Происхождение

— Неожиданные осложнения, — сказало темно–серое нерезкое пятно. Оно сидело напротив в метре от Ингрей, точно в таком же голубом кресле.

По крайней мере, так казалось. Ингрей точно знала, что если протянет руку, то коснется лишь гладкой твердой стены. И слева стена, там — координатор. Худощавая фигура, завернутая в коричневый, золотой и фиолетовый шелк, с гладко зачесанными и заплетенными в косицу волосами, с темными бесстрастными глазами. Следит за разговором. Слушает.

Настоящими были

лишь бежевые стены справа и за спиной. Хотя столик, стоявший у кресла Ингрей, золоченый графин с шербетом и изящный стеклянный поднос с пирожными в форме розовых лепестков, видимо, тоже настоящие. Не зря же в самом начале ей предложили угоститься, правда, Ингрей слишком нервничала, чтобы даже думать о еде.

— Неожиданные осложнения, — повторило темно–серое пятно, — которые привели к непредвиденным расходам. Нам приходится просить вас заплатить больше, чем мы условились.

Безликий партнер по переговорам не мог разглядеть Ингрей, она представлялась ему таким же темно–серым размытым пятном. Он сидел в точно такой же комнатке где–то на станции. И даже если бы на лице Ингрей отразились смятение и отчаяние, он не смог бы заметить их. Координатор видело лица обоих. Но не выдаст ее, даже если определит хоть какую–то реакцию на ее лице, она была в этом уверена. Пока еще.

— Неожиданные осложнения меня не касаются, — сказала она как можно спокойнее и увереннее. — Цену мы оговорили заранее.

Их услуги стоили ровно столько, сколько у нее было, у Ингрей осталась лишь одежда, которую она носила, и билет домой, купленный заранее.

— Непредвиденные расходы слишком велики, и их придется кому–то возместить, — сказало темно–серое пятно. — Пока они не будут оплачены, посылку не доставим.

— Ну и не доставляйте, — ответила Ингрей как можно беззаботнее. Руки ее неподвижно лежали на коленях. Ей захотелось сжать в горсти сине–голубой шелк пышных юбок, ухватиться за что–то прочное и безопасное. А ведь казалось, что она давно рассталась с этой детской привычкой. — В таком случае вы вообще ничего не получите. Конечно, расходы придется кому–то возместить, но это не моя забота.

Она подождала ответа. Координатор промолчало. Ингрей напомнила себе, что если сделка все–таки не состоится, то серое пятно потеряет гораздо больше, чем она. После оплаты услуг координатора, которая не зависит от исхода переговоров, она может просто забрать остаток сбережений и вернуться домой, на Хвай. Денег у нее будет намного меньше, чем вначале, что правда, то правда, и возможно, ей придется с этим смириться и инвестировать то, что осталось. Если она потеряет работу, нужно будет задействовать все связи, чтобы найти новую.

Ингрей представила себе ледяное разочарование в глазах приемной матери. Нетано Аскольд не тратит время и силы на детей–неудачников, не имеющих честолюбия.

Представила самодовольный триумф сводного братца Данака. Даже если бы все планы Ингрей осуществились, она вряд ли смогла бы занять место любимца Нетано, но, по крайней мере,

смогла бы уйти от Аскольдов, зная, что унизила заносчивого братца, и заставила бы их всех, включая Нетано, обратить внимание на нее, Ингрей. Кроме того, ее бы заметили и другие могущественные и влиятельные люди. Но если сделка не состоится, то ничего не выйдет, даже крошечной победы над братцем не одержать.

Серое пятно и координатор все еще молчали. От пряного запаха шербета скрутило живот. Ничего не получится.

А может, и ладно? В конце концов, чего она добивалась? Дурацкий был план. Невозможный. Даже если сделка состоялась бы, шансы у нее почти нулевые. И что она вообще тут забыла? На миг ей вдруг показалось, что она шагнула с обрыва и вот–вот полетит вниз.

Ингрей могла бы разом все закончить. Сказать, что сделка отменяется, заплатить причитающееся координатору и отправиться домой с оставшимися деньгами.

Пятно, сидевшее напротив, недовольно вздохнуло.

— Что ж, хорошо. Сделка состоится. Но отныне мы знаем, как следует относиться к хваленому нелицеприятию и принципам справедливости Тира.

— Условия были ясны с самого начала, — ровным голосом ответило координатор. — Оплата оговорена, и если вы сочли ее недостаточной, то могли бы сразу потребовать больше или отказаться от сделки. На данном этапе сделки мы всегда придерживаемся этого непоколебимого принципа во избежание недоразумений. И я вам уже объясняло. Если бы вы сразу сообщили об отсутствии понимания или о несогласии с нашей политикой, я бы не позволило вести дальнейшие переговоры, так как это повредило бы нашей репутации, потому что мы нелицеприятны и справедливы в решении споров.

Серое пятно промолчало.

— Я проверило сумму оплаты и товар, — все так же спокойно и ровно сказало координатор. — Они соответствуют договору.

У Ингрей все еще оставался шанс. Она все еще могла отказаться от задуманного, но она проговорила:

— Очень хорошо.

О, всемогущие силы, что же она натворила!

Передача посылки должна была состояться в маленькой комнатке, огороженной стеной из орхидей, поднимающихся из запутанного лабиринта корней. Женщина в коричнево–фиолетовом пиджаке и саронге стояла у серого, видавшего виды контейнера для пересылки, около двух метров в длину и одного в высоту, который абсолютно не вписывался в роскошное великолепие интерьера в пастельных тонах.

— Кажется, произошло какое–то недопонимание, светлость, — сказала Ингрей. — Я ждала человека.

Она оценила размер и форму контейнера, и вдруг до нее дошло, что в нем вполне может поместиться тело.

Полнейший провал! Страх, который Ингрей впервые почувствовала, когда серое пятно затребовало большую плату, усилился. Женщина, стоявшая у дальнего конца контейнера, не шевельнулась, даже не взглянула на нее и, не моргнув глазом, важно сказала:

— Мы не принимаем участия в похищениях или работорговле, светлость.