Чтение онлайн

Тяжело дыша, Инглиш сидел в грязи и прислушивался к стуку собственного сердца, которое в этот момент звучало громче, чем двадцать других источников звуков, которые отслеживала командная система.

Когда трясущимися пальцами он отыскал наконец нужный переключатель, отключил голографический экран и получил возможность видеть, что творится перед его носом, Сойер сказал:

— Сэр, вы не слышали, что Омега докладывает об этой перестрелке?

— Нет, я был слишком занят этими проклятыми игрушками, — пробурчал

Инглиш.

— Они говорят, что не могут засечь врага. У них такое впечатление, что их атакуют невидимки, роботы или что-то в этом роде. Масса выстрелов, вспышек — но ни одного халианина.

— Что за черт? — скользя по грязи, Инглиш поднялся на ноги. — Что еще за невидимки?

Через прозрачный щиток шлема, пересеченный координатной сеткой, Инглиш увидел фаталистически пожимающего плечами Сойера — вернее его огромный, зловещий силуэт на фоне просветленного с помощью электроники ночного неба. В одном направлении небо было немного светлее.

— Не знаю, сэр. Похоже, мы влипли в какую-то передрягу. Надо выяснить в чем дело.

— Сейчас, только просканируем этот квадрат для записи, Сойер. — Инглиш медленно начал крутиться на месте вокруг своей оси, методично сканируя окружающую местность сверхчувствительным прибором ночного видения. Совершив полный оборот, он отчетливо произнес. — Нет, вы только посмотрите, сержант… то есть лейтенант Сойер. Аппаратура шлема показывает полное отсутствие халиан в этом районе. Давай-ка поспешим в квадрат тридцать восемь.

И Инглиш, не обращая внимания на болтающееся на груди АПОТ-ружье, направился в сторону, где на фоне ночного неба отчетливо сверкали огненные вспышки — туда, где Омега сражалась с невидимым врагом.

Перекрывая бормотание динамика, по выделенному каналу ворвался голос Сойера:

…послушайте, мне это дерьмо совсем не нравится. Почему бы нам не попросить скутер произвести рекогносцировку?

— Потому что они и так слышат нас, старина, — ответил Инглиш с огромным удовольствием представляя себе, что сейчас делается на борту десантного скутера. — И они лучше нас знают, что здесь творится. Ты хочешь, чтобы я попросил о разведывательном полете? Если он так необходим, то почему тогда Дельта Один не попросил об этом?

В левом верхнем углу щитка шлема Инглиша, на контрольной панели переговорного устройства появился фиолетовый указатель. Похоже, Сойер знает это оборудование куда лучше, чем он сам. «Хорошо, если разговор в этом фиолетовом режиме на записывается», — отстраненно подумал Инглиш, вслушиваясь в слова Сойера.

— Тоби, этот Грант — просто грязная свинья; ради того, чтобы доказать свое, он с легкостью бросит нас гнить здесь. А мы ведь даже не знаем, какой результат ему нужен — положительный, отрицательный или что-то третье.

— Я не могу переключить свой канал на твою линию, — предупреждающе и осторожно ответил Инглиш.

— Вот

здесь, — Сойер потянулся к нему и переключил тумблер. Его рука в перчатке задержалась на груди Инглиша. — Меннинг сунула мне плазменное ружье, армейское. Не странно ли?

Надеясь, что фиолетовый цвет означает именно то, что предполагает Сойер, Инглиш ответил:

— Она хочет, чтобы ты застрелил его?

— Нет, она хочет, чтобы я вернулся живым. Ты же знаешь, Джоанна не способна нарушить устав. Она ничего мне не сказала.

— Вот как?

— Ладно, ладно, я ведь не говорю, что это правильно. Но он просто вытирал об нее ноги, даже самое большое начальство не должно вести себя так с подчиненными.

— Полегче, Сойер. Ничего с ней не случится. Кроме того, об меня он тоже вытирал ноги, да еще перед Падовой, так что я сочувствую вам. Но они там все такие. Да и она тоже не лучше, вспомни. Все они требуют от человека невозможного и полагают, что в этом и состоит их долг.

— Она не дала бы мне плазменное ружье, если бы наши дела не были бы совсем плохи.

— Эй, парень, мы в зоне войны. Здесь дела всегда плохи, иначе нас здесь и не было бы. Чего ты хочешь? Чтобы я вызвал их сюда, так что ли?

— Кого, Джоанну? Да нет же, черт побери! Просто я подумал, что поскольку все это задумал этот Наблюдатель, он тоже должен находиться здесь и наблюдать, рискуя своей шкурой вместе со всеми нами.

— Я подумаю, что можно сделать. Но должен тебе сказать, я от души надеюсь, что ты действительно знаешь, как обращаться с этими фиолетовыми указателями.

— В арсенале этого человека нет ни одной следящей системы, которая бы не имела блокировки.

— Тогда немедленно отключи и мою — а то мы ничего не сможем услышать. Покажи мне, как она включается, и давай вернемся к войне.

Через несколько мгновений Инглиш принялся докладывать на волне Дельты Один: «…принимая во внимание сообщение о невидимом противнике, мы считаем, что возникли непредвиденные трудности. Просим Наблюдателя с Десяти Колец прибыть на место боевых действий».

Ему ответил голос Джоанны Меннинг, слышимость была такая хорошая, что опознавательный знак, который она использовала, оказался излишним.

— Дельта Два, Наблюдателя нет на месте. Вы нашли транспортные средства?

— Никак нет, мадам. Но вероятнее всего, они все равно застряли бы в грязи, так что нам пришлось бы еще хуже. Конец связи.

Они уже подходили к роще деревьев с невероятно толстыми стволами, когда по ним открыли огонь. Красные, зеленые и желтовато-белые вспышки выстрелов на мгновение перегрузили сенсорную систему его шлема.

Инглиш оказался на земле прежде, чем успел услышать предупреждающий крик Сойера. До его сознания дошло тихое бормотание Соратника «…укройся, укройся; отстреливайся, отстреливайся».