Чтение онлайн

– Во-во. И со спутника ничего не разглядели. На кой черт тогда вообще все эти спутники!

Я увидел внизу освещенное прожекторами поместье. С противоположной от нас стороны валили клубы дыма, и, приглядевшись, я увидел там горящие обломки «Черной акулы».

Наш вертолет по большой дуге начал облетать поместье. Я увидел, как еще одна «Акула» отлетает от дворца Гоюна: видимо, только что забрала десант. Судя по огонькам, из сада вертолет обстреливали защитники.

– Сволочи, – выругался Штерн. – Князь, есть в поместье еще пленные –

наши или евразийские?

– Нет, но...

Не успел я договорить, как из подвала дворца полыхнуло, грохнул взрыв – и вертолет, только что подобравший десантников, осыпался черными осколками в парк.

Полковник зло выматерился. Я отвернулся, чтобы не видеть его лица.

– Перун, я Ястреб, – услышал я хриплый голос Штерна. – Поляна свободна.

Я повернулся к полковнику.

– Там есть какой-то подземный ход. Я слышал, как о нем говорили слуги.

– Мы так и думали. Вряд ли он длиннее пяти километров – значит, все, кто попытается сбежать, попадут в наше оцепление.

– Я имел в виду, проникновение в поместье.

– Это уже не имеет значения, – отмахнулся Штерн.

Он указал мне куда-то вдаль. Проследив за взглядом полковника, я увидел два штурмовика Сикорского, заходивших на поместье. Они стремительно приближались, и вскоре от них отделились ракеты. Несколько мгновений спустя все поместье утонуло в огненном вихре. Дворец окутал дым, но я успел увидеть, как валятся его крыша и стены. А потом до нас долетел рев самолетных турбин и грохот взрывов.

– Вряд ли там, внизу, кто-то выжил, – печально заметил я.

– Надеюсь, – ответил Штерн.

– Там были не только боевики, – заметил я.

– Смотреть надо, кого в хозяева выбираешь, – отрубил полковник.

Вертолет стремительно удалялся от поместья, набирая высоту.

Гатчинский дворец, когда мы увидели его, выскочив из-за очередного поворота, показался мне монолитной скалой. Удивительно, насколько этот «тевтонский замок» контрастировал с легкими, я бы сказал игривыми дворцами Царского Села и Петергофа. Здесь невозможно было представить себе легкомысленный бал, зато именно здесь был как нельзя кстати военный совет.

Я быстро осмотрел себя. Зимняя полевая форма офицера морской пехоты, в которую меня обрядили на авианосце, пожалуй, более всего соответствовала предстоящему разговору.

Гвардейский поручик отдал мне честь и распахнул дверь. Я поднялся по парадной лестнице и прошел в рабочий кабинет государя. Тот встал мне навстречу:

– С возращением вас, князь.

– Благодарю вас, ваше величество.

Мы сели в кресла.

– У вас боевой вид, – улыбнулся государь.

– Это лишь одежда, – ответил я.

– Что же, вы ее скоро смените. Вам доставят любую, которую вы прикажете.

– Простите, разве я не могу вернуться к себе домой?

– Можете, конечно. Но я бы вам не рекомендовал. У нас есть основания предполагать,

что Гоюн продолжит на вас охоту.

– Пожалуй. Ваше величество, а как отреагировал Китай на операцию нашего флота? Насколько я понял, она проводилась без предварительного согласования с властями Поднебесной...

– Об этом позже. Отдохните, отоспитесь, а совещание по поводу инцидента я назначил завтра на девять утра. Соберемся здесь: я, Шебаршин, Нессельроде, Васильчиков, Вольский и вы.

– Интересный состав, – заметил я.

– Обстановка обязывает.

– А в каком качестве прикажете заседать мне?

– В качестве главного эксперта.

– Боюсь, что в последнее время я несколько утратил контроль над ситуацией.

– Не сомневаюсь, вы быстро его восстановите. Можете считать, что вы мобилизованы в связи с чрезвычайным положением. Нам нужны ваши знания и опыт.

– В стране чрезвычайное положение?

– Слава богу, нет. Но в армии и на флоте объявлена готовность. Отдыхайте пока. Обсудим позже.

– Благодарю вас. Могу я узнать подробности операции по моему освобождению?

– Разумеется. А, понимаю, вы хотите как-то наградить участвовавших в операции? К вашему сведению, отличившиеся представлены к государственным наградам.

– Я, конечно, хочу поблагодарить спасших меня лично. Но в первую очередь я собирался помочь семьям погибших и раненых.

– Это благородно. Но все же не забудьте, что своим спасением вы обязаны в первую очередь своей пассии, Юлии Грибовой, и этому китайскому актеру, Хо.

– Вот как?!

– Еще как! Если бы не они, вы бы до сих пор прохлаждались у Гоюна. Он ведь от вашего имени письма разослал: и родственникам вашим, и знакомым, и адвокатам... даже придворную канцелярию не обошел. В письмах говорилось, что вы решили уединиться на несколько месяцев на отдаленном острове в Тихом океане и просите не беспокоить вас. Подделка удалась на славу, да и поступок, согласитесь, в вашем духе, особенно если учесть эту историю с корпорацией. В общем, все поверили. Все, кроме вашей Юлечки. Она сразу бросилась обивать пороги ИКГБ и полиции, утверждая, что вас похитили, а когда ей указали на дверь, помчалась в Порт-Артур и нашла Хо. Хо не только поверил ей, но даже нашел повара, который подсыпал вам снотворное в еду. Вы тогда, вроде, вместе с Хо обедали?

– Совершенно верно.

– Повар признался, что в ночь перед похищением какие-то люди предложили ему очень крупную сумму за то, чтобы он подмешал вам снотворное. Сказал, что грозили расправой, если откажется.

– Представляю какими методами Хо выбивал из него признания.

– Да, бедному повару врачи потом долго собирали кости обратно в скелет. Но, учитывая обстоятельства, я просил местную полицию спустить дело на тормозах. Уже после этих признаний ИКГБ принялся за поиски. Вскоре спутник слежения обнаружил вас гуляющим в парке поместья под Гуанчжоу – и я немедленно отдал приказ об операции.