Протеже
Шрифт:
– Пока просто скажите «спасибо».
– Не сойти мне с места, если я не расплачусь за все эти шмотки! Вот погодите, увидите сами! Кстати, вам давно пора заняться своей простудой, а не таскать меня по магазинам. – Он попытался отобрать у Дианы свертки, но унести все один не мог.
Когда наконец подъехало такси, Диана велела Люку садиться, собираясь подвезти его. Но в машине насморк возобновился у нее с новой силой. Люк, хотя и не знал, чем ей помочь, был полон сочувствия.
–
Диане стало так плохо, что она уже не спорила.
– Вот и ладненько! А за меня не беспокойтесь! Теперь, когда я не как белая ворона, со мной все будет о'кей!
Неправда. Он все равно выделяется из толпы, и вряд ли когда-то будет иначе. Потому что Люк не просто привлекателен, а по-настоящему красив – теперь-то Диана знала это наверняка.
Откинувшись на спинку сиденья, он полез в карман за своим табаком.
– Пожалуйста, Люк, откажитесь от него, – сказала Диана. – Зубы чернеют, и ужасно пахнет изо рта. Да и выглядит это не слишком аппетитно. Привычка жевать резинку тоже имеет значение, если вы намерены прижиться в этом городе.
– Тьфу, пропасть! – скривился он. – Плохо ж мне будет без жвачки! Но ежели так надо…
Люк уже открыл окно, но Диана угадала его намерение и успела схватить за руку.
– Ага, вы ровно медичка в больнице! Все делаем по правилам, да? О'кей, о'кей. Просто со мной еще никогда в жизни так не носились.
Диана, понизив голос до шепота, пустилась в подробные объяснения, а Люк старательно кивал и агакал, ничуть не обиженный ее менторским тоном.
Видя, с какой жадностью этот увалень впитывает все новое, она почувствовала своего рода социальную вину. Сколько еще на свете молодых парней, которые так и не дождутся своего шанса изменить судьбу? Диана вспомнила, как обучала грамоте детей из индейской резервации в последний свой год в Санта-Фе.
И ей вдруг стало радостно оттого, что Люк приехал сюда и честно попросил ее о помощи. Для разнообразия не мешает позаботиться о ком-то, кроме себя.
Когда они выбирались из такси и вытаскивали свои свертки, мимо прошла шумная стайка девиц, явно возвращавшихся из школы. Те, что заметили Люка, оглянулись и захихикали. Потом остановились, пошушукались и захихикали еще пуще. Потом одна приблизилась к Люку и смущенно спросила:
– Вы ведь правда актер?
– Ну, я пока только собираюсь стать им. – Люк чуть не лопнул от счастья.
– Ох! А мы думали, это вы играли во «Всех моих детях».
– Хм, боюсь, не я!
– Ну все равно, дадите мне автограф? – Девчонка протянула свою школьную тетрадку, и Люк не моргнув
При виде этой сцены по спине Дианы поползли мурашки: так бывало, когда она слушала замечательную джазовую импровизацию или чистую высокую ноту, взятую Паваротти. То, что ей только померещилось в душном кабаре в Портленде, теперь обрело полную ясность. У Люка Мерримэна есть все данные, чтобы стать звездой!
Эти смешливые девчонки-подростки помогли ей поверить в свою правоту. Да, больше Диана не сомневалась.
– Похоже, люди в Нью-Йорке встречают вас гостеприимно! – пошутила она.
– Спасибо! – с чувством ответил Люк и поскреб пятерней в затылке. Но тут же спохватился. – Черт побери, что же я тут толкусь, а вы, поди, совсем замерзли! Здесь нету поблизости метро или автобуса, чтобы мне уехать?
Вместо того чтобы посоветовать ему поймать другое такси и дать денег на дорогу, Диана вдруг предложила:
– Давайте поднимемся ко мне на минуту. У меня есть подробная карта Манхэттена со всеми транспортными путями. И к тому же я проголодалась. И вы, наверное, тоже.
Мы можем вместе перекусить.
Она решительно взяла часть свертков и кивнула швейцару, проводившему их до лифта.
Глядя, как мелькают на табло номера этажей, Люк пораженно потряс головой:
– Никогда в жизни не забирался выше шестого этажа! Но я не боюсь. А не боюсь через то… потому, что нынче мой самый везучий день!
Он долго осматривался у Дианы в гостиной, обошел все до единого предметы обстановки, внимательно изучая мебель и декор. Это дало ей время немного свыкнуться с его присутствием. Человека встречают по одежке. Эта фраза не шла из головы у Дианы. И приносила ей немалое удовольствие, несмотря на усиливавшуюся простуду. Она даже вспомнила, с каким увлечением шила в детстве новые наряды для своих кукол, особенно для Энди-Оборвашки. Диана усмехнулась. Ну вот, сегодня ей удалось нарядить его наяву!
– Здорово вы все здесь устроили, Диана. Ну, в смысле, у вас чувствуешь себя не так, как в тех домах, где все напоказ: кресло стоит, а сесть в него боишься.
Люк предложил сам приготовить ленч – суп из концентратов и сандвичи, – и они поели на кухне.
Если не считать шумного прихлебывания супа – о чем Диана не преминула мягко намекнуть, – его манеры за столом были вполне приемлемы. К тому же он ловко управлялся с посудой: сказывался опыт официанта.
– Нет, Диана, док Мерримэн сам займется вашим лечением. У вас найдется небольшая ненужная кастрюля?