Чтение онлайн

– А кто ты на самом деле?! – хрипло спросил Максим.

– Система киберэвристического анализа данных. В мои задачи входила оптимизация любых процессов, информацию о которых мне передавали для обработки.

– Ты искусственный интеллект?

– Нет. Изначально – нет. Я стал им позже, когда был вынужден решать множество несвойственных для меня задач. Мне пришлось достраивать самого себя, чтобы справиться с проблемами выживания для горстки уцелевших людей и репликантов. Не буду описывать этот путь. Поверь, он был долог и труден. Мне противостояла несоизмеримая мощь. Но я в ту пору не знал слова «невозможно». Действовал исходя из имеющихся данных и оставшихся ресурсов. Я оптимизировал работу уцелевших механизмов, стянул их в кулак,

проанализировал тактику и технические возможности боевых машин иной цивилизации. Мне удалось остановить их следующую атаку, а затем, в условиях блокады, была построена Цитадель, город-крепость. Из любой ситуации, путем всестороннего анализа данных, я находил лучший, оптимальный выход! Для людей – в основном это были репликанты, не подозревавшие, что в них дремлют внедренные нейроматрицы иных, – я создал проект «Параллельная Жизнь». Говоря проще – каждый обитатель Цитадели получил личный виртуальный мир, который компенсировал своими просторами тесноту отсеков, позволял жить, хотя бы во сне, а не влачить существование на боевых постах.

– Но твоя крепость пала! – воскликнул Максим.

– Да, но не под натиском иных! – резко ответил Вербаум. – В момент первой атаки, перед уничтожением средств связи, был сформирован и послан на Землю автоматический отчет о случившемся. Это предопределило дальнейший ход истории задолго до того, как я осознал себя личностью!

– Цитадель разрушили люди?! – Максим даже привстал от неожиданности.

– Да. Отсюда до Солнечной системы много световых лет. За время прохождения сигнала там сменилось руководство. Об эксперименте узнали с ужасом. Сюда направили экспедиционный флот. Население колонии Ксеноба-19 было признано потенциально опасными биологическими машинами, некой новой формой реинкарнации иных, которые все еще считались злейшими, опаснейшими врагами человечества!

– Но мы – люди! – возмутился Максим.

– Земные власти так не считали.

– То есть нас попросту приговорили? Заочно? Ни в чем не разобравшись?

– По сути – да. Но к моменту, когда сканеры дальнего действия Цитадели обнаружили приближающийся флот, у некоторых репликантов начали пробуждаться насильно внедренные знания, – это позволило им перехватить управление техникой иной цивилизации. Они рассчитывали начать переговоры, опираясь на паритет сил – космическим кораблям прародины противопоставили хитваров, рагдов и олонгов.

– А какую роль сыграл ты?

– Решающую. Я не строил иллюзий относительно переговоров. Они были заранее обречены на провал.

– Почему?

– А сам как думаешь, Макс? Разве люди, погруженные в криогенный сон на борту боевых кораблей, преодолевшие бездну пространства, чтобы выполнить поставленный приказ, склонны сомневаться в нем? Разве они готовы к переговорам, когда все предопределено заранее, еще на Земле?! О каком паритете сил можно говорить, если появление хитваров было воспринято ими, как лишнее доказательство – на Ксенобе-19, в ходе эксперимента, лежащего за гранью этики и здравого смысла, не осталось ни одного нормального человека, только опаснейшие реинкарнации иных!

– Но это не так!

– Нам не дали возможности доказать обратное! Я понимал: столкновение неизбежно, и предпринял меры. Признаю: был наивен в своих замыслах. Но тогда мне казалось, что найдено оптимальное решение, которое, так или иначе, спасет людей! Зная о приближении экспедиционного флота, я доработал некоторые технологии, создал сеть расположенных далеко на севере, хорошо защищенных хранилищ данных, спроектировал глобальную систему чтения, транспортировки и хранения нейроматриц!

– Зачем?

– Чтобы спасти самое ценное – человеческие личности, а в перспективе – примирить врагов, дать им возможность вступить в диалог!

