Против всех
Шрифт:
Застолье затянулось далеко за полночь, и потихоньку, слово за слово, в разговорах начали проступать контуры некоего замысла. Нынешним языком говоря, некоего бизнес-плана.
Поселился он в престижнейшем «Гардиан-отеле», как инструктировал Жакин. Жакин сказал: понюхаешь, как живут миллионеры, пригодится. После на нарах слаще спать будет.
Адрес не искал, в отель доставил таксист. Малый попался ушлый, приглядистый. Егор стоял в стороне от общей вокзальной толчеи, в своем подбитом ветром
— Куда прикажете, господин?
Егор впихнул чемодан на заднее сиденье, туда же и м влез.
— Хотелось бы в приличном месте приземлиться.
— На частный постой? Официально? — у мужика глаза как два окуляра.
— В гостиницу.
— «Палац» подойдет? Или «Метрополитен»?
— Что-нибудь поукромнее. Но не хуже.
— Сделаем.
Приехали в «Гардиан», что на Юго-Западе. Новый пятиэтажный особняк в готическом стиле, как красный чирей на набережной. Окруженный множеством подсобных строений, со свежеразбитым парком с нежно-зелеными площадками для гольфа. От этого места за версту воняло крупным долларом.
Таксист проводил до входа, норовя поднести чемодан, но Егор сам справился. Заплатил водиле триста целковых. Тот остался доволен.
— Моя визитка… Коли что понадобится… Можем помочь в любом направлении. То есть полностью по желанию клиента.
Этот человек был первым измененным, которого Егор встретил в Москве.
Швейцар в золотых галунах оглядел его подозрительно, молча указал на окошко администратора. Кабинка напоминала сказочный теремок из черного дерева, перевитого гроздьями дикого винограда. Но внутри сидела обыкновенная женщина, скромно подгримированная, с гладкой прической. Кроме них двоих в огромном вестибюле никого не было, если не считать трех темных фигур в разных углах, трех коренастых истуканов — охранников.
Егор приготовил паспорт, но документ не понадобился.
— Вы надолго к нам? — любезно поинтересовалась женщина, совершенно не обращая внимания на его вызывающе бедняцкую одежонку.
— Как получится. Это имеет какое-то значение?
— Абсолютно никакого. — Женщина улыбнулась ему доброй материнской улыбкой. — Какой номер желаете?
— Что-нибудь пристойное.
— Есть люкс, полулюксы. Некоторые предпочитают спецномера. С личной вертолетной площадкой и прочими удобствами.
— Это, пожалуй, чересчур. — Егор поставил ногу на чемодан. — Давайте люкс.
— Вы путешествуете один или с сопровождением?
— Возможно, кое-кто подъедет денька через два.
Женщина положила перед ним плотную розовую карточку, которую он заполнил. Всего пять пунктов: имя, отчество, фамилия, адрес и группа крови. В четвертой и пятой графах он поставил жирный прочерк.
— Вы не знаете своей группы крови?
— Откуда же?
— К вашему сведению, Егор Петрович. На цокольном этаже у нас прекрасная медицинская лаборатория. Новейшая аппаратура. Можно провести любое обследование. Оплата входит в счет.
— Спасибо…
Женщина вручила ему два ключа на позолоченном брелке.
— Маленький ключик от сейфа. Коридорный поможет вам разобраться с сигнализацией… Приятного отдыха, Егор Петрович.
—
Тут же, словно выкатившийся из воздуха, подлетел юноша-негр в ливрее и буквально вырвал у него чемодан из рук. При этом так жизнерадостно, многообещающе скалился, что Егор сразу почувствовал к нему расположение.
На четвертом этаже ливрейный негр прямо из лифта передал гостя и чемодан коридорному служке, пожилому, благонравного вида мужчине, обряженному в какое-то подобие смокинга. Тот проводил его до номера, своим ключом открыл дубовую дверь и с поклоном пропустил внутрь. Попытался сам войти следом, но Егор его остановил:
— Ничего, ничего… Если что-то понадобится, позову.
С гримасой сожаления и одновременно глубочайшего почтения коридорный принял чаевые — сто рублей.
В апартаментах Егору понадобилось с полчаса, чтобы оглядеться. Просторная гостиная, кабинет, библиотека, ванная с бассейном метра три на четыре и спальня наверху, куда вела хитроумная витая лестница с пластиковыми перилами. В такой роскоши ему еще не доводилось бывать. Один ярко-оранжевый ковер в гостиной стоил, вероятно, столько, сколько он сумел истратить за всю предыдущую жизнь. Егор не удержался, скинул ботинки и прошелся по ковру босиком — ноги утопали по щиколотку.
В холодильнике, куда заглянул ненароком, обнаружил столько еды и питья, что хватило бы на роту. Наугад достал масло, икру, пару банок пива. Посидел, пожевал икорки с хлебушком, запивая баварским пивом. Все это было, конечно, приятно, но лишь косвенно отражало суть его прибытия в Москву.
Перекусив, разобрал чемодан. Пара рубашек, вельветовые брюки, теплый шерстяной свитер и, главное содержание кирзухи, — пластиковые пакеты с банковскими упаковками долларов в сотенных купюрах. Именно в таком виде принес чемодан Жакин в гостиницу в Угорье. Показав деньги, сказал: «На первое время, — здесь миллион. Если еще понадобится, Харитон даст знать. Акция большая, этого вряд ли хватит».
Егор принял все как должное. Только спросил: «Чемодан с собой так и буду таскать?» Жакин ответил: «Харитон поможет пристроить. Пока таскай. Свое добро не тянет, верно?»
Егор открыл металлический, с круглым наборным диском сейф, уложил туда пакеты (одну пачку сунул в карман брюк) и выставил на электронном табло собственный шифр. Механика сейфа не представляла загадок, серийная японская поделка. Ему и в голову не пришло, что могут украсть. Вообще вид огромного количества денег производил на него не большее впечатление, чем подшивка старых газет. Он допускал, что это, возможно, свидетельствовало о каком-то неблагополучии психики.
Покончив с деньгами, отправился в ванную и провел там в неге и покое два-три изумительных часа, испробовав с десяток разноцветных флаконов с мазями, притираниями и шампунями. Чистый, как ангел, закутавшись в алый махровый халат, один из трех, висевших на серебряных крючках, выбрался обратно в гостиную.
Позвонил по телефону, который дал Жакин. Ответил томный женский голос, будто со сна. Егор сказал всего одну фразу: «Я с Угорья, от Питона», — и, услышав ответ: «С прибытием, дорогой!» — сообщил адрес: отель «Гардиан», номер восемнадцать. Женщина, все еще толком не проснувшись, прошелестела: «Поняла, дорогой. Жди завтра с утра».