Чтение онлайн

Все мы жертвы воли к поражению, и если не увидеть этого вовремя и не предпринять мер, мы рискуем прожить всю жизнь, так ничего и не добившись. Но есть эффективный способ борьбы с волей к поражению, дающий необыкновенные результаты.

Но выяснилось, что буквально вся аудитория столкнулась с такими же проблемами, и все искали помощи. Я читала лекцию еще два раза – результат был таким же. Меня забросали письмами, вопросами и просьбами об интервью. Больше всего меня тронули три рассказа, присланные в течение двух недель после лекции. Трое из слушателей, не дожидаясь подробных объяснений и не упираясь – будто эта формула им не поможет, с ходу воплотили ее в жизнь. Одна слушательница написала и продала издательству рассказ на сюжет, который много лет варился у нее в голове, но казался слишком одиозным.

Второй слушатель, придя домой, раз и навсегда прекратил позволять своей темпераментной сестрице себя эксплуатировать и снова начал работать по вечерам, от чего отказался, было, по ее настоянию. К его изумлению, сестра, уяснив, что брат не позволит больше стоять у него на пути, очнулась от привычной плаксивой ипохондрии – такой счастливой брат не видел ее очень давно. Третий слушатель слишком личный и пространный, чтобы приводить здесь его в качестве примера, но в чем-то он даже превосходит двух первых. Таким образом, минимум три человека нашли предложенную формулу эффективной и, подобно мне, сочли результаты впечатляющими.

Однако моя книга посвящена не истории становления этой идеи; она задумана как практическое руководство для тех, кто хотел бы уйти от бесплодности своих усилий и зажить счастливо.

Все мы живем настолько ниже потенциально возможного уровня, что, освободившись от того, что нам мешает, и приблизившись к своему максимуму, нам кажется, будто мы совершенно преобразились. Когда после нерешительного, робкого прозябания мы позволяем себе жить полной жизнью, которая наша по праву, это напоминает сверхчеловеческий взлет. Стоит это увидеть, как легко обнаружится, что все ведущие энергичную, продуктивную жизнь, будь то государственные деятели, философы, представители творческих профессий или деловые люди, применяют в работе, порой бессознательно, ту мысленную установку, которую их менее удачливым собратьям предстоит либо найти, либо прожить жизнь впустую. Если почитать биографии и автобиографии, можно увидеть, что озарение порой приходит через религию, философию или искреннее восхищение своим кумиром, и тогда человек, пусть и не изжив в себе слабости, проявляет поразительную выносливость, продуктивность или гениальность. Те, кто не родился с умением входить в состояние такого вдохновения, кто не испытал его в раннем возрасте или по какой-то причине не находит в религии или философии силу, которая необходима для борьбы с собственной неудачливостью, могут научиться брать от жизни максимум сознательным усилием воли. Стоит им научиться – и многое, что повергало их в недоумение, становится простым и ясным. Однако моя книга посвящена не истории становления этой идеи; она задумана как практическое руководство для тех, кто хотел бы уйти от бесплодности своих усилий и зажить счастливо.

Мы могли бы добиться огромных успехов, используя время и энергию, которые уходят на поражение.

Абсурдный парадокс? Нет, это вполне рациональная, сухая истина, в которой заключен немалый потенциал.

Представим, что у человека назначена встреча за сотни миль к северу от дома, и если он появится на этой встрече, то обретет здоровье, счастье и процветание на весь остаток жизни. У него достаточно времени, чтобы туда добраться, хватит и бензина в машине. Он выезжает, но решает сперва поехать ради развлечения на двадцать пять миль к югу.

Абсурд, не правда ли? Да, абсурд. Бензин тут ни при чем, и времени все равно, как его проводят, и дорога идет как на север, так и на юг, однако человек пропускает назначенную встречу. Если он потом расскажет, что с огромным удовольствием прокатился в другую сторону, что ему было приятнее ехать без цели, чем спешить на встречу, что он был тронут до глубины души, когда проезжал мимо своего старого дома по дороге на юг, похвалим ли мы его за столь философское отношение к упущенной возможности?

Мы могли бы добиться огромных успехов, используя время и энергию, которые уходят на поражение.