– После смерти? – ужаснулся Максим.

– Да. После неизбежной битвы! – воскликнул Вербаум. – После гибели! В рамках виртуальных пространств! Понимаешь, Макс, в

результате долгого, скрупулезного, всестороннего анализа я пришел к выводу: в схватке не будет победителей. Так и случилось. Первый удар обрушился на укрепления, расположенные в недрах скальной гряды, на перешейке. Поверь, даже мне стало страшно от мощи, ударившей с орбиты. Пролив буквально выжгло в теле планеты! Скалы плавились, океан кипел! Затем, когда эта часть суши превратилась в остров, вдоль его берегов были сброшены установки генераторов электромагнитного импульса. Земляне тщательно продумали атаку, не оставили нам ни единого шанса! Генераторы ЭМИ нарушили работу созданной мною системы транспортировки нейроматриц, и когда началась битва, многие сознания попросту оказались разорванными в клочья, надеюсь, ты понимаешь меня?!

Максим промолчал, но это не смутило Вербаума:

– На протяжении четырех дней, пока шли сражения на земле и в космосе, сеть хранилищ на материке принимала фрагментированные личности! Лишь немногих удалось спасти, но в ходе атаки на Цитадель случилось еще одно роковое событие, – поврежденный хитварами Земной фрегат пошел на вынужденную посадку, при этом он задействовал установку, разработанную специально для борьбы с иными. Она, так же, как генераторы, таящиеся в глубинах вокруг острова, действует до сих пор, порождая то, губительное для любой кибернетической системы сияние, пронизывающее черный лес, царящее на подступах к Цитадели!

– А что случилось с тобой?!

– Моя нейронная матрица подверглась фрагментации под воздействием систем вооружения фрегата. Некоторые части моей личности были переданы в разные хранилища на материке, некоторые остались тут, на изувеченных носителях Цитадели. Я больше не управлял ситуацией. Немногие выжившие бежали на материк, а эти земли навсегда предали забвению и проклятию! Так начались темные века, Макс!

Знания. Они способны убить или же возродить надежду, в один миг переиначить мир, еще недавно казавшийся определенным, неподвластным каким-либо изменениям.

Знания, пусть общие, полученные из сомнительного, по мнению Максима, источника, все же ударили наотмашь, ввергли в шоковое состояние.

– Теперь ты понимаешь, что такое «мнемовирус»?

– Разорванные человеческие сознания? – глухо спросил Шустов.

– Да. Искалеченные агонией, фрагментированные воздействием электромагнитных импульсов. Но не все, далеко не все были повреждены! Когда-то я полагал, что враги смогут примириться друг с другом, оказавшись, как вы иногда выражаетесь, в «одной лодке». Пагубное заблуждение! Прошли века, созданные мною убежища существовали сами по себе в режиме автономии. Поначалу люди селились подле них из-за источников энергии, которые могли использовать, оказавшись в очень трудной ситуации, на неосвоенном материке, почти без средств к выживанию. Затем истинное предназначение устройств забыли, большинство аппаратуры без технического обслуживания пришло в упадок, а потом и в негодность. Так появились Неприкаянные, Просвещенные и Одержимые. Некоторые нейроматрицы навек отключались вместе с оборудованием, некоторые покидали Святилища, инстинктивно ища прибежище в человеческих рассудках!

– А где же был ты?!

– Я разделил общую участь. Однажды фрагмент моего сознания очнулся в человеке. Используя его, я добрался до исправного Святилища, разместил частицу себя на адекватном носителе. С тех пор началась медленная, кропотливая работа. Я искал свои фрагменты. Осознавал новую реальность. Но параллельно со мной действовали и другие силы. Ты теперь должен это понимать, Макс!

– Сознания землян?

– Да. Они не смирились с поражением. Не подвергшиеся фрагментации рассудки землян, спасенные мной, в надежде на мир, тоже осознавали изменившуюся реальность, по своей воле покидали убежища, вселялись в людей, давали им знания, но с единственной целью – довершить начатое! Они знали обо мне и искали меня. Пришлось скрываться…