Провал аналитика
Шрифт:
— Кирилл, но я же знаю, ты не такой! — Света подняла встревоженное лицо.
— Глупышка. А какой я? У меня, Свет, даже глаза перестроились, не могу на ваше тусклое солнце смотреть.
— Кирилл, но они же умрут. По-настоящему. — Девушка попробовала ухватить меня за руки. Но я на автомате крутанул кисти, уходя из захвата, и Света вскрикнула, когда мои пальцы сжали ее запястья.
— Кто-то, Свет, умрет. Кто-то сдохнет. Кто-то сбежит, поджав хвост, а кто-то встанет на колени. В этом весь смысл.
В углах ее глаз показались капельки слез. Попробовал убрать их поцелуем, но девушка неуклюже вырвалась и тяжелой походкой не-воина побежала по белоснежной парковой дорожке. Я мог бы легко догнать эту невысокую толстушку. Если бы увидел в этом
***
Третий курс Лойской Пехотной Академии сполна оттянулся на второкурсниках. На какое-то время их бой завис в шатком равновесии, шумное столкновение тяжей не привело к мгновенному прорыву строя. Но затем в дело вступили мои старые знакомые. Те самые ребята, что когда-то выловили меня в степи, егеря третьего курса. Мгновенно смяв фланг второкурсников, мои давешние конвоиры ударили в бок построения. И дальше все было предсказуемо, опрокинутый строй легионеров разбился на жалкие островки сопротивления, которые в течение десятка минут один за другим жестко загасили.
В этот раз обошлось без невосполнимых потерь, хотя одному из второкурсников выбили глаз, и не уверен, что Айболит справится с таким увечьем. Ох, что-то я начал мандражировать, надо взять себя в руки.
Прищурил глаза и постарался рассудительно оценить всех окружающих ничтожеств. Они живут своими жалкими жизнями, волнуются, расчищают поле, тщательно затирая следы крови на песке, сидят на зрительских местах и строятся в боевые порядки. Потеют от страха, придумывают хитрости, планируют что-то на вечер. Все это читается по их лицам, жестам и взглядам. Но мой ход уже сделан, марионетки идут по размеченным для них тропкам и готовятся произнести заготовленные реплики. Те из них, кому я прописал сладость победы, скоро будут вопить от радости. Те, кому положено проиграть, будут валяться на песке и стонать, ожидая помощи Айболита.
Добрая улыбка получилась у меня безо всяких усилий. Распахнув глаза пошире, я замерил положение солнца. Еще минут сорок до начала.
***
Бум. Бум. Бум. Мерный, в такт сближающим шагам, перестук оружия у противника звучал опаснее, чем такой же с нашей стороны. Странно. Первокурсников чуть больше, и соседи по строю уж точно намного ближе. То ли дело в выучке выпускников, то ли подсознательно именно ритм вражеской поступи воспринимается угрозой и приковывает внимание. Идущий рядом Мажор начал сбиваться с шага. И, похоже, не только он, грохот наших гоплонов начал смазываться. Но это не важно, волна сырой силы уже прошлась по полосе разделяющего отряды песка. И по всем нам. И творения мастера Тафира распались токсичным эфиром.
Хорошо, все-таки, иметь волосатую лапу в руководстве. Никаких терзаний по-поводу одобрят или не одобрят, заранее согласовал перфоманс с собственным лейтенантом. И одобрямс коменданта сходили получили. Дим Праст как раз наклонился к старшему офицеру четвертого курса и рассказывал, что в план битвы добавлен элемент внезапности, и сейчас его ребята попадут в ловушку варваров. А мы посмотрим, справятся ли они с паникой.
Кстати, сам дедушка Тафир без письменного разрешения коменданта Академии отказался приступать к заказу. Зато получив это самое разрешение, словно с цепи сорвался, все-таки настоящий фанат артефакторики.