Нет, мы сочтем, что он поступил, как идиот. И если бы он пропустил встречу, замечтавшись и проехав нужный поворот, мы не стали бы его оправдывать. Если бы он заблудился, это

тоже не стало бы уважительной причиной в наших глазах: ведь он мог заранее посмотреть дорогу по карте. Мы можем посочувствовать, но укажем такому человеку на недостаток здравого смысла.

Однако когда речь идет о наших деловых встречах и нашей исполнительности, мы зачастую ведем себя как герой этой истории: едем в противоположную сторону. Мы терпим неудачу там, где могли бы добиться успеха, затратив те же самые силы и время. Неудача означает, что энергия пущена по неправильному руслу: ведь и на поражение затрачивается масса энергии.

Неудача означает, что энергия пущена по неправильному руслу: ведь и на поражение затрачивается масса энергии.

Мы редко замечаем это сразу, потому что привыкли думать о неудаче как о противоположности успеха, и, заблуждаясь, противопоставляем качества, сопутствующие успеху и провалу: успех бодр, активен, стремителен, поэтому типичным настроем для поражения должны быть апатия, инертность, бессилие. Все верно; но это не означает, что на неудачу совсем не расходуется энергии. Пусть психолог вам расскажет, сколько сил тратит взрослый человек на сопротивление движению: ему приходится выдерживать нешуточную борьбу с жизненными силами, чтобы оставаться на месте, хотя эта борьба происходит так глубоко, что мы не всегда ее сознаем. Физическое бездействие не является признаком того, что силы не расходуются: даже самый последний бездельник тратит «горючее», пока мечтает.

Когда поражение проникает в вашу жизнь, отбирая драгоценное время различными способами времяпрепровождения, оно забирает энергию. Причем порой способы убить время вовсе не похожи на праздные занятия – напротив, с виду это добросовестный упорный труд, часто заслуживающий похвалу и одобрение сторонних наблюдателей и дающий нам самоуспокоение. И лишь присмотревшись и поняв, что такая деятельность никуда не ведет, что она утомляет нас и вызывает стойкое чувство неудовлетворенности собой, можно проследить, как поражение отбирает наши силы.

Одно крохотное реальное достижение стоит целой горы мечтаний.

Но почему? Если мы в любом случае тратим энергию, с которой могли бы добиться успеха, почему редко кто из нас живет так, как планировал? Почему наши достижения так скромны и мы сами себе ставим палки в колеса? Почему, когда мы выезжаем с опозданием или забываем вовремя заправить машину, или, замечтавшись, пропускаем нужный указатель, мы относимся к происходящему якобы философски, а названные нами причины неудач не выдерживают никакой критики? Ведь на самом деле никому не легче оттого, что синица в руке лучше журавля в небе, дорога важнее цели, а что-нибудь лучше, чем ничего. Пословицы – это циничная дистилляция опыта, но на пословицах не проживешь. Нам никого не обмануть, пусть даже наши оправдания сочувственно принимаются окружающими, пока мы в одной лодке. Успешный человек слушает нашу показную браваду с юмором и недоверием и делает для себя вывод, что в мире очень много лицемерия. У них есть веские доказательства того, что награда за верно направленные усилия далеко превосходит любую вторичную выгоду от поражения, а одно крохотное реальное достижение стоит целой горы мечтаний.

Даже когда речь заходит о связанных с поражением бонусах, нам становится некомфортно. Мы не верим – хотя пословицы звучат хлестко и уверенно, – что обязательно надо выбирать между успехом и полноценной жизнью. Ведь успешные люди видят тот же самый закат, дышат тем же воздухом, любят и любимы не меньше, чем неудачники, плюс у них есть кое-что еще – понимание, что они сознательно выбрали жизнь и процветание, отказавшись молчаливо смириться со смертью и прозябанием. Что бы мы ни говорили, в глубине души мы знаем, что Эмерсон был прав, говоря: «Успех конституционален: он зависит от благорасположения духа и тела, от увлеченности работой, от смелости».

Тогда почему мы терпим поражение? И почему мы так упорно к нему стремимся?

Потому что, помимо воли к жизни и воли к власти, нами движет еще одна сила – воля к поражению. Воля к смерти.

Для многих это новое понятие. О воле к жизни и воле к власти мы слышали; психология и философия активно их используют. Воля к поражению не так очевидна, ее действие отследить труднее. Подобно Протею, она принимает самые разнообразные формы; существует столько же индивидуальных разновидностей неудачливости, сколько и психологических типов.