Чтение онлайн

— Ну что там у вас? Чего орёте? — командир штурмового батальона отвлёкся от личного коммуникатора, которому и было посвящено всё его внимание.

Он всю дорогу чатился с одной весьма раскованной дамочкой, которая уже прислала ему свои фотки, глядя на которые он вполне мог оценить все её прелести.

Дамочка была в самом соку, и уже согласилась на свидание. Оставалось только согласовать время и место.

Но, стоило ему только повнимательнее прислушаться к докладу, как сисястые бабы и прочая блажь мгновенно вылетели у него из головы.

—

Командир! Первая рота нарвалась на минный кластер и уничтожена почти в полном составе. Уцелел только мехвод замыкающей машины и трое десантников, из числа тех, кого он вёз.

— Где они? — Рявкнул в микрофон комбат.

— Сейчас их привезут, — ответил докладывавший ему командир второй роты, которая следовала в руководимой комбатом центральной группе, — парни сильно обгорели.

— Тогда какого чёрта вы их сюда тащите? — заорал командир, — у нас нет регенерационных капсул, у нас нет нихрена, разве что бинты тут у кого завалялись!

— А куда их везти?

— Идиоты! Перенаправьте их в ПВД, там у нас медрота со всеми причиндалами и прочими походно-полевыми клистирами! — командир закашлялся, — там у них будет шанс выжить. Вам понятно, имбецилы?

— Так точно, — пролаял комроты-два.

— Всё у вас? — комбат стремился поскорее закончить разговор, что бы хоть немного обдумать свои дальнейшие действия.

— Так точно, — донеслось из динамиков.

— Тогда отбой! — командир буквально выплюнул эти слова.

Причина его расстройства понятна, только что его подразделение на ровном месте потеряло около сотни бойцов.

И, как только связь разорвалась, комбат понял, что необходимо срочно дать распоряжение на осмотр места гибели первой роты, причём лучше, если осмотр будет проведён с помощью БПЛА.

А его подчинённые, будучи законченными кретинами, могут туда и солдат отправить, а это почти гарантированные добавочные потери.

Он ткнул пальцем в сенсор коммуникатора, и, услышав голос комроты-два, прорычал:

— Отправьте на место гибели первой роты дроны, пусть там всё хорошенько осмотрят. Солдат туда не посылайте — слишком опасно. В общем, действуйте по обстоятельствам и постарайтесь не рисковать без надобности личным составом. Его у нас что-то маловато осталось, — с горечью в голосе сказал комбат.

— Принял, — коротко ответил подчинённый.

— Отбой! — комбат оборвал связь с комроты-два и ткнул в сенсор канала связи с четвёртой ротой.

Из динамиков донеслось шуршание несущей частоты. Четвёртая рота не отвечала. У комбата засосало под ложечкой и в голове стали роиться совсем уж похоронные мысли.

Ему ничего не оставалось, как снова связываться с комроты-два.

— Ваня, — голос комбата был абсолютно безжизненным, — попробуй связаться с четвёртой ротой, мне они почему-то не отвечают…

Через три минуты коммуникатор заговорил голосом комроты-два:

— Мне они тоже не отвечают. Какие будут указания?

— Отправьте туда дрон, пусть посмотрит, что

там… — отдал указание комбат, предполагая самое страшное.

Но, как это ни странно, всё оказалось, конечно, плохо, но не настолько плохо, как думалось командиру.

Дрон, который отправили на поиски колонны четвёртой роты тоже был потерян.

Но перед тем, как связь с ним прервалась, он успел отправить картинку, на которой можно было увидеть вереницу бронеходов и прочих машин четвёртой роты, беспорядочно валяющихся на грунте.

Отсюда можно было сделать вывод, что рота напоролась на ЭМИ-излучатели экстремальной мощности, которые наглухо сожгли всю электронику и превратили могучую боевую технику в груды бесполезного металлолома.

Но люди практически не пострадали. Травмы средней и лёгкой тяжести, конечно, заработали почти все, поскольку удар был неожиданным, и тяжеленные машины падали на грунт с трёхметровой высоты. Но никто не погиб.

И за это спасибо комроты-четыре, который скрупулёзно следовал положениям уставов, где рекомендовалось в подобных случаях ограничивать скорость движения колонны.

Но на самом деле неприятности ещё не закончились. И комбат узнал об этом одним из первых, когда прослушал сбивчивый доклад группы ПВО и РЭБ:

— Командир, со стороны поместья к нам двигаются множественные воздушные цели, судя по сигнатурам, это ракеты РСЗО калибра 220 мм…

— Делайте свою работу, сбивайте, — он с усилием сглотнул, ставшую внезапно вязкой и тягучей, слюну, — и врубите, наконец, поля отчуждения, если хотите жить…

— Да, в который раз жизнь подтверждает, что любой военный план действует до первого столкновения с противником, — с некоторой обречённостью подумал Аполлинарий Александрович, — стоило нам только начать, как тут же что-то пошло не так…

Действительно, ситуация на бывших землях Троекотова продолжала ухудшаться. Судя по докладам, поступившим от комбата-пять, из строя выведена половина батальона.

При этом безвозвратные потери «двухсотыми» составили девяносто восемь человек.

Противник мастерски замаскировал свои минные закладки и подорвал ротную колонну. По счастливой случайности несколько человек выжили, но из строя выбыли надолго вследствие полученных термических ожогов.

Четвёртая рота отделалась потерей всей техники. «Двухсотых» нет, зато почти все выжившие — «триста». Они получили ранения различной степени тяжести, преимущественно ушибы и переломы.

Эта рота так же заехала на минное поле. Только тут под дорогой прятались мощнейшие ЭМИ-излучатели. Вся техника уничтожена, несмотря на то, что какая-то защита от электромагнитных импульсов всё-таки была.

И вишенка на торте. Основная тактическая группа, состоящая из второй и третьей рот подверглась массированному обстрелу из РСЗО.