Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Проститутка Дева
Шрифт:

Правда, каждый год, переходя в новый класс, Верочка справлялась у него по телефону: "Папа, скажи точно, как называется место твоей работы и твоя должность, это требуют учителя для того, чтобы записать в классный журнал…" Он с гордостью называл Останкино, "Норму Ти-Ви", и должность свою – главного редактора… И в этом тоже было отцовство.

Отцовство ведь проявляется не обязательно прямым и непосредственным присутствием.

"Как хорошо, что Верочка у меня уже такая взрослая и хорошая, и уже вряд ли покатится по наклонной со всеми этими героинами, крэками, кокаиновыми групповухами на дачах! – думал Мигунов. –

Все-таки уже на втором курсе медицинского института".

Как он и мечтал, что вырастет доктором и будет ему – старенькому папашке на даче уколы колоть, когда ему старенькому плохо будет…

Мигунов припомнил, как еще лет двенадцать или пятнадцать тому назад, когда он ушел от них, частенько, когда на улице случался мороз, он вдруг представлял себе свою маленькую дочурку замерзающей на улице нищенкой…

И ему становилось страшно.

Он вздрагивал, отряхивался как собака, вылезшая из воды, стряхивал с себя это видение, картинка исчезала, но боль в душе оставалась.

Это, наверное, были те моменты, когда маленькая дочурка тосковала без папочки.

Тосковала и спрашивала маму: "А где папа?" …

3.

Вера Мигунова всерьез полагала, что телесная близость мужчины с женщиной бывает двух родов: чистая и нечистая.

Чистая – это когда муж и жена.

И нечистая – во всех остальных случаях, вне брака.

Свою нежность и свои ласки она готовила только для будущего жениха.

В детстве Верочка любила балеты Чайковского и сказки Гофмана.

Своих приятельниц, любивших посудачить о сексе и поделиться впечатлениями о некоторых приключениях, она не осуждала, но слушала подобные рассказы без особого интереса.

– Чё ты как неживая? – спрашивали ее иные сокурсницы. – Ты чё святошу из себя строишь, ты только попробуй, это такой кайф! – говорили они.

А Верочка пожимала плечиками и отвечала, что ей этого не нужно, что это должно быть только в семье, а иначе это теряет всякий смысл…

Она не вступала с товарками в продолжительные споры, хотя внутренне никогда не сомневалась в своей правоте, потому что уверенно знала, что под этим она подразумевает любовь, любовь, что сродни большой и всеобъемлющей любви к родителям, к папе.

Она не спорила с товарками, пусть живут как умеют.

А она будет жить так, как верит. Как имя ее, данное при рождении и в крещении ей велит.

Нравились ли ей мальчики?

Разумеется, нравились!

Еще во втором классе она была влюблена в Петю из параллельного "Б" класса.

И она даже несколько раз прогуливала уроки, когда в "Б" классе были занятия по музыке. Верочка пробиралась тогда в актовый зал и из-за сваленных в кучу рядов снятых задних кресел наблюдала предмет своей влюбленности, как он пел про Родину и про Чебурашку, покуда однажды ее не поймали и не отвели к директору.

Потом она была влюблена в учителя химии. И даже записалась на факультатив…

Кстати, это помогло потом при поступлении в медицинский.

Но два года, в девятом и в десятом, Верочка вздыхала и прятала взгляды.

Что же касается нормальных, как у всех, ухаживаний с поцелуйчиками на вечеринках, то и это у нее было.

Но никогда не заходило дальше установленного ею предела.

В

одиннадцатом классе среди парней к ней прикрепилось звание недотроги, на которую не стоит тратить время, есть-де девчонки более доступные и посему более достойные нехитрых, незатейливых ухаживаний.

А в институте, после пары вечеринок однокурсники записали Верочку в "синие чулки с прибабахом". Прибабах был присовокуплен потому, что они не понимали природы верочкиной "синечулочности". Ведь девчонка с фигурой и с мордашкой… Парни на нее в метро пялятся… Чего же она из себя строит?

Умный Гера Либенбаум сказал, как подытожил: "Верка у нас ждет, когда на столе фишек накопится, чтобы сыграть с казино ва-банк, поставив на зеро… Верка принца ждет, вот почему она у нас такая недотрога".

И был по-своему прав.

Хотя сама Верочка объяснила бы это по-другому. Но она не брала на себя труд объяснять.

Просто жила в соответствии со своими убеждениями. …

Верочка мечтала встретить своего героя.

Чтобы он был храбр и красив, как Роланд.

И чтобы был умен и благороден, как Онегин…

Да, Верочка любила "Евгения Онегина" и в девятом классе написала такое сочинение, что учительница не знала, какую отметку ставить: пять или два.

