Шрифт:
ПРОПАЖА.
Татка была очень любопытным ребенком, наверное, как могут быть любопытными все дети земли. Любая букашка, бегущая по своим делам, любой муравей, тащивший травинку, любой музыкантик, садившийся на цветок - привлекали ее внимание. Она с интересом разглядывала прозрачные крылышки больших стрекоз, либо разыскивала божьих коровок, которые
А особенно нравилось Татке срывать приторно-пахнущие головки душистого табака, а потом из длинной трубочки цветка вытягивать губами сладкий нектар. В этот момент она сравнивала себя с бабочками, которых тоже привлекал аромат и вкус душистых цветов.
В неполные три года Татка понимала, что почти уже взрослая, так как рождение младшего брата накладывало на нее ответственность и повышало значимость в собственных глазах.
Как только из высокой коляски, похожей на люльку на колесах, раздавался капризный плач младенца, Татка неслась со всех своих ног, крича издалека: «Десь сесла, десь сесла!», - что могло означать только одно: мол, не переживай братишка Дюшка, твоя сестренка тебя в обиду не даст. Потом, добежав до коляски, начинала яростно ее трясти своими крохотными ручками, как будто от силы укачивания зависела жизнь малыша. Видимо, братишке такой аттракцион быстро надоедал, и он прекращал попискивать, стремительно засыпая, пока его совсем не укачали либо не вытряхнули из уютных пеленок.
Мама, как самая лучшая хозяйка, крутилась на кухне, поминутно выглядывая из окошка во внутренний дворик. Доченька и сынок были на виду, поэтому маме и в голову не могло прийти, что случится нечто из ряда вон выходящее.
Наступило время обеда. Мама крикнула дочке:
– Татка, идем мыть руки! Обедать пора!
Но в ответ, вместо привычного: «Бегу, мамочка!»,- раздалась тишина.
«Наверное, шалит, - подумалось маме. – Надо самой идти за дочерью».
Мама вышла во двор – никого. Дюшка посапывал в коляске, а Татки не было видно нигде. Сердце мамы сжалось в тревоге.
– Доченька, выходи! Хватит с мамой в прятки играть.
Тишина.
Мама обошла двор, заглянув везде, где мог бы спрятаться ребенок, но Татка как сквозь землю провалилась. Мать
Одна старушка посоветовала обратиться в милицию, так как только милиция могла помочь в поиске. Оббежав две улицы, мама в отчаянии вернулась домой и пошла по соседям, которые жили в общем дворе. Ни у кого в доме девочки не оказалось. Все соседи, разделившись на группы, стали прочесывать окрестности. Но все было бесполезно.
В отчаянии мать попросила соседа Витю, чтобы он при помощи своей охотничьей собаки, которая жила у него во дворе и с которой он ходил периодически на охоту, начал поиски ребенка. И чтобы борзая хотя бы взяла след, по которому могла уйти дочь.
Витя начал звать собаку:
– Джерри, ко мне. Ко мне, кому говорят!
Но собака, лежа у будки, даже ухом не повела. Она не тронулась с места на зов хозяина. И это было странно.
Сосед подошел к собаке и сказал:
– Ты что, не понимаешь, что Татка пропала, и надо ее искать?
На что Джерри только устало зевнула, но не сдвинулась с места.
– Послушай, тут что-то не то. Поведение собаки меня настораживает, - обратившись к маме Татки, сказал Витя.
Он подошел к будке и присел на колени.
– Ну-ка, сдвинься, дай посмотреть, что ты там прячешь? – спросил он у Джерри.
Отпихнув ее от входа в будку, наклонился и увидел, как на собачьей подстилке среди маленьких кутят спит беззаботным сном Татка, свернувшись калачиком. Сладко спит, посапывает, а под боком у нее три щенка, маленьких, вздрагивающих комочка, согретые теплом ребенка.
– Много пожил на своем веку, - сказал сосед, - но такого не видел! Нашлась Ваша пропажа, мамаша. Осталось теперь только отмыть!