Прости, малышка...
Шрифт:
***
День, когда мы выезжаем в город на Славиной машине, выдается солнечный и морозный. Снег искрит и переливается, немного слепит глаза. Я, как пятилетний ребенок, восторженно вглядываюсь в окружающую красоту, словно птичка, выпорхнувшая из клетки, не могу совладать с волнением.
Три месяца.
Полного отсутствия цивилизации и связи с внешним миром.
Общения только с одним человеком.
И наконец…
Кусочек мнимой свободы лишь на несколько часов.
Я счастлива.
Слава ведет машину сосредоточенно, даже немного
— Никуда от меня не отходи.
Я послушно киваю, хотя, не могу понять, почему он так со мной носится. Я же не дочь президента, даже не поп-звезда. Кому теперь-то сдалась тощая сиротка без наследства?
Ладно, соберись, Ася. Сегодня день положительных эмоций.
С твердым настроем порадовать себя чем-то красивым, семеню за Славой в магазин. Отделов куча. Выбор гигантский. Назревает вопрос:
— Что я могу себе выбрать?
— Все, что понравится. Мерить будем все, что подойдет — купим.
Вспомнилось, как мы шатались по центру с Еленой. Пусть сегодня со мной вместо феечки угрюмый бритоголовый амбал, зато сможет оценить мужским взглядом то, что я выберу.
Мысль о том, что отсюда легче всего сбежать, засела в моей голове, еще когда только зашел разговор о поездке. Стоит пройти в примерочную, а оттуда просочиться незаметно, пока Слава не видит, и я на свободе. С одной стороны ведь, его доброта — странная, неоправданная. Я не знаю людей, которые бы делали что-то просто так. И сколько продлится наше с ним молчаливое согласие, неизвестно. Вдруг он маньяк вообще, просто выжидает время…
Бред, конечно. Но такой птичке, как я, просто невыносимо взаперти. А разговоров о дальнейших «выходах в свет» мы не вели, и честно нет желания все время выпрашивать.
Но даже если мой побег каким-то чудом удастся, куда податься бедной сиротке без денег и документов? Перспектива остаться на улице без паспорта какая-то не очень привлекательная.
То ли из-за этих мыслей, то ли от долгого заточения, меня не покидает странное волнение. Не могу унять дрожь в пальцах и ослабить узел, завязавшийся внутри, где-то в области солнечного сплетения.
Мы слоняемся по отделам с одеждой и обувью уже часа полтора, примеряем вещи, даже прикупили парочку — ярко голубой свитер и светлые джинсы, но к своей основной цели я не продвинулась и на сантиметр. Не могу решиться. До конца не осознаю, какое действие будет правильным. Импульс в голове кричит: «Бежать!». Здравый смысл просит угомониться. К тому же, Слава все время рядом. На расстоянии максимум метра. Даже у примерочных стоит вплотную. Чёрт. Я как-то не подумала, что следить — это одна из основных его обязанностей.
Мы проходим мимо отдела элегантной женской одежды. Я бы никогда сама в такой не зашла. Но останавливаюсь непроизвольно, потому что на витрине манекен в платье моей мечты. Оно длинное, темно-синее, с целомудренным вырезом на груди, но просто сногсшибательным — от самого верха бедра.
Слава видит мой заинтересованный взгляд и бросает уверенное: «Пошли». Тащит меня за руку внутрь, и говорит размалеванной напыщенной продавщице, что мы хотим примерить это платье. Она смотрит на меня брезгливо, но, после убийственного взгляда моего спутника, все же, снимает вещь с манекена, указав путь в примерочную. Там я быстро скидываю свои потрепанные шмотки, и, прежде чем облачиться в прекрасную сияющую материю, смотрю на ценник.
Невольно присвистываю.
Сомневаюсь, что Слава в здравом уме и трезвой памяти потратит такую сумму на мой новогодний наряд.
Сомневаюсь, что такая сумма у него вообще есть.
Настроение падает. Но я все равно решаю померить, чтобы хотя бы оставить память приятных ощущений. В одно мгновение надеваю. Смотрю в зеркало. В глазах наворачиваются слезы. Оно как вторая кожа, сидит безупречно. Просто волшебно переливается и подчеркивает линии моего худенького тела, делая его стройным. А разрез… Нет слов. К нему бы еще туфли на шпильке…
Чувствую ком в горле. Да что со мной такое!
Нельзя же так расстраиваться из-за какой-то шмотки! Пусть даже такой умопомрачительной. Просто не узнаю себя.
На мгновение мелькает мысль, может стащить его? Но в таком дорогом бутике это вряд ли возможно. Да и я давно не практиковалась.
Поэтому, скрепя сердце стаскиваю это волшебство, успокаивая себя тем, что мне все равно некуда его надеть, и ближайший Новый год, возможно, вообще придется ночевать на улице.
Так, плохие мысли прочь.
За шторкой слышится нетерпеливое ворчание.
— У тебя там все хорошо?
— Да, я сейчас.
Я напяливаю свое тряпье и последний раз прикасаюсь к платью, чтобы запомнить его на ощупь. В этот момент снаружи слышу какое-то кряхтение и отчетливые слова:
— Она здесь?
Я безоговорочно узнаю этот голос. Дрожь накрывает все тело, но сообразить, что делать не успеваю, потому что штора примерочной резко открывается и весь проход наружу закрывает огромная фигура. Поднимаю глаза. Натыкаюсь на сердитый взгляд.
— Сама пойдешь, девочка, или помочь?
Глава 22
***
Бизон смотрит выжидающе. Я, кажется, проглотила язык от страха и неожиданности. Тупо пялюсь на него и ни слова не могу вымолвить. Паровоз отходит в сторону, освобождая мне путь. Делаю неуверенный шаг. Первая мысль, когда оказываюсь в павильоне магазина: «Бежать!»
Но… Можно, конечно попытаться, если вдруг стать невидимкой и выпорхнуть в щель между стеклами. Черт. Кроме Бизона в помещении еще два охранника, один из которых стоит рядом с перепуганной продавщицей. Ей, наверное, невдомек, чем заинтересовала этих качков моя скромная персона. Только я сейчас не об этом думаю. А о том, что им от меня опять нужно?