Чтение онлайн

Я выбрасываю проект порки из головы и возвращаюсь к настоящему.

— Как далеко вы продвинулись в вашем расследовании, дорогая коллега, а также невеста?

— Подождем вечера. Я наблюдала за вами, следила, охраняла. Мне это позволило многое услышать. Думаю, Окакису во втором браке лучше было бы выбрать в жены очковую змею, с ней он был бы в большей безопасности, чем с Экземой.

— Знаете, что в настоящий момент остров отрезан от всего мира?

— Да, Окакис мне сказал. Я не очень понимаю роль его жены во всей этой истории.

Зачем ей понадобилось изолировать Кокпинок?

— Может, пойти спросить у нее самой, Глория? Она встает и поправляет юбку.

— Обнимите меня, Тони, — неровно дышит она. — Вся эта нервозность, череда напряженных событий меня очень возбуждает.

— У меня нет привычки упражняться в любви на кладбище! — отвечаю я, перешагивая через трупы.

— Вы менее чувственны, чем я, Тони! — жалуется моя нежная коллега.

Я пожимаю плечами.

— Менее чувственный, моя дорогая, зато более отзывчивый. Можно задать вам вопрос?

— Пожалуйста.

— Вы случайно не такая же ненормальная, как та, настоящая Глория, хотя не производите впечатления?

Самое интересное, что мой вопрос ее забавляет!

Когда меня сильно ошеломляют, я стараюсь извлечь из этого пользу.

По крайней мере в плане информации…

Однако то, что я выудил из последних событий, весьма противоречиво.

С одной стороны, были люди, старавшиеся помешать профессору В. Кюветту приехать на Кокпинок и приложившие максимум усилий, чтобы его отговорить. С другой стороны (Атлантики), другие силы, тоже весьма таинственные, предупредили Госдепартамент США о готовящейся трагедии.

И наконец, третья сторона, представленная очаровательной мадам Окакис, романтично закатывает на теннисный корт гранату в виде мячика и засаживает нож в грудь своего пасынка, не говоря уж о том, что она отдает приказ своим качкам убить дорогого Сан-Антонио. Более того, все корабли и самолеты Окакиса покидают остров, а радио не работает. Чтобы вступить в переписку с континентом, будь любезен запечатать письмо в бутылку и бросить в море. А уж вода об остальном позаботится: два прилива — два разноса почты, как в больших городах! Так вот, возникает вопрос: существует ли связь между вышеназванными силами?

Например, спрятанные на дне ящики, обнаружение которых чуть не стоило мне жизни, — являются ли они частной собственностью красавицы Экземы?

Подводные охотники, пытавшиеся меня загарпунить, — действовали ли они по ее личному приказу? Все это необходимо выяснить, пролить свет на проблему, как сказал бы писатель-академик. Нельзя, чтобы серое вещество работало вхолостую! А то получится, как при онанизме: при длительном употреблении превращается в обмылок!

Глория, она же агент А.С. 116, подходит ко мне и заявляет, что пойдет к себе и оставит пистолет в комнате, поскольку оружие, способное бесшумно свалить двух быков, даже миниатюрное, под вечерним платьем — это нонсенс!

— Доверьте

мне своего товарища, — говорю я авторитетно. — Он еще может понадобиться. Вы истратили две пули, а в магазине всего восемь, если верить моим познаниям об огнестрельном оружии.

Глория спокойно передает мне свою артиллерию.

— Скажите-ка, очаровательная коллега, меня все время мучит одна пустячная деталь. Когда я ликвидировал двух бандитов, пытавшихся вас пометить с яхты у берегов Эквадора, вы мне сказали, что это те же, кто нападал на вас на Лазурном берегу, — зачем вы мне солгали? Она криво усмехается.

— Потому что я думала, вы лучший флик, мистер Сан-Антонио, и хотела развеять все ваши сомнения на тот случай, если они у вас еще оставались.

Фиолетовая краска бросается мне в лицо, при этом я становлюсь похожим на епископа.

— То есть?

— После первого псевдопокушения полиция вам объявила, что нашла брошенную машину так называемых гангстеров рядом с местом происшествия, помните?

Я подскакиваю.

— О'кей, малышка, вы меня одурачили сполна. Покушение произошло ночью, в горах, на дороге, где редко проезжают машины, не могли же они потом переться оттуда пешком!

— О! Я всегда знала, что вы очень сообразительный мальчик! иронизирует агент А.С.116.

Я продолжаю свою мысль, доказывая таким образом, что мои мозги не страдают запором:

— А когда они последовали за нами, им было неизвестно, в какую сторону мы поедем, поскольку этого я и сам толком не знал.

Следовательно, они не могли заранее приготовить себе другую машину для отступления, так? Значит, их подобрал водитель грузовика. А раз шофер был их сообщником, то какого черта он не помог похитителям в тот момент, когда мне чуть не треснули рукояткой пистолета по башке?

Конечно, это была инсценировка!

— Вы молодец, Тони! Прав был Окакис: вы замечательный парень, но только вас нужно все время чуть-чуть подталкивать!

Мы находимся у двери в зал, где без нашего участия бал развертывается во всем своем великолепии.

— Было бы значительно проще сразу выложить все карты на стол, чем разыгрывать такой спектакль!

Она трясет головой.

— Ах, как вы плохо себя знаете, Сан-Антонио. Да если бы я тогда не возбудила все ваши истинно мужские достоинства с помощью, как вы говорите, такого спектакля, вы бы и не подумали согласиться с предложением Окакиса!

— Почему же, скажите на милость? Разве я против морских путешествий?

— Нет, но вы слишком гордый, чтобы работать в одной команде с женщиной, — а так у меня было удовольствие оценить вас по-настоящему!

Она с грустью целует меня в губы и произносит, глядя мне в глаза:

— Женишок вы мой!

— Но это не помешало вам поиметь меня на яхте!

— Зато вы здесь! Мы квиты, не так ли?

— Может быть… Кстати, у вас есть какие-нибудь соображения по поводу настоящих похитителей на яхте, мисс Шерлок Холмс?