Прости, если любишь...
Шрифт:
– Это не отец. Гарантирую, не он. Я бы его прибил за ещё одну такую выходку, и он об этом знал.
– Может быть, забыл!
– Сегодня я ему напомнил и, поверь, он не совсем выжил из ума, чтобы творить подобное у меня под носом. Клянусь, это не он.
– Тогда кто?! Кто, Жень? Ну, кто…
Его взгляд полон сожаления и плохо сдерживаемой злости:
– Это из-за Никиты. Я говорил, он вляпался, - произносит отрывисто и резко отходит, чтобы закурить.
– Что? Но…
Евгений зло курит, всматриваясь в темноту вечера, опустившегося
– Жень, это… - нет, я не могу поверить, что сын замешан в чем-то подобном.
Евгений оборачивается с сожалением в глазах.
– Никита натворил делов и в кусты, а его вот таким образом прессуют. Через близких.
– Почему?
– Всегда прессуют через близких и любимых. Потому что это всегда бьет больнее, потому что провинившийся ещё должен искупить вину, расплатиться и так далее, по списку. Понимаешь?
Отбросив окурок в урну, Евгений делает резкий шаг в мою сторону:
– Теперь ты понимаешь, почему я сорвался внезапно? И почему тебе стоит быть рядом со мной?
Моргаю.
Не в силах прогнать жуткую картину горящей машины.
Это все сюр какой-то.…
– Вика. Давай без глупостей.
Киваю, не в силах вымолвить ни слова.
– Нужно позвонить сыну, - говорю я.
– Вдруг его… тоже?
Мой голос сорвался, дрогнув.
Как бы не был Никита виновен в случившемся, я хочу знать, что с ним всё в порядке.
Евгений достает телефон, набирает номер. Его голос звучит спокойно, почти равнодушно. Но я замечаю, как напряжены мышцы на его шее, как крепко сжаты челюсти.
Если ещё и с сыном случилось что-то нехорошее, я этого не переживу!
Каждая секунда - как стылая вечность.
Никита долго не отвечает, и моя нервозность вместе со страхом достигают пика.
Глава 8
Виктория
Меня начинает колотить крупной дрожью, я облизываю губы, пересохшие от волнения.
Не сразу замечая, как Евгений пялится на мой рот.
Прерывисто дышит и пялится, бесстыжий.
Но и во мне его бессовестный взгляд отзывается горячей волной. Не выдержав напряжения, я отвернулась.
– Алло. Ты какого хрена трубки не поднимаешь?!
– рявкает Евгений.
– Так… Ты… Невеста, мля, живо передай телефон моему сыну! Или вместо свадьбы у вас будут похороны!
Резко повернувшись, ищу взгляд Евгения.
Он поднимает руку и тянет ее ко мне, махнув, мол, давай ко мне. Я подаюсь вперед только для того, чтобы самой услышать голос сына.
– Пап… Ты немного невовремя, - голос сына звучит недовольным и немного запыхавшимся.
На плечо ложится тяжелая рука бывшего мужа, он быстро приобнимает меня таки покровительственным жестом, как это было ранее, когда его объятия были укрытием от всех невзгод.
– Никита, - вмешиваюсь.
– Во что ты вляпался?
«Котик, давай поживее, пока я не остыла…» -
– Мам? И ты там?
– удивляется Никита.
– А где мне быть! Во что ты влип?! Отвечай.
– Мам, это… В общем, не твое, - говорит этот поросенок.
– Папе я уже рассказал. Все под контролем, тебе не о чем переживать.
– Я заметила, что ты точно ни о чем не переживаешь! Судя по всему, развлекаешься!
– бросаю в сердцах и сердито отхожу, нервным жестом сбросив руку бывшего мужа.
Поднимаюсь обратно в дом, еду на лифте до нужного этажа.
У Евгения есть ключи, поднимется сам, ждать его не стану.
Как они меня не ждут и совсем со мной не считаются.
От обиды в горле першит.
*****
Евгений появляется через полчаса, наверное. Застывает на пороге, хмурый и собранный.
– Мне нужно уехать, с кое-какими людьми переговорить.
– Не понимаю, зачем ты мне это рассказываешь!
– всплескиваю руками.
– Сыну расскажи, вы же тут оба уже все решили! Самостоятельные! Все лучше знаете! Все сами умеете! Мнение мамы-наседки и жены вам ни к чему!
– Бывшей жены, - остужает мой пыл Евгений.
Спасибо, что напомнил, конечно! Вот только я и не забывала об этом.
– Так, все на эмоциях.
– Все, кроме Никиты, очевидно! Ему хорошо живется.
– Судя по всему, он с этой девчонкой трахался, когда мы позвонили, - Евгений делает шаг вперед.
– Когда на пороге неприятности, Вик, жизнь не заканчивается, не останавливается. Переживаниями себя можно только в постоянный стресс вогнать.
– Что ж, очевидно, наш взрослый сын знает прекрасный повод, как его снять!
– Тебе бы тоже не помешало, - добавляет бывший муж отрывистым, хриплым голосом, обдав меня с ног до головы жгучим взглядом.
– Видно по женщине, когда она недотраханная. Либо мужика нет, либо тот, что есть, с твоими аппетитами, не справляется.
– Пошел вон. Ты, кажется, собирался решать проблемы сына?! Вот и решай.
Но он не слушает. Делает шаг ко мне, берет за локоть.
Его прикосновение словно электрический разряд. По всему телу пробегает дрожь, но не от страха.
– Так я ведь и твою проблему решить готов, Вик, - проводит ладонью по ширинке.
– Только намекни, и ты уже будешь стоять лицом к стене и стонать от удовольствия.
Делаю шаг назад, Евгений не сводит с меня пристального взгляда.
– Не пытайся залезть ко мне в трусы, Евгений.
Он складывает руки под грудью.
– Рядом с толковым мужчиной трусы вообще не нужны. Забыла, что ли, - произносит он вкрадчивым голосом.
– Что раньше ты часто по дому без трусиков ходила? Под всеми этими длинными платьями и юбками.
В лицо бросается жар.
Меня бросает из одной эмоции в другую.
Таких качелей не было давно!
– Есть на мне трусики или нет, больше не твоя забота, Евгений. Заглядывай под юбки своим шлюхам.