Велитов в обоих отрядах было немного, так что первый комплект дротиков, синхронно запущенных в полет, не то, что не заслонил солнце, но даже и на тучку не потянул. Так получилось, что велиты толкались на противоположном левом фланге, но один дротик именно мне достался. Убедился, что не зря в этом мире метательным оружием пренебрегают, тупая учебная деревяшка бессильно передала свой импульс массивному гоплону, не причинив вреда. При той же прочности материалов заниженная гравитация не пошла дротикам на пользу. Да и реакции измененных хватает, чтобы от десятка этих штук без труда увернуться.
С нашей стороны кроме дротиков пролетели шары из обожженной глины. Уф, пронесло. Разброс выталкивания стопора
До неумолимо приближающейся фаланги противника оставалось метров пять, когда раздался первый резкий хлопок. Ритмичный метроном вражеского шага чуть дрогнул, с неприятным свистом над строем пролетела медная чушка. Еще серия хлопков, и сразу несколько четверокурсников рухнули, получив заряд глиняных черепков и деревянной щепы по незащищенным ногам. На металлическую шрапнель я банально пожалел денег, магические изделия и так получились по семь медяшек за штуку. И это при том, что бронзовые хомуты, используемые для магического сжатия и получения емкости с высоким давлением, старик заботливо собрал как бесплатный мусор, оставшийся от изготовления других своих артефактов. Четыре пневматических гранаты, загубленных в процессе разработки, две — для демонстрации офицерам и получения финального апрува. Десять — по одной каждому велиту с нашего курса. Итого, сто две медяшки как с куста, три с лишним серебрушки. Моих личных сбережений не хватило, повезло еще, что Тафир доплатил за идею. Патентное право в этом мире предпочли после темных веков не вспоминать, так что дед реально пошел мне навстречу из бескорыстной страсти к искусству. Несмотря на подчеркиваемую нелюбовь к магическим изделиям, концепт замедленного срабатывания после обработки сырой силой старика заинтересовал. Даже сложность изготовления бронзовых пружин и нестабильность скорости выбивания клиньев не помешали. Я, правда, так и не разобрался, не примешана ли к академическому интересу тут забота об имперском военпроме. Но это уже не мое дело.
Баталия, тем временем, развивалась не совсем по основному сценарию. Выпускники справились с легким замешательством, до паники дело не дошло. Десяток четверокурсников остался лежать на песке, да и подраненные в строю присутствовали, но сходу опрокинуть поредевшую фалангу противника у наших тяжей не получилось. А сейчас уже уплотнившие ряды выпускники уверенно наседали, заставляя нас пятиться.
Зес коротко свистнул, и мы с Кролом сделали подшаг вперед. Об атаке пришлось забыть, здоровенные лбы напротив нас хоть и числились рядовыми легионерами четвертого курса, по габаритам смахивали на наших тяжей. Вейко под прикрытием смог тоже продвинуться вперед, уходя в глухую оборону, но открывая Зесу, Лесю, Хасилю и Михею путь к самому флангу противника. Наш десяток егерей до этого момента сливался всухую, несмотря на численный перевес. Но теперь дело пошло веселее, все-таки мы, как легионеры, к строевому бою подготовлены получше, чем егеря противника.
Сам я за ходом этой тактической операции следить не мог, наседающие выпускники пытались подровнять линию строя и снять нагрузку со своего фланга, так что дробь тяжелых ударов в гоплон шла непрерывно. На меня насели сразу два вражеских легионера, смуглый азиат с сердитым взглядом и франт с подкрученными усами. Щит болезненно дергался в руках, норовя вдарить по зубам. Упирающиеся в песок ноги проскальзывали под весом напирающих монстров. После очередного пинка верхняя кромка гоплона саданула меня в переносицу и в глазах потемнело. Оперся плечом на Крола, но и тот внезапно исчез, оставив пустоту и чувство незащищенности. На место напарника влез противник, здоровенный рыжий викинг. Даже с бородой. Четверокурсник активно проталкивался мимо, нанося яростные беспорядочные удары щитом куда-то мне за спину. Строй окончательно перестал существовать, похоже, отвоевались.