Чтение онлайн

— Не плачь, мам, никто же не умер, - сказал мой мудрый не по годам сын и добавил мою любимую присказку, которую я часто ему говорила. — Всё перемелется и будет мука, - а затем улыбнулся и добавил: «Может блинчиков?»

Развели нас с Игорем

через три месяца. К моему великому счастью, отсутствие подготовки в виде «соломки» и копий всего приобретённого во время брака, мне не понадобилось. Не было никаких семейных войн с дележкой имущества, вилок, ложек и детей. Всё прошло по стандартной процедуре – тихо и без сюрпризов. Игорь отписал свою половину двушки Тимке, в которой мы и остались жить с сыном. Я хотела предложить ему эту часть в счет алиментов, но он был против, потому что он мужик, а мужики своих детей не бросают, поэтому и алименты он будет платить, как и положено по закону, не считая всякой мелочевки на карманные, кружки и разные незапланированные расходы. Жить он ушел в свою новую однокомнатную квартиру, которую и купил в соседнем подъезде дома, в котором мы жили. Как ему это удалось за такой короткий срок, я не знаю, хотя, для владельца риэлтерского агентства это не было особой проблемой.

Наша жизнь в целом почти не изменилась, только этим летом в отпуске мы проживали в соседних с Игорем номерах, а Тимка свободно оставался то у меня, то у него. Жили мы в том же доме, просто в разных подъездах. Игорь иногда заходил к нам на чаёк и Тимка часто бывал в гостях у папы.

Сильнее всего наш внезапный развод ударил по нашим родителям. Они были не просто шокированы, а буквально разбиты такой новостью.

Мама обозвала меня дурой, не умеющей быть гибкой и какое-то время общение было прохладным. Ну не могла я постоянно слушать её поучения, каждый раз начинающиеся словами, что я дура и как я теперь без мужа,

а сын без отца. Я была с ней не согласна, потому что пусть мужа у меня и не было, а вот отец у Тимки был. Из-за её непрекращающегося давления я постаралась свести наше с ней общение к минимуму. А отец старался держаться спокойно, но было видно, что ему эта новость тоже легко не далась. Позднее он сказал, что для него особо ничего не поменялось: любимая дочь так и осталась любимой дочерью, внук – внуком, а зять зятем, хоть и с формулировкой бывший. А со сватом у них так и осталось любимое занятие – рыбалка.

У меня и раньше были хорошими отношения с семьёй мужа, такими они остались и после развода. Свекор сказал разбираться самим со своими косяками и старался особо ко мне не лезь, а вот свекровь так переживала, что пришлось её отправить в санаторий, но этим уже занимался Игорь. Младший брат мужа не перестал быть нашему Тиму дядей, и иногда, шутя, советовал ему не увлекаться просто поцелуями.

К началу учебного года я уже была «разведенкой с прицепом» и встретили меня на работе словами «в нашем полку прибыло». Разводом в наше время теперь никого не удивишь и позором, как раньше, это уже никто не считает.

Всё было как-то спокойно и обыденно и, от почти постоянного нахождения рядом Игоря, я не чувствовала себя в разводе. Просто у меня немного поменялась моя семейная жизнь, а в остальном всё было, как и раньше.

Я жила своей обычной жизнью, разве что без нахождения рядом «друзей» мужского пола. Моим самым любимым мужчиной был сын, вот ему я и посвящала всю себя, а о других мне пока думать было рано.

И всё бы было хорошо, если бы совсем недавно в местных «пабликах» не завирусилась странная картинка с комментарием:

« Я жду твой просто поцелуй…»