Проводник
Шрифт:
— Не оборачивайся, Локи! — от голоса Учителя я вздрогнул на ходу. — Ты все правильно сделал, и сейчас уже достаточно глубоко вошел в Лабиринт. Я уверен, что ты сможешь сам выйти отсюда.
Я знал, что Учитель по уровню свечения вокруг меня, видимого ему одному, без труда определил, где, в какой части Лабиринта я нахожусь.
— У нас возникли непредвиденные обстоятельства, — продолжил он, зная, что я сейчас не могу себе позволить сказать ни единого лишнего слова. — Ли, единственная дочь Эххэнны, Ее Величества рода Хэ, застряла в этом Слое,
— Рой? — мысленно спросил я, удерживая темп и не забывая учитывать изменения реальности вокруг.
— Твой друг Рой достаточно глубоко проник в Лабиринт, но все же не так близко к Внутреннему Барьеру, как ты. А дело срочное. Я знаю, что это серьезная работа, но выхода у нас нет. Само собой, если ты выведешь Ли, считай, что экзамен тебе зачтен, к тому же с определенными привилегиями.
Я протянул, не оборачиваясь, свободную правую руку и почувствовал вложенные в мою ладонь тонкие пальцы. Ее рука тут же передала мне ее образ.
— Совсем еще девчонка! — подумал я.
— Ли! Следуй за ним и ради Всех Святых не открывай свой болтливый рот. Он все равно не сможет сейчас с тобой разговаривать, — я почувствовал, как девичья рука вцепилась в мою, — и не отставай. Иначе у мамы прибавится проблем.
Я заметил идущего на нас человека с двумя листами какого-то документа, который он читал на ходу. Я обронил ему под ноги степлер и резко свернул, переходя улицу. Небо начинало приобретать над нами угрожающий черный оттенок. Я знал, что человек сейчас удивленно разглядывает степлер, тем самым создавая помеху за нами.
— Ты сделаешь это, Локи! — услышал я сзади голос Учителя, и, рванув за собой несмышленую девчонку, побежал в сторону упавшей внезапно на улице тетки с цветами.
— Влип! — подумалось мне.
Оборачиваться не стоило. Я уже знал, что Учителя там не увижу. Но теперь чувство ответственности покрывало все мои страхи, и я чувствовал рядом колотящееся от страха сердце девчонки, и знал, что выведу ее, даже если мне придется заплатить за это своей жизнью. Правило «Клиент дороже всего» было заучено лучше всех других, и эта глупая девчушка была сейчас для меня моим первым клиентом. Я не особо разбирался в рангах и родах в иерархии Систем. Для меня она сейчас была просто «заказчик». А еще я понял, что годы моего ученичества сочтены. И что в данный момент я не имел больше никаких поблажек Ученика. Теперь я сам был Мастером. Теперь я был Проводником.
— Очнулся?
Голос вывел меня из состояния приятного забытья. Глаза разлепились. Я лежал в кровати, накрытый одеялом по самый подбородок. Медленно приходя в себя, я огляделся. Мебели почти не было. Старый видавший виды шкаф приютился в углу пустой с высоким потолком комнаты. Если не считать матраца, который
— Я жив, — констатировал я, скорее сам для себя.
— Догадлив. — Сан Саныч разжал сложенные в замок руки и привстал, наклонившись ко мне.
— А трамвай?… Мне это не привиделось?
— Нет, не привиделось. — Сан Саныч усмехнулся краешком рта.
— Но ведь он меня переехал.
— Смотря где. Здесь, где мы сидим, он тебя не переезжал.
— В смысле?… — я был окончательно сбит с толку.
— Другой Слой реальности. — подала голос Ли. — Тот же мир, но другой поворот событий. Прыг-скок. Мы с тобой немножко попрыгали…
— Вы что, волшебники? — собственный вопрос вызвал во мне приступ смеха, настолько нелепой была ситуация.
— Колдуны! — скорчив устрашающую мину, засмеялась Ли. — Сборище колдунов! У-у… Колдунцы — прыгунцы!
— Вечно ты, Ли, болтаешь всякое! Тьфу-тьфу… — заметил Сан Саныч. — Ты как? В порядке?
Я с удивлением отметил, что чувствую себя очень даже неплохо. Глубокий сон восстановил мои силы, и сейчас мне очень хотелось есть. Правда, муть в голове еще присутствовала, как после наркоза.
— Поесть бы, — потянулся я и попробовал привстать. Получилось. Хотя руки и ноги были какими-то чужими и не очень слушались.
— Тело еще не окончательно собралось. — как будто поняла мои затруднения Ли. — Тонкие тела еще не приклеились к физическому. Не волнуйся. Теперь, когда ты очнулся, это дело пары часов.
— Ли, помоги ему, а я пойду, приготовлю что-нибудь поесть. — Сан Саныч вышел из комнаты, и мы с Ли остались одни. Она кинула мне мою одежду и отошла к окну, отвернувшись.
— Спасибо, — слабо протянул я и начал напяливать свое тряпье, попутно осматривая куртку и майку на предмет следов от колес трамвая.
— Глупец. Раз ты жив, значит и следов не может быть на одежде. Ведь ничего не произошло, — сказала, не оборачиваясь, Ли, и я с ужасом подумал, что она читает мои мысли.
— Не глупи, я не читаю мыслей… в отличие от некоторых. Я вижу тебя в отражении окна. Твоя изумленная физиономия красноречиво свидетельствует о том, что ты думаешь.
— А что там произошло со мной на самом деле?
— Там? На нас напали. И хотела бы я знать кто… — она скрипнула зубами.
— А здесь?
— Не знаю. Я ведь всего лишь смещаю варианты. Для меня был важен результат, а не условия. Ну… возможно, ты успел проскочить. Или трамвай успел затормозить. И вообще, старайся об этом не думать. Это лишнее, и к тому же небезопасно. Я ведь сместилась вместе с тобой, поэтому точно так-же, как и ты, последние сутки была занята собиранием себя здесь. Хорошо, что додумалась к Глиуку прыгнуть, а то ведь сейчас могли бы с тобой бороздить просторы времени в разобранном виде. Скажи спасибо ему, что помог, завалил сразу нас под холодную воду.