Чтение онлайн

12. Мотренко Е. Революцию в Тунисе мог спровоцировать WikiLeaks // www.kp.ru/online/news/814085

13. Купина Н. А. Тоталитарный язык: словарь и речевые реакции. – Екатеринбург – Пермь, 1995

14. Марченко Ю. Г. Социокультурное конструирование «нового человека» в 1920-е гг. и его современный вариант // sun.tsu.ru/mminfo/000063105/ 317/image/317-077.pdf

15. Обсуждение: Георгадзе, Михаил Порфирьевич // ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9E%D0%B1%D1%81%D1%83%D0%B6%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5:%D0%93%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B3%D0%B0%D0%B4%D0%B7%D0%B5,_%D0%9C%D0%B8%D1%85%D0%B0%D0%B8%D0%BB_%D0%9F%D0%BE%D1%80%D1%84%D0%B8%D1%80%D1%8C%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87

16. Докладная

записка В. С. Абакумова И. В. Сталину от 10.01.1948 // ru.wikisource.org/wiki/%D0%94%D0%BE%D0%BA%D0%BB%D0%B0%D0%B4 % D0%BD%D0%B0%D1%8F_%D0%B7%D0%B0%D0%BF%D0%B8%D1%81%D0 % BA%D0%B0_%D0%92._%D0%A1._%D0%90%D0%B1%D0%B0%D0%BA%D1%83%D0%BC%D0%BE%D0%B2%D0%B0_%D0%98._%D0%92._%D0%A1%D1%82%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%BD%D1%83_%D0%BE%D1%82_10.01.1948

17. Яковлев А. Диктатура двоевластия // 2003.novayagazeta.ru/nomer/2003/60n/n60n-s22.shtml

Развитие пропагандистского воздействия не имеет пределов, поскольку возможности воздействия растут, а человек по своим нейробиологическим параметрам остается прежним. Новым становится переход ко все более мягким методам воздействия, поскольку социальные системы все дальше отходят от авторитарности. Новые методы воздействия, хотя все это было предложено еще отцом-основателем пиара Э. Бернейсом, строятся на том, чтобы создать иллюзию у объекта воздействия, что это он сам принимает решение. Кстати, именно так выстроили свою «архитектуру выбора» Р. Талер и К. Санстейн, создавая такой контекст выбора, который приведет человека к нужному решению.

Но это не единственная новизна, присущая современным направлениям воздействия. Можно выделить следующие виды новых подходов, которые отличаются принципиальной новизной:

– новые объекты воздействия: например, гражданское население других государств, где работает публичная дипломатия, стратегические коммуникации;

– новый инструментарий воздействия: нейронаука дает более четкие рекомендации относительно эффективности;

– новые цели воздействия: например, Британия в отличие от США видит цели информационных операций в смене поведения, в то время как США – в смене отношения;

– новые методы управления информационным пространством;

– новые методы управления виртуальным пространством;

– новые методы дезориентации (шок, хаос и др.) с целью введения новых правил;

– новые методы индивидуализации воздействия, рассчитываемые на одного индивида;

– новые методы работы с мирским и сакральным;

– интенсификация атак и нападений в новых пространствах (социальные медиа, киберпространство).

Первыми в пропагандистских целях воспользовались прорывами в новых науках военные. Они выделили грант на то, чтобы объективно попытаться увидеть, почему один нарратив срабатывает лучше другого. Исходная проблема заключалась в том, что нарратив «Аль-Каиды» пользовался у мусульманского населения большим доверием, чем нарратив американский.

Над этой проблемой среди многих других структур работал и Институт креативных технологий Университета Южной Калифорнии. Этот институт изначально был создан для того, чтобы попытаться применить для нужд военных технологии Голливуда. И

в случае исследования нарратива они также создали свою исследовательскую группу [1].

Другим интересным участником этих исследований стал профессор Поль Зак (см. о нем [2], его сайт – www.pauljzak.com). Он занят химией мозга, теми веществами, которые мозг выделет при чтении нарративов [3]. К примеру, он обнаружил, что некоторые сюжеты ведут к выделению вещества, сходного по действию с малой дозой кокаина.

П. Зак приходит к следующим выводам [4]: «После нескольких лет экспериментов я теперь рассматриваю окситоцин как неврологический вариант золотого правила: если ты относишься ко мне хорошо, в большинстве случаев мой мозг будет синтезировать окситоцин, чтобы мотивировать меня относиться хорошо к тебе в ответ. Таким образом такие социальные создания, как люди, удерживают себя как часть социальной группы: они ведут себя положительно большую часть времени» (см. также его работу по поводу коллективных действий [5], хотя есть и не столь однозначные трактовки роли окситоцина [6–7]).

В отношении нарратива Зак отмечает, что, делая анализ крови до и после нарратива, удалось установить, что рассказы, базирующиеся на действиях героев, существенно увеличивают производство окситоцина [8]. Количество окситоцина помогает определить, насколько люди готовы помогать другим, к примеру, давать деньги на благотворительность, тематически связанную с данным нарративом.

Нейронаука дает ответы и на другие вопросы. Сегодня, например, проведены исследования, объясняющие феномен вирусного распространения информации [9—11]. Первый фактор – чем сильнее хочется распространить, тем большим будет успех. Второй фактор – чем четче человек понимает, как другие отнесутся к этому содержанию, тем сильнее будет распространение (см. некоторые другие гуманитарные подходы в области военного дела [12]).

Пропаганда, как, кстати, и военное дело, будут находиться в поле благоприятствования, покольку в них заинтересовано государство, а оно всегда имеет доступ к большим финансовым потокам. А это, в свою очередь, будет стимулировать и науку, и практику. Именно здесь начинают проявлять себя в полную силу прорывные технологии, поскольку их стимулирует набор вышеотмеченных факторов.

Еще одной сферой, к которой прикоснулось государство, стали избирательные технологии на уровне президентских выборов. С. Иссенберг описал применение микротаргетинга как политтехнологического инструментария, что дважды принесло победу Б. Обаме [13–14]. Кстати, его избирательная кампания показала, что волонтеры, которых мы также можем рассматривать как технологию, оказались успешнее, чем колл-центры, поскольку убеждают людей более искренне, тем самым эффективнее работают. Такую же проблему сегодня обнаружили и в соцсетях: автоматически комменты теряют искренность и эффективность.

Американская армия также четко поняла роль коммуникации в своих действиях. Исследование эффективности воздействия констатирует, что проблемы национальной безопасности требуют коммуникации и влияния во взаимоотношениях с иностранными аудиториями [15–16]. Делается даже вариант оценки атмосферы в этой среде, для чего используются такие параметры:

– как население реагирует на проезжающие по деревне патруальные машины (кидание камнями или приветствия);

– степень взаимодействия населения с дружескими силами (контакт глазами, обмен информацией, приглашение в дом);