Чтение онлайн

— А поговорить не пробовали?

Тишина.

В диалог вступила неизвестная прыщавая девушка:

— Так ведь покойный граф не пускал нас на родовые земли. И ничего слушать не хотел.

Толпа утвердительно загудела.

— Отзовите иск, — сказал я. — И вы получите разрешение на то, чтобы исследовать водоём.

Гробовое молчание.

— Серьёзно? — опешил очкарик.

— Да. Ещё что-нибудь?

— Вроде ничего, — лидер активистов напоминал сдувшийся шарик.

— Тогда, с вашего позволения, я проеду.

Ушлёпки убрали транспарант, и я возобновил прерванное движение.

Через

двадцать минут гоп-компанию как ветром сдуло.

Бросив машину у главного входа, я отпустил Троглодита на все четыре стороны — пусть осваивается. А сам взялся за переноску продуктов на кухню.

Спустя час прибыл электрик. Мы с ним прогулялись в подвал, запустили навороченный артефакт-генератор, и я наконец-то врубил свет в злосчастном склепе. Попутно выслушал лекцию о техобслуживании генератора, необходимости менять масло и подпитывать каббалистические контуры энергией ки примерно раз в месяц. Агрегат, как выяснилось, жрал воду, расщеплял её, получал чистый водород, а уже из него производил электричество.

Спровадив электрика, я встретил подъехавшую бригаду телефонистов. Парни облазили дом, нашли обрывы и восстановили связь.

За услуги спецов я расплачивался наличкой.

Ближе к вечеру, усталый и голодный, я вновь спустился в подвал. Щёлкнул тумблером, включая мощные лампы. И уставился на хрень, которая меня беспокоила с раннего детства.

Бронированная дверь — ближайшая аналогия.

Прикоснувшись к материалу, я ощутил… многослойность. Словно камень зашили в керамику, а сверху ещё добавили легированную сталь. Поверхность сегментированных створок была испещрена канавками, образующими мистический лабиринт. Отступишь на пару шагов — и кажется, что в этом есть некий глубинный смысл.

В центре двери красовалось углубление в виде человеческой ладони.

Я вложил туда свою пятерню, но ничего не произошло.

Створки даже не шелохнулись.

Интуиция подсказывала мне, что на нижнем ярусе подвала скрывалось нечто… опасное? Прибыльное? Манящее и притягательное? Фантазия пасует перед неизвестностью. Я не удивлюсь, если Род Володкевичей погиб из-за того, что батя упрятал внизу.

Ладно.

Пора устроить себе бесплатный киносеанс.

С этой мудрой мыслью я покинул родное подземелье. Генератор урчал, снабжая моё логово электричеством. Мастер что-то говорил про заправку и моточасы, но я пропустил эту инфу мимо ушей…

В кабинете открыл заветную нишу, включил видик, вставил кассету.

И устроился с пультом в кресле покойного папеньки.

Несколько секунд ничего не происходило, потом на экране объявился граф Володкевич собственной персоной. Помолодевший и посвежевший граф — таким я его помнил в свои пять лет.

— Приветствую тебя, потомок, — заговорил батя. — Не знаю, кто ты. Надеюсь, что Ростислав. Если смотришь эту запись, дело дрянь. Меня нет, а ты добрался до сейфа, открыл его своей кровью и думаешь, что делать с найденными вещами. Ты в опасности. Те, кто меня убил, не остановятся. Не факт, что у тебя хватит сил им противостоять. Я постараюсь помочь.

Пауза.

— Итак, с перстнем ты разобрался, — продолжил отец. — Пластина — это каббалистическая вставка

для моего голема. Который спрятан в западном флигеле. Типа статуя, но он притворяется.

Я вспомнил необычный арт-объект, мимо которого пробегал сотни раз.

— Голем сконструирован таким образом, чтобы служить представителям нашего Рода. Он маскируется под универсала, но это, мать его, настоящий боевой голем, умеющий себя перестраивать и незаменимый в драке. Тебе интересно, почему я его не применил? Думаю, просто не успел, ха-ха! Так вот, активируй его. Пластина уже пропиталась твоими эманациями. Добавь каплю крови — и получишь верного, практически вечного союзника.

Мне остаётся лишь одобрительно хмыкнуть.

— Дальше веселее, — батя хитро подмигнул с экрана. — У тебя ключ, но он не от подвала. Чтобы получить дополнительные плюшки, поезжай к почтовому отделению двести тридцать шесть в Турове. Найди шестнадцатую камеру — там будут лежать всякие интересные приблуды. Стоять! Я ещё не закончил.

Батя усмехнулся так, словно предвидел наперёд все мои шаги.

— Самое главное. Источник моего дохода. Ответы находятся в подвале, а именно — на его нижних ярусах. Просто так туда не попасть. Дверь откроется, если ты вкачаешь в неё прорву ки. Да-да, сынок. Прикладываешь руку и заливаешь энергию. Потребуется много, очень много. Взять столько ки попросту неоткуда, если ты не освоил непрерывную циркуляцию. А это, на минуточку, второй ранг. Зачем я это сделал? Ну, я всегда не любил слабаков. Если ты ещё не продвинутый, то и делать на нижних ярусах тебе нечего.

Бывший глава Рода вздохнул.

— У меня были свои схемы монетизации ЭТОГО. Сейчас они работать не будут, потому что в игру вступят Фурсовы. А они тебе ничего не должны. Когда поймёшь, что тебе открылось… Сам решай, что с этим знанием делать. Пока-пока.

Граф испарился.

А на его месте возникли помехи.

Перемотав кассету, я повторно просмотрел запись в надежде, что упустил важные детали. Фурсовы… Съёмки велись, когда мать Ростислава ещё не погибла. Значит, граф Володкевич вёл дела с Фурсовыми задолго до второго брака и рождения новых наследников. Отсюда и фраза, что мне «ничего не должны».

Разрозненные факты упорно не складывались в общую схему.

Убрав кассету в сейф и выключив магнитофон, я отправился во флигель на поиски голема.

Статуя обнаружилась быстро. В неглубокой нише покоился гранитный истукан, похожий на супергероя из детских комиксов. Эдакий здоровяк с каменными мышцами, квадратной челюстью и узкими бойницами глаз. Детализация потрясала воображение. Истукан взобрался на постамент и оттуда пялился куда-то вдаль поверх моей головы.

Активировать големов я умею.

В теории.

Многие аристо изучают в школах и гимназиях каббалистику, чертят примитивные Знаки, связывают их геометрическими узорами. Здесь же и чертить ничего не надо. Вот он, лобный разъём, в который вкладывается пластина. И вот он, Знак Эмет, к которому следует прикоснуться. Перед началом процедуры я порезал себе палец кухонным ножом, пропустил по каналам ки и смазал желобки пластины заряженной кровью. Линии и Знаки вспыхнули голубым неоном — я принят.

Отбрасываю нож.

И вставляю пластину в лоб дремлющему слуге.