сигаретка-другая галута, раскуривавшаяся накануне сексуально-колдовских вечеринок… Но затем «ведьм» заметили, и за кулисами их балагана появился новый постановщик — Координатор Культа.

Он снабдил Регину щедрыми посулами и «древним манускриптом» с ритуалами. Действуя по инструкциям своего таинственного покровителя, она вскоре втянула ни о чем не подозревающих «ведьм» в обряды куда менее невинные, нежели все их сглазы, привороты и ворожба… Колдовство становилось все более замысловатым. Затем в нем начало выкристаллизовываться поклонение богине Луны. Принимаемые «магические» зелья, помимо всякой посторонней мути, имели в своем составе мощные галлюциногены, а также повышающие внушаемость препараты. Постепенно пикантные вечеринки на любителя превратились в сумасшедшие оргии, в которых лилась кровь приносимых в жертву животных.

Для следующего акта классической культистской пьесы Координатор снабдил их младенцем, выкраденным из родильного дома. Столь эпохальное событие, как ритуальное убийство, было незамедлительно вознаграждено — Регину снабдили даром телепатии. Она не имела ни высоких интеллектуальных показателей, ни выдающегося восприятия, и поэтому дар телепатии воплотился

только в рамках визуала. Но и этого оказалось достаточно, чтобы произвести на остальных «Дочерей» ошеломительно сильное впечатление.

Вкупе с кровавой порукой это стало для них точкой невозвращения. Тайное могущество, незримая темная власть… Отныне «Дочери» окончательно поняли, что достичь этого реально.

Нежданно-негаданно Старшая Дочь их покинула — назначив преемницу, она поднялась на другую ступень в иерархической структуре Культа. Из Жрицы, руководительницы ячейки Внешнего Кольца, Регину повысили до Смотрителя — с переводом в этот Сектор.

Содержание ее деятельности поменялось. Действуя с подачи Координатора, ей предстояло контролировать не рядовых послушников, а Владетелей — агентов влияния, задействованных в сфере бизнеса, с распоряжением скупать через этих подставных лиц разлекательные заведения. Для начала Координатор снабдил ее суммой в четырнадцать миллионов и указал на Оскара Маровски.

Я переключился на сканирование его памяти.

До знакомства с Региной Маровски был состоятельным шестидесятилетним господином, владельцем сети крупных компьютерных клубов. Со здоровьем у него было не все в порядке… Он был постоянным клиентом одной трансплантационной клиники, чей уровень не уступал лучшим легальным медицинским учреждениям, но услуги стоили в несколько раз меньше. Уже два раза он менял там почки и печень и один раз — предстательную железу. Естественно, причина чудесной дешевизны на органы имела простое объяснение — клиника снабжалась падальщиками.

Эта кухня заботила толстяка мало, куда больше его волновала своя собственная. С самого детства он любил вкусно покушать, но последние семь лет терпел танталовы муки, сидя на изнурительной диете. Кроме того, несколько месяцев назад возникли проблемы с сердцем. Пересадка его была не за горами, но пока что господин Маровски был вынужден приостановить увлечение мальчиками, которые также были его страстью, — третьей после стяжательства и обжорства.

Кроме этих «лишений» в его жизни были бесконечные пилюли и капельницы, инъекции и процедуры, омолодительные курсы, которые он проходил раз в полгода в столичном Центре геронтологии… Регина предложила вместо всего этого «эликсир вечной молодости». Причем не нужно было ничего платить — напротив, это она предлагала Оскару деньги, причем деньги немалые…

Я вытаскивал в его сознание одно воспоминание за другим.

Культ купил его с потрохами. На следующий день его сеть компьютерных клубов дополнили два больших бара, затем настал черед других общественных мест. Самочувствие толстяка наладилось, но с психикой дело пошло иначе. Он поистине свихнулся на почве золота и драгоценностей — видимо, они стали для него воплощением вечной жизни, проведенной в роскоши и все время увеличивающемся богатстве. Тешась этой перспективой, Оскар обвешал себя украшениями, как новогоднюю елку, — и постоянно думал о пополнении ювелирной коллекции… Я как раз вытащил в его сознание упоительную картину-мечту, в которой он возлежал на патрицианском ложе среди целого гарема мальчиков и столов, ломящихся от вин и яств, — когда Маровски внезапно напрягся.