Чтение онлайн

– Гримуар? – переспросила Эви.

– Книга по черной магии, – объяснил доктор Поблоски.

– Это объясняет природу знаков и символов, – задумчиво произнес Уилл.

Доктор Поблоски кивнул:

– Ты прав. Ходили слухи, как и всегда в подобных случаях, что в Братии практикуют все подряд, начиная с отвратительных сексуальных связей, заканчивая каннибализмом и человеческими жертвоприношениями. Вот почему они держались так замкнуто и жили в отдалении, в горах – чтобы избежать преследований. Они обладали обширными познаниями в области галлюциногенных препаратов, скорее всего полученными от коренного населения,

в среде которых было принято с их помощью входить в транс в процессе отправления религиозного культа. Один канадский охотник, случайно забредший к ним в деревню, рассказывал о «загадочном дыме и сладком вине, после пития которого ты можешь видеть ангелов и демонов». И еще. Братия исповедовала эсхатологический культ.

– Это вообще легально? – не выдержала Эви.

– Моя прекрасная леди! – Засмеявшись, доктор Поблоски похлопал ее по руке. – Вы уверены, что являетесь родственницей вот этому? – Он заговорщицки кивнул в сторону Уилла, сидящего с серьезным видом, и Эви с трудом сдержалась, чтобы не прыснуть со смеху.

– Термин эсхатология, – продолжил профессор, – происходит от греческого «эсхатос», означающего «последний». Имеется в виду конец света и пришествие Иисуса Христа. Но здесь начинается самое интересное.

Эви вытаращила глаза:

– Интереснее, чем наркота и колдовство?

– Именно! Видите ли, члены Братии не просто верили в конец света, они считали, что их святая обязанность – ускорить его приближение!

– И как они планировали сделать это? – поинтересовался Уилл.

– Вызвав Антихриста. Зверя собственной персоной. – Доктор Поблоски помолчал, дожидаясь, пока слушатели переварят его слова. Эви почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки.

– Но зачем им делать это, они ведь христиане? – спросила Эви.

– Грань между верой и фанатизмом очень хрупка и постоянно изменяется, – сказал доктор Поблоски. – Когда вера становится оправданием злодеяния? Когда ритуал приобретает логическое объяснение, а священная война становится преступлением?

– Как они собирались вызвать Антихриста, Георг? – спросил Уилл.

– С помощью этого. – Доктор Поблоски протянул руку к стопке книг и достал из нее потрепанный том, обтянутый кожей. – Одиннадцати жертвоприношений. Это объединяющий магию и религию ритуал для призыва Зверя на землю.

Книга оказалась очень старой. Эви провела пальцами по шероховатой тонкой бумаге. Гримуар походил на какую-то жуткую Библию со зверскими иллюстрациями. На каждой странице располагалось разноцветное изображение ритуального убийства, сопровождаемое текстом, смахивающим на цитаты из Священного Писания и тому подобное. По краям страниц были начертаны те же самые значки, что оставлял убийца на месте преступления.

Эви прочла вслух названия жертвоприношений:

– Приношение Верующих. Дар хозяину от десяти слуг. Бледный всадник на Смерти под звездами. Смерть девственницы. Блудница наряжена и брошена в пучину морскую…

На картинке была изображена девушка без глаз, вся покрытая украшениями, в окружении воды и устричных раковин. Над ее головой было нарисовано око.

– Дядя. – Эви передернуло. – Ведь в том же виде нашли Руту Бадовски.

Уилл протянул руку к книге и перелистнул страницу.

– Шестое жертвоприношение: наказание праздного сына… – На картинке вниз головой висел мальчик без рук. Одна его нога

была согнута, как у аркана «Повешенный» из колоды Таро. Наверху были изображены руки, сложенные в молитве. – Томми Даффи…

Эви продолжила читать:

– Седьмое жертвоприношение: наставление брата-изменника в Храме Соломоновом. – Она задумчиво посмотрела на своих собеседников. – Прямо какое-то пособие для начинающих маньяков, в самом деле. – Затем продолжила чтение: – Восьмое жертвоприношение: поклонение ангельского глашатая. Девятое: разрушение Золотого Тельца. Десятое: оплакивание вдовы. Одиннадцатое, и последнее: свадьба Зверя и девы, одетой в солнце.

На последней странице был нарисован монстр: человек с массивными рогами, козлиными ногами, двумя огромными крыльями и хвостом. Он сидел на троне, его глаза горели. В руках он сжимал истекающее кровью сердце, а у его ног распростерлась женщина в золотом платье и короне с разорванной грудной клеткой. Венчала весь этот ужас хвостатая комета. Эви невольно поежилась.

– Здесь не говорится, как именно Зверь сможет попасть в наш мир?

– Это неясно. Можно только предположить, что для этого требуется избранный.

– Избранный на то, чтобы осуществить все эти убийства? – уточнила Эви.

Доктор Поблоски пожал плечами:

– Боюсь, я могу только догадываться об этом.

– А это что такое? – Эви указала на рисунок на последней странице. Там один человек встал на колени перед другим, одетым в темную мантию, возможно, министром. Вместо солнца над ними висела пентаграмма Зверя, рядом кружили духи и горели костры. Министр надевал на шею коленопреклоненному человеку амулет, который Эви уже видела.

– Полная копия того, что был у Джейкоба Колла, – заметила Эви. – Для чего она нужна?

– Возможно, просто знак принадлежности к Братии, как у других – звезда Давида или крест, – сказал доктор Поблоски. – Я не могу утверждать что-либо точно.

– Каким будет следующее жертвоприношение? – перебил Уилл.

Эви пролистнула книгу.

– Седьмое жертвоприношение: наставление брата-изменника в Храме Соломоновом. Что бы это ни значило. – Она повернулась к доктору Поблоски. – Как вы считаете, наш убийца трактует появление кометы как особый знак?

– Кометы издревле считали святыми знамениями. Посланцами Бога. Когда ангел Люцифер пал, он пронесся по небу, как огненная комета.

– И когда Комета Соломона пролетит над Нью-Йорком?

– Восьмого октября, около полуночи, – ответил Уилл.

– Это ведь меньше чем через две недели! – Эви закусила губу и принялась лихорадочно думать. – Секунду, но ведь вы сказали, что Святая Братия – это исчезнувший, не действующий культ. Что там все-таки произошло?

– Вся секта сгорела насмерть в 1848 году. – Доктор Поблоски выдвинул скрипучий ящик стола, доверху набитый бумагами. – В их владениях произошла вспышка оспы, и несколько членов общины умерло. Пастор Олгуди решил, что это знак свыше и пора начинать подготовку к Армагеддону. Никто в точности не знает, как все произошло, но предполагают, что Олгуди собрал свою паству в молитвенном доме, предварительно облив его керосином, и поджег. На пепелище нашли металлическую канистру. Двери были заперты изнутри. Охотник, проходивший неподалеку, увидел пожар и дым. Он сказал, что слышал, как молитвы и гимны сменились душераздирающими воплями.