Просто друг?..
Шрифт:
— Мне уже надоело всё это терпеть, — наконец произнёс он, и от звука его голоса Сакура еле заметно вздрогнула всем телом.
— Не терпи, — заметила она, пожав плечами и улыбнувшись.
Совсем слегка она коснулась его плеч пальцами, а затем провела до мышц в предплечьях с нажимом. Выдохнув, он наклонился к ней, снова поцеловав в щёку, спустившись к уголку губ. Очевидно, мужчине нравился такой расклад событий. Все сожаления будут потом — сейчас на них осталась только страсть и нежность одновременно друг к другу.
— И твоего разрешения на столь постыдные действия с моей стороны даже спрашивать не буду, — он посмотрел на неё, будто благородный рыцарь, и Сакура сдерживалась от того, чтобы не засмеяться.
Впрочем, она готова была повиноваться ему. Прикрыв глаза, она снова принялась целовать его в губы, прислонив к себе ладонями.
Кончиками длинных сильных пальцев он стал исследовать её талию: одной рукой прижал её к себе — тут девушка шумно втянула воздух, словно не ожидала такого поворота событий от Учихи. Опустив руки на бёдра, он сжал округлые ягодицы, теснее прижав Сакуру к себе, и она густо раскраснелась только от одного этого прикосновения: в промежность сквозь слои ткани упёрся напряжённый член. Выдохнув, она крепче обняла его за шею — при таких обстоятельствах отпускать его уж точно никуда не хотелось.
Задрожав, она посмотрела на него — быстро, мимолётно, будто боялась заострить на нём своё внимание. Выдохнув, Сакура снова обняла мужчину за шею, скользнув руками по его спине и наконец стянув эту надоедливую белую майку, откинув её куда-то в сторону. Наконец стройное тело больше ничего не скрывало — пожалуй, кроме бриджей, — и тёплые, немного трясущиеся от волнения ладони мгновенно устремились к груди Учихи. Сжала, выдохнув, опустила руки ниже, к прессу, слыша, что он как-то нервно вздохнул, оставила еле заметные царапинки рядом с аккуратной ямкой пупка и снова поднялась наверх, не решившись опустить руки ниже, — в слишком пошлых прикосновениях она пока не нуждалась.
Его пальцы стали исследовать небольшую, аккуратную грудь Сакуры. Пожалуй, он сосредоточил на ней слишком большое внимание: виновато глянув ей в глаза, как будто извиняясь за свою страсть, Саске спустился к её груди короткими поцелуями — от ключиц прямо до чувствительных, набухших в возбуждении сосков. Коротко дёрнувшись, девушка стала пристально наблюдать за мужчиной: аккуратный, такой осторожный — и где всё это у него было раньше? Стоило только ему коснуться одного соска кончиком носа, выдохнув на него, а затем поцеловать аккуратно рядом одно полушарие груди, Сакура сорвалась на стон, поджав коленки и теснее обхватив ими бёдра Саске. Учиха, бросив на неё короткий взгляд, не мог понять, почему девушка так нервничала, — то ли она была слишком возбуждена, то ли не хотела того, что происходило, вовсе. Но короткие, пусть и страстные, стоны говорили об обратном: она жаждала этих прикосновений, хотела их, пусть и стыдилась.
Вокруг соска он провёл кончиком языка, мгновенно обхватив его губами и принявшись мягко посасывать. Сакура тихо пискнула, от безысходности зарывшись в его волосы кончиками пальцев, а затем и вовсе слегка сжала их, крепче прижав его голову к себе. Мужчина, выдохнув, принялся опускаться ниже, прямо к плоскому животу, подняв одну ладонь к её груди снова и убрав так мешающую ткань тонкой футболки. Выдохнув, девушка запрокинула голову — как она теперь понимала его высказывание о том, что ему надоело всё терпеть: с каждым его поцелуем, с каждым прикосновением пальцев и ладоней, с каждым его толчком прямо навстречу её бёдрам, чтобы и без того напрягшийся член сильнее упёрся в промежность девушки, она соглашалась с его суждением всё больше и больше.
Не выдержав, она подняла его голову ладонями, притянув лицо к себе, и снова принялась целовать. Долго, безудержно, не отрываясь от его губ нисколько, будто стараясь выкачать весь кислород из и так полупустых лёгких. Он отвечал на поцелуй: точно так же, как и она, — жадно и захватывая нижнюю губу.
