Чтение онлайн

В этот миг она даже забыла, кто именно был виновником ее смятения и расстройства. Было проще возмущаться поведением брата и его исполнительностью. Можно было пообижаться на родителей, которые отказались прекращать весь этот ужас, что принес на их порог Террин. Мамой, которая в такой момент предпочла соблюсти внешние приличия. Отцом, который перед выходом из дома навстречу сватам на ее сообщение:

– Ох, папа, Террин затеял сватовство. К нашему дому идет толпа с песнями. А я не хотела. Не соглашалась! – покачал головой и, поймав ее за руку, притянул к себе, ответив:

– Это

так сильно тебя огорчает, дочка? Мне показалось, что он тебе нравится?

Когда Кастия в ответ упрямо выставила подбородок вперед и непримиримо промолчала, отец всего лишь сочувственно похлопал ее по спине и сказал, как можно более мягко:

–Тебя никто не гонит за него замуж. Хотя, должен признать, из всех, кто ко мне обращался за твоей рукой, а это были достойные мужчины, он – лучший. Хорошая семья, занятые, успешные братья. Он и сам многого добился. И к тебе хорошо относится, заботлив, вежлив ...и..., –Хаид немного замялся и не стал продолжать, решив, что пусть Террин сам рассказывает о своих чувствах, попросив лишь:

– Дай ему шанс. Дай вам обоим, дочка.

Кастия вытерла слезы и отвернулась от отца, пряча расстроенное лицо.

– Я все понимаю, – нехотя проговорила, – Не маленькая уже. Мне льстило его внимание, и то, что он сейчас вон там, у нашего порога. В конце концов, он никого больше замуж не звал и свататься не ходил. Но, папа, я не могу так! Он же не спросил, хочу ли я всего этого, –взволнованно сказала она, судорожно шаря по карманам домашнего платья.

Перед ее носом появился платок. Его подала Арита, проходя мимо с ребенком на руках, смиряясь, что сегодня ему не довелось поспать днем.

С улицы до них донесся звонкий голос Марии, обманчиво бархатный – Кары и хорошо поставленный – знаменитой свахи. Начались шутливые препирательства, щедро сдобренные выкриками из толпы зрителей, которые, видно, разделились на две половины. Одни подбадривали жениха, другие – советовали "стоять насмерть и стрясти с этого олуха побольше золота, ведь он за вашей младшенькой пришел!"

– А ты не хочешь? –спросил Хаид, как-то уж слишком понимающе глядя на дочь. Та дернула плечом, на мгновение задумавшись, а потом ответила, но вовсе не то, что ожидал от нее отец.

– Я не хочу этого представления здесь и сейчас. Это нужно остановить, пока не стало поздно. Мне надо поговорить с Террином, – усыпив бдительность, Кастия со всех ног рванула к выходу.

Остановившийся на пороге рядом с матерью Ярет хоть и был застигнут врасплох, но все равно успел схватить сестру в охапку до того, как ее смогли заметить посторонние.

– Ну ты и дикая кошка, Кас, –прошипел он, затолкнув ее снова в комнаты, – Прекращай глупости. Если он виноват, то я поймаю и подержу, пока ты его побьешь. Но сейчас завязывай с глупостями. Ты – не мелочь глупая, а он – не престарелый боров с похотливыми намерениями. Любая твоя подружка язык бы от счастья проглотила, если он к ней свататься пришел.

–Потерпи, дочка, мы все решим, – вмешался отец, с тревогой разглядывая взволнованную девушку, – Иногда следует не рваться в бой, а довериться родным. Мы не желаем тебе зла, а потому посиди здесь и подожди.

– Не делай глупостей, сестра, –

заявил Ярет, выходя за порог, – а то еще будешь потом жалеть.

Хаид потрепал дочь по щеке и, подарив ей ободряющую улыбку, вышел вслед за сыном.

Оставшись одна в доме, Кастия вновь окунулась в свои переживания. В общем-то, признала наконец-то она, родители и братья были правы, уже поздно пытаться остановить разворачивающееся около их дома действо. Но как же ей не хотелось в этом участвовать!

Желая занять руки, Кастия оглянулась и решила навести порядок. До входа родителей и Терина в дом было еще много времени. Доносящиеся со двора шутки, смех и даже песни наглядно свидетельствовали, что даже ее застигнутые врасплох родственники уже вовсю втянулись в представление и получали удовольствие от переговоров, убеждений и препирательств. Не будь ситуация именно такой, как сейчас, Кастия и сама бы с удовольствием послушала бы это.

Не зря Ирна считалась мастерицей своего дела. Кастии довелось слышать ее несколько раз, в том числе и на сватовстве сестры, когда ее нанимал Сорен, желавший произвести впечатление на ее грозную сестру. И тогда уже девушка восхитилась ее возможностями и способностями так складно и красиво говорить. И не повторяться при этом.

Говорили, что сваха на каждом сватовстве настолько разные и продуманные действа творит, что даже служительницы Храмов хотели заполучить на службу. Но она отказывалась, говоря, что пока сосватала еще не все пары, которым предназначено быть вместе. Лукавила, конечно. В их мире не было предназначения. Или же существовало, но людям такое видеть было не положено.

Возможно, ее бабушка была права, когда говорила, что многие нашедшие друг друга души вновь встречались после смерти и объединялись в одну, отказываясь в дальнейшем снова рождаться. О чем, в таком случае рассказывала сваха Ирна, ей было неизвестно.

Искусность свахи была очевидна. Сама она говорила мало, но веско и умело направляя беседу, не давая сторонам отвлекаться от предмета разговора. Женщина подсказывала правильные ответы тем, кто ее нанял. Странно, но она уверяла, что своих новых клиентов обычно находит во время работы. Поговаривали, что нередко сваха сама предлагала свои услуги.

Проводя тряпкой по столам и поверхностям, чтобы смахнуть возможную пыль, Кастия слышала, как веселились ее родственники на улице. Сваха доверительно и довольно громко сообщила присутствующим про живущую в их дворе чарующую птицу и некоего молодого человека, который ею просто покорен.

Злоязычный Ярет в ответ засомневался и потребовал доказательств, а задорно смеющаяся Мария подтрунивала над женихом и его братьями, говоря, что "любая птица к солнышку тянется".

Сваха убедительно заявила, что жених все ночи напролет о своей крылатой мечте стихи пишет. Конечно же, родные стребовали, чтобы стихи зачитали. А ну, как если неправда? Или птица не оценит, надо же проверить. Жених (сам, ну надо же!) зачитал что-то.

Кастия улыбнулась, сожалея, что не может на это посмотреть и отметив, что, оказывается, Террин подготовился. Она знала, что потом его еще на танцы и песни разведут, и это будет то еще зрелище.