Чтение онлайн

– А вы, мисс Осборн, – заметил Питер, не снимая рук с ее талии, – не можете знать, что представляет для меня интерес. Разве не так?

Он ждал ответа.

– Так, – согласилась Сюзанна.

Питер улыбнулся и выпустил ее.

Они повернулись поздороваться с мисс Ханидью, которая уже встречала их в дверях. Женщина, очевидно, нарядилась в свое самое лучшее платье и просто сияла от счастья.

Сюзанна страшно боялась, что Френсис могла ошибиться. Она боялась, что виконт Уитлиф может оказаться очень опасным человеком.

После

бурных приветствий, длившихся, по прикидкам Питера, добрых четверть часа, он вернулся во двор позаботиться об экипаже и лошадях. Заметив в ограде несколько покосившихся досок, он отправился на поиски молотка и гвоздей. Отыскав их в конюшне, служившей одновременно сараем, Питер оставил там свой сюртук и занялся починкой забора на глазах у изумленной экономки, которая вышла на шум и уставилась на него с таким видом, словно увидела перед собой злосчастного обладателя двух голов.

Грязный, кудлатый терьер не переставал тявкать на Питера с того самого момента, как тот вышел из экипажа, и даже предпринимал попытки тяпнуть его то за руку, то за ногу, однако ему дали понять, что он очень рискует. Решив, что дозволенных прогулок по саду собаке недостаточно, Питер откопал в сарае старый кожаный поводок, очистил его от паутины и, взяв на него терьера, бодрым шагом отправился на прогулку по узеньким деревенским улицам. На обратном пути он спустил собаку с поводка на все четыре стороны, и та с восторженным лаем при виде открывавшихся перед ней бескрайних пространств бросилась бежать.

Двуколку пришлось оставить перед домом, поскольку рассчитанная на три лошади и небольшой экипаж конюшня вместила только пару лошадей. Питер взялся расчищать пространство. Когда он это сделал, стало ясно, что с метлой и ведром воды здесь не появлялись уже довольно давно, а потому Питер подмел и вымыл пол, а в довершение всего постелил свежей, душистой соломы, ворох которой нашел рядом с конюшней.

Покончив с делами, Питер, грязный, потный, но чрезвычайно довольный жизнью, через кухонную дверь вошел в дом. Это утро обещало стать самым приятным из всех, проведенных им в Харфорд-Хаусе.

Он вымыл по локоть руки водой, которую налила ему взволнованная экономка, опустил закатанные рукава рубашки, снова надел сюртук, что без помощи камердинера оказалось отнюдь не просто, и вошел в гостиную, где мисс Осборн негромко читала мисс Ханидью. Та, в съехавшем набок чепце, с закрытыми глазами и широко раскрытым ртом, сидела рядом в кресле и, откинув голову на мягкую спинку, тихо похрапывала.

Встретившись взглядом с мисс Осборн, Питер отступил назад в коридор, откашлялся, пошаркал ногами по половицам, еще раз, но уже погромче поблагодарил экономку за воду и снова показался на пороге.

Мисс Ханидью сидела прямая как палка с распахнутыми и сияющими от счастья глазами. Увидев Питера, она принялась поправлять чепец, а мисс Осборн

закрыла книгу.

– Какой же приятный у вас голос, мисс Осборн! – восхитилась она. – Так бы и слушала вас весь день. И как это мило, что ко мне на чай приехали вы оба! Всей душой надеюсь, лорд Уитлиф, что день показался вам не слишком утомительным, хотя думаю, на самом деле так оно и было. Не могу вам выразить, как много значит для меня ваше и мисс Осборн доброе отношение. А теперь давайте пить чай.

– Я вовсе не утомлен, мэм, – заверил ее Питер, усаживаясь за стол. – Напротив, всего несколько минут назад я подумал, что это самый чудесный день со времени моего приезда в Сомерсет.

– Ох, ну и плут же вы! – Мисс Ханидью, рассмеявшись, радостно захлопала в ладоши.

Сюзанна Осборн с упреком посмотрела на него.

– Гореть вам за ваши грехи в аду, – сказала она ему через час, когда они, распрощавшись с мисс Ханидью на пороге ее дома, отправились в обратный путь в Баркли-Корт. – Надо же! Самый чудесный день со времени вашего приезда! Я слышала, как вы приколачивали к забору доски. Ко мне прибежала экономка и, шепотом сообщив, что вы чистите конюшню, спросила, что ей делать.

– А еще я выпустил со двора собачонку, – добавил Питер, посмеиваясь. – Я боялся, что ее тявканье сведет вас с ума.

– Но зачем вам все это? – сердито спросила Сюзанна.

– Может, затем, что я не могу сидеть без дела, – проговорил Питер. – Хотя вы все равно этому не поверите, не так ли? Ведь вы считаете меня самым отпетым бездельником. Вероятно, мне хотелось произвести на вас впечатление.

– И вы почти час без устали отпускали мисс Ханидью комплименты, – заметила Сюзанна. – Она была в восторге, хотя вам ни на грош не поверила, но, без сомнения, будет жить воспоминаниями об этом визите еще не один день, а может, даже неделю.

– Что ж в этом дурного? – удивился Питер. – Она ведь одинока, разве не так?

– Да ничего дурного в этом нет, – с досадой ответила Сюзанна. – Вы любезны, вы очень любезны!..

Неужто она сердится потому, что ошиблась на его счет, по крайней мере отчасти?

– И в то же время хлыщ и бездельник, – добавил Питер, внезапно осознав, что слабый, ускользающий аромат ее духов на самом деле запах мыла – тем не менее очень соблазнительный. Как соблазнительно тепло ее ноги и плеча, прижимавшихся к нему!

Сюзанна ничего не ответила, и Питер усмехнулся.

– Ну вот, вы даже не опровергаете мои слова! Так нечестно, мисс Осборн, – сказал он. – Как вы думаете, не стоит ли нам с вами сделать попытку открыть друг в друге нечто такое, что помогло бы нам подружиться?

– Или не помогло бы, – возразила Сюзанна.

– Для вас, мисс Осборн, – сказал Питер, – стакан, как видно, всегда наполовину пуст, тогда как для меня наполовину полон.

– Стало быть, мы с вами несовместимы, – парировала Сюзанна.