Однако он снова спускался к шее, кусая кожу, принимался мять её грудь ладонями — грубо, будто даже не обращая внимания на то, что Сакуре было немного больно. Большими пальцами он едва ощутимо надавливал на соски, и девушка постанывала, крепче обхватывая его ногами. Всё это
Скользнув немного шершавой, но вместе с тем мягкой ладонью по её животу, он стал постепенно опускать пальцы ниже. Сакура лукаво улыбнулась, понимая, чего хотел Учиха, — сейчас она жаждала того же самого. Немного приподняв бёдра, мужчина провёл пальцами по промежности девушки. Горячая, уже довольно мокрая после столь простых ласк — совсем немного просочилось прямо сквозь шорты. Вся эта пошлость, что засела в голове Учихи, не желала выходить: выдохнув, он принялся активнее двигать пальцами вдоль промежности девушки, сосредотачивая движения на чувствительном клиторе. И вся она, весь её образ внезапно предстал перед Саске таким пошлым, но вместе с тем, казалось, и жутко невинным: влажные от чужой слюны пухлые губы, спутанные коралловые волосы, в которые она зарывалась пальцами, а после проводила по простыне, сминая её в складки; другая её рука находилась около груди, и Сакура заметно сдерживалась, чтобы не сжать её, как сжимал Саске, и не принести себе ещё больше удовольствия. Однако у неё не получалось — её тонкие ладони не могли заменить сильные и мужественные руки Учихи. Усмехнувшись, он, заметив её состояние, наклонился, поцеловав Сакуру в шею. Широкая ладонь накрыла её грудь, чувствуя, как во внутреннюю сторону упёрся возбуждённый сосок, и Саске выдохнул, принявшись ритмично сжимать часть тела кончиками пальцев — нежно, аккуратно, осторожно, чтобы не принести ей боль.
— Только вот после ты будешь об этом жалеть, — заметил Саске, немного печально вздохнув.
Снова в его глазах эта горечь, и точно такая же — в глазах Сакуры: их чувства были как на ладони и отражались в расширенных от желания зрачках друг друга.
— Но это будет после, — лукаво приподняла бровь девушка, подмигнув и улыбнувшись Учихе.
«Справедливо», — подумал про себя Саске, и на губах его заиграла загадочная улыбка. Наверное, он хотел бы о многом рассказать ей, многим поделиться, только что-то его от этого удерживало: он тяжело вздыхал, опуская глаза, и Сакура прикусила нижнюю губу с внутренней стороны — неужели он на этом остановится? Судя по всему, Учиха тоже об этом думал, но принялся стаскивать футболку с Сакуры. Счастливо улыбнувшись, она приподнялась, чтобы ему было удобнее, и тут же, когда он освободил горячее тело от тонкой ткани, прислонила его к себе, обхватив руками за плечи. Она впивалась в них, оставляя ногтями следы полумесяцев, и тут же горячо выдыхала на сильную шею.
Пожалуй, Сакура понимала, что всё потом будет так, как у них было раньше, но она не станет об этом жалеть. Ни за что. Даже если намекнула Саске на это.
Улыбнувшись, она прикусила бархатную кожу мужской шеи, мгновенно выдохнув на неё и поспешив провести языком по свежему засосу. Пусть все видят, чем он занимался, после того как она притащила его к себе в квартиру. Пусть все знают об их чувствах друг к другу. Пусть все думают о том, что они не просто друзья. Впрочем, Сакура уже сама была склонна так думать.
Рывками он принялся освобождать её тело от коротких трикотажных шорт, стягивая их вместе с нижним бельём, и стоило только Сакуре опустить глаза и провести ладонью по его телу, закончив свой путь прямо в области паха, как она испуганно сглотнула, — она и догадаться не могла о том, насколько сильным было желание мужчины. Усмехнувшись, она нервно провела пальцами обратно, стараясь не расцарапать бледную кожу и не сжимать так сильно каждую мышцу на его торсе под разгорячённой кожей.
Саске наклонился, оставляя за её ушком короткие поцелуи, — страсть он снова сменил на нежность, да ещё и настолько умело, что Сакура полностью расслабилась. Отвернув голову в сторону, она сжала его предплечья — так было спокойнее, да и ощущение мышц под пальцами дарило какую-то дополнительную уверенность в том, что всё будет хорошо, и защиту. Несмотря на то, что она так хотела его, она боялась новых ощущений. Неуверенно посмотрев на него, тяжело выдохнула — звон ремня послышался внезапно, громом среди ясного неба, и Сакура постаралась слегка сжать коленки, чтобы скрыться от стыда, внезапно захватившего её тело вместе со страстью к нему.