Просто Жить

Нина

Она чувствовала себя пушинкой. Лёгким пёрышком, подхваченным ветром и летящим в пространстве.

Было легко и радостно.

Если бы её сейчас спросили- кто ты? Она бы так и ответила.

— Я перышко.

Постепенно невесомость сменилась тяжестью и её стало засасывать в чёрную воронку боли.

Было тяжело дышать. Очень тяжело. Ей казалось что на груди у неё лежит тяжёлая плита, которая грозит

раздавить под собой.

Пытаясь сделать вдох, она поняла, что не может.

— Ничего не возможно изменить. Медицина бессильна… Слишком поздно…

Обрывки разговоров, горькие вздохи и тишина.

Тягучая тишина покоя. И снова она лёгкое перышко в невесомости…

Тихий шёпот выдернул её из вязкого марева сна, но открыть глаза, а уж тем более пошевелиться она не могла.

— Я ухожу Нана, — грубый мужской голос ворвался в сознание. — Племя ждёт. Я не могу взять тебя с собой. Это не возможно. Прости. — шершавая ладонь мужчины неловко провела по её щеке, словно гладя. — Белые мухи совсем близко. Нам надо идти. — тяжёлый вздох и судя по звукам, которые раздались следом, мужчина встал. Чуть потоптавшись рядом, тяжело вздыхая ушёл.

Нина прислушивалась к звукам, но ничего больше не услышала.

Тишина. Ее снова окружила густая, вязкая тишина, в которой терялись звуки.

Постепенно её снова стало утягивать в умиротворяющее марево сна.

С облегчением выдохнув, Нина расслабилась и уснула.

В следующий раз она проснулась от голода. И от холода. Причём не понятно даже, что было сильнее. Холод, который заставлял её сжаться или голод, сковавший болью живот.

Нина заворочалась и со стоном потянулась. Болело все тело. Болело так, словно она упала. Вернее долго и неудачно падала.

Открыв глаза удивлённо уставилась на тёмный, практически чёрный от копоти потолок… Пещеры?

— Откуда пещера? Не поняла…,- проговорила она хриплым со сна голосом.

С осторожностью пошевелив руками и ногами, Нина повернулась на бок.

Перед её взглядом открылся вид на кострище и мрачные стены пещеры. Настоящей пещеры. Скудный свет попадавший внутрь откуда то сверху освещал стены и потолок, демонстрируя ей каменные своды небольшой и довольно мрачной пещеры.

С трудом приподнявшись на локте, Нина с ужасом и удивлением осматривала место в котором она, не понятно по какой причине оказалась.

— Бред. — покачала она головой и тут же скривилась от боли прострелившей её от макушки до пят.

Со стоном упав обратно на жёсткую лежанку, Нина подтянула к себе ноги и замерла, пытаясь не много придти в себя.

— Я не могу быть в пещере. Не могу. — тихо проговорила она. — Это сон.

Но даже если это был и сон, то слишком реальный.

Было очень холодно, голодно и страшно.

А ещё очень сильно чесалось тело.

Осторожно подняв руку, намереваясь

почесаться, Нина застыла в ужасе.

— Это не моя рука…, - прошептала она разглядывая тонкую, грязную кисть с обломанными ногтями.

Её руки, не смотря на возраст далеко за пятьдесят, были ухоженными, гладкими с неизменным маникюром и конечно же чистыми. Ну и к тому же не настолько худыми.

Поводив перед собой рукой, Нина перевела взгляд на тело и едва не задохнулась.

Маленькое, тщедушное тело, замотанное в какие-то не то тряпки, не то шкуры было точно не ее.

— Я в коме? Сплю? Умерла? — бормотала она ощупывая себя. Или все же не себя?

Память тут же подкинула ей картинку того как она заболела.

Резко, неожиданно заболела и слегла. Никогда ни на что не жаловалась, а тут… Какой-то вирус и лёгкие отказали.

Потом была скорая, больница и…

А вот дальше «и» было не понятно.

Можно конечно представить что ее вывезли куда-то за город, в пещеру…

Хотя зачем?

Но даже если и так! Тело то не ее? Это тщедушное тело, сплошь покрытое синяками и ссадинами, тонкое и грязное принадлежать может скорее подростку, нежели взрослой женщине. К тому же Нина, а вернее Нина Ивановна с возрастом стала телосложения крупного и роста высокого.

— Тело не моё…,- задумчиво посмотрела она на потолок. — Вопрос тогда назревает следующий. А чье?

Вот это бы вопрос как говорится на миллион.

Прикрыв глаза, Нина постаралась успокоится и подумать о том, что же все-таки с ней произошло.

Калейдоскоп воспоминаний её и чужих закружил унося в чертоги памяти.

Кто она? Нина? Нана?

Сейчас она маленькая Нана, дочь вождя небольшого племени которое борется за свое выживание как может.

Охотники и собиратели. Не кочевники, но вынужденные переселенцы..

Несколько лет они жили в красивой долине где была рядом большая река.

Во время весеннего половодья, совершенно неожиданно, река разлилась настолько сильно, что их стоянку смыло. Многие погибли. В том числе и её мама с маленьким братишкой.

Отец собрал уцелевших и они были вынуждены идти в поисках нового места жительства.

Они искали такое место, где могли бы жить и легко находить себе пропитание.

Они шли туда где не бывает белых мух и холод не ломает пальцы на ногах.

Они устали. Очень устали.

Малышка Нана подбадривала оставшихся соплеменников как могла. Вместе с отцом терпеливо переносила тяжести пути и ни разу не пожаловалась отцу на сбитые в кровь ноги.

Остановившись на ночевку в красивой долине, она вместе с остальными женщинами пошла собирать ветки для костра.

— Нана! Иди сюда! Смотри какие ягоды я нашла! — позвала её Чина. — Иди скорее.

Нана доверчиво пошла на голос, хотя Чина ей никогда не нравилась. Она была… хитрой и злой.