Вера написала, что Евгений Онегин – совершенное воплощение благородства. Он не воспользовался открытостью, порывом Татьяны, как наверняка воспользовался бы любой нынешний мужчина.

А еще Верочка написала, что у англичан так превосходно получилась экранизация Евгения Онегина, потому что Евгений был навеян Пушкину Дон Жуаном Байрона…

Молоденькая учительница была вся в сомнениях и показала Верочкино сочинение своему университетскому преподавателю, профессору Баринову. Тот не отмахнулся, не манкировал просьбой своей бывшей студентки и даже приехал в школу.

Посидел на уроке и, попросив потом Верочку остаться, беседовал с ней.

– Я согласен с вами, – сказал Баринов. – И если Лосев писал, что классическое образование сделало Пушкина Пушкиным, то я могу только добавить, что образ благородного героя, доминировавший в греческом эпосе и в рыцарском романе, отразилися и в Руслане, и в Евгении, и в Петруше Гриневе…

Баринов ласково глядел на Верочку.

– Читайте классику, читайте эпос, читайте Гомера, – говорил Баринов, улыбаясь. – Современную же прозу читать не советую, читать ее бессмысленно и даже вредно, – продолжал он. – В ней, в современной литературе, нет главных составляющих и определяющих ее как литературу компонентов. Если прежде, когда литература только зарождалась, баян, садясь у костра средь усталых воинов, выпив хмельного вина и ударив по струнам своих гуслей, пел о подвигах и о любви легендарных рыцарей и богов, то его баллады были преисполнены не только занимательных приключений, колдовства и описаний сражений, что, безусловно, должно было развлекать усталых воинов, заменяя им у костра телевизор с сериалами… Но баллады певца воспевали и благородство и силу духа героев, поучая, воспитывая мальчиков, юных оруженосцев, будущих рыцарей, что возлежали тут же, возле костра… Именно за эту функцию, именно за эту воспитательную компоненту, литература и принята в свод обязательных в школе предметов, чтобы на примерах Петруши Гринева, Пети Ростова, Алеши Карамазова воспитывать в детях честность, патриотизм и доброту.

Поделиться:
Популярные книги

Качество, эффективность, нравственность

Гличев Александр Владимирович
Научно-образовательная:
учебники
5.00
рейтинг книги
Качество, эффективность, нравственность

Великие мифы и легенды. 100 историй о подвигах, мире богов, тайнах рождения и смерти

Мудрова Ирина Анатольевна
Старинная литература:
мифы. легенды. эпос
5.00
рейтинг книги
Великие мифы и легенды. 100 историй о подвигах, мире богов, тайнах рождения и смерти

На границе империй. Том 4

INDIGO
4. Фортуна дама переменчивая
Фантастика:
космическая фантастика
6.00
рейтинг книги
На границе империй. Том 4

Библия. Современный русский перевод (РБО)

РБО
Религия и эзотерика:
религия
6.00
рейтинг книги
Библия. Современный русский перевод (РБО)

Жизнь животных, Том III, Пресмыкающиеся. Земноводные. Рыбы

Брем Альфред Эдмунд
Научно-образовательная:
биология
6.57
рейтинг книги
Жизнь животных, Том III, Пресмыкающиеся. Земноводные. Рыбы

Бастард

Осадчук Алексей Витальевич
1. Последняя жизнь
Фантастика:
фэнтези
героическая фантастика
попаданцы
5.86
рейтинг книги
Бастард

Осознание. Пятый пояс

Игнатов Михаил Павлович
14. Путь
Фантастика:
героическая фантастика
5.00
рейтинг книги
Осознание. Пятый пояс

Личность и Абсолют

Лосев Алексей Федорович
Научно-образовательная:
философия
6.25
рейтинг книги
Личность и Абсолют

Морроувинд

Вадим Торухов
5.00
рейтинг книги
Морроувинд

Записки духовного авантюриста

Блект Рами
Научно-образовательная:
психология
7.00
рейтинг книги
Записки духовного авантюриста

Лотэр

Коул Кресли
12. Бессмертные с приходом темноты
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
эро литература
9.29
рейтинг книги
Лотэр

Танкист

Корчевский Юрий Григорьевич
Проза:
военная проза
6.21
рейтинг книги
Танкист

Я еще не бог. Книга XXXV

Дрейк Сириус
35. Дорогой барон!
Фантастика:
аниме
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Я еще не бог. Книга XXXV

Поток: Психология оптимального переживания

Чиксентмихайи Михайи
Научно-образовательная:
психология
5.20
рейтинг книги
Поток: Психология оптимального переживания