Чтение онлайн

– Неправда.

– Ещё какая правда.

– Закрой рот, - прошептал почти нежно.
– Или я его закрою.

– Не смей.…

Мое дыхание учащается с каждой секундой.

Мне изо всех сил приходится бороться с собой.

– Знаешь, что я хочу сделать?
– хрипло выдыхает, касаясь губами моего ушка.

– Не надо… - отзываюсь слабо.

– Надо. Я больше не смогу остановиться. Твоя близость сводит с ума. Сейчас мы приедем, и я проведу пальцем по твоим трусикам, собирая с них влагу. И потом.… Попробую все то, что под ними.

У

меня перед глазами темнеет от этого порочного обещания.

Цепляюсь за плечи Евгения, чтобы не упасть.

Он целует меня с настойчивостью урагана, сметающего все на своем пути. Поцелуй вышел грубым, почти жестоким. Но я, послав все сомнения к черту, ответила - так же отчаянно, так же жадно.

Эта история меня порядком измотала, выпила много крови и иссушила немало нервов.

Наши языки сплелись в яростном танце.

– Давай покончим с этим?
– предлагает Евгений.
– Ласточка, ты же видишь, я весь твой, и сердце к твоим ногам, и всего себя… Да бери уже, блин!

– Взять?
– губы опухли.

– Возьми!
– требует.

Осоловело моргаю, внезапно поняв, что лифт уже остановился.

Двери распахнуты, и наши объяснения стали достоянием общественности - несколько офисных работников наблюдают за нами, не дыша.

– Чё встали, бесплатное кино закончилось!

Евгений утаскивает меня за собой, сев в его машину, начинаем синхронно смеяться, как ненормальные.

– Ты их рожи видела?

– Да!

Новый поцелуй.

Мы тянемся за ним синхронно и с трудом разрываем рты.

Евгению кто-то звонит.

– Если это снова твоя мочалка или…

– Дочь, - отвечает Евгений, едва бросив взгляд на экран.
– Подождет. Пусть весь мир подождет.

– Лучше не скажешь.

Виктория

– Кажется, я до дома не доеду, - хрипло выдыхает Евгений.
– Давай на заднее? Взорвусь?

– Я тоже, - признаюсь.

Но через миг становится страшно: вдруг я зря решила дать нашим отношениям шанс? Хоть ещё и не озвучила это прямо, но все же…

Женя мгновенно отзывается, почувствовав мои сомнения.

Он прижимается лбом к моему, часто дышит, опаляя выдохами мое лицо.

– Не сомневайся. Прошу. Я докажу, что достоин второго шанса.

– Я ещё не озвучила.

– Мммм… Словами не озвучила, но глаза, жесты, поцелуи… Сказали больше, чем слова. Ты просто опасаешься.

– Да.

– Я тоже боюсь, - признается он сиплым голосом.

– Что? Тебе-то чего бояться?

– Что снова облажаюсь. Нет, не про измену сейчас говорю. Про другое. Вдруг не справлюсь? Не вывезу твой уровень… Снова сделаю что-то не так, не так скажу, не так посмотрю… - смеется напряженно.
– Не так подкачу. Обидишься. Уйдешь в оборону…

Его признания звучат откровенно и тронули меня за живое. Я-то думала, он непробиваемый и была уверена, что его самооценка и мнение о себе выкованы из титана, не поддаются

сомнениям.

Но, оказывается, мы ошиблись.

Оба.

Подумали друг о друге не так, пришли к неверным выводам.

– Я слышала, что там, где страх, там всегда самый большой ресурс.

– Да-да, я тоже что-то такое слышал, - Евгений смотрит мне на губы, потом в глаза, снова на губы.
– Предлагаю пойти туда вместе. Рискнем… И, если что, то твои страхи мне понятны.

– А мне - твои.

– Тогда лезь на заднее!
– целует горячее.

Это занимает всего несколько секунд.

Не больше!

Мы горячие и несдержанные, хихикаем, как озабоченные подростки, разогретые опасностью быть застуканными.

Вот только кое-что мешает предаться страсти окончательно.

Звонок телефона.

Сначала - телефон Евгения, потом - мой.

Они не умолкают!

– Да что такое!
– сердито порыкивает он.

Приходится немного прерваться. Я проверяю свой телефон.

– Мне тоже дочь звонила.

– Может быть, реально что-то стряслось? Ответить надо. Черт… Я думал, со взрослыми детишками не бывает проблем в стиле «помешали маме с папой словить кайф»!

– Не поверишь, но я думала точно так же!
– смеюсь я, продолжая воевать с тугой ширинкой на брюках бывшего мужа.

– Да. Что стряслось, Милан?

Евгений пытается говорить ровным голосом, но дыхание у него частое и прерывистое.

Мне все хорошо слышно.

– Пап, тут такое дело. Я прилетела.

– Куда?

– Домой. На родину.

Меня безумно развезло от поцелуев и предварительных ласк. Я, словно наркоманка, смотрю на суровое лицо бывшего мужа, касаюсь губами колкой щетины на упрямом подбородке и спускаюсь поцелуями на шею. Ширинка, наконец, поддалась моим усилиям. О, ладонь вкусно скользнула под брюки, пальчики оттянули резинку трусов и сжались вокруг твердой мужской плоти.

– А? Что?

Евгений не понимает слов дочери? Или не воспринял их всерьёз?

Его взгляд плывет, веки прикрываются. Он прикусывает губу, и это смотрится невероятно сексуально. Его сдержанность и напор, жажда…

От нашей страсти даже воздух превратился в кипяток.

– Пап, говорю тебе, я приехала. Домой, в Россию.

– Эмм… Зачем?

– Хочу проведать брата и маму, - голос Миланы задрожал.
– Мне надоело, что она видит во мне врага. Ты ведь обещал мне! Ты поклялся, что ничего не изменится, что вы будете вместе… Ты говорил, чтобы я ни о чем не переживала и не смела портить себе будущее из-за ваших ссор, а теперь… Теперь мама видит во мне врага, и Никита со мной тоже общается не так, как раньше! Все стало не так, как раньше, а ты упорно делал вид, что все в порядке! Но ты врешь. И мне, и себе… Я это вижу. Ты тоже другой, дерганый, холодный… Нет, мне это надоело, слышишь? И если после этого ты решишь больше не платить мне за учебу, то пусть так и будет!
– высказавшись, дочь шмыгает носом, плача.