Чтение онлайн

— Да. И бог времени.

— Ну, в таком случае Вам с ним должно повезти. А как насчет бутерброда, Янус? — обратилась она к коту, который жалобно мяукал. Погладив его, девушка, достала из стола бутерброд и положила его перед носом кота. Через пару секунд в кабинете раздалось чавканье.

— Теперь, когда Ваш друг Янус занят, поговорим о Вас. Итак, сударь, как бы Вы предпочли отобразить свой информационный потенциал — в виде кольца, брелка, кулона, браслета?

— Кольца, — ответил я.

— Отлично.

Девушка достала маленький прозрачный кубик и установила его в заготовку. В итоге получилось

что-то действительно напоминающее кольцо. Она протянула его мне.

— Вам теперь остается только примерить его на один из пальцев и не расставаться с ним в течение двух лет — это Ваша визитная карточка и пропуск к социальным благам, пользоваться которыми будет весьма просто. Достаточно приложить кубик к соответствующему лазерному глазку в магазине или в средствах связи, как произойдет идентификация Вашего информационного портала, и его предельного потенциала. Но, полагаю, что пользоваться магазинами Вам придется очень редко, поскольку Центр информации берет на себя все необходимые расходы. А Вам нужно воплотить в жизнь ваши идеи, описанные в автореферате. У Вас очень перспективная тема — информационно-пространственная природа временных перемещений.

— Могу ли я надеяться на эксперименты в космическом пространстве?

— Думаю, что пока нет такой необходимости. Вам придется создавать описанные Вами возможные перемещения здесь на Земле. И если апробация пройдет успешно, полагаю, Ваш потенциал в итоге пополнится, и значительно. Желаю успехов. Ваша комната и виртуальная лаборатория на 12 этаже.

Покинув «гостеприимный кабинет», в коридоре я столкнулся с человеком в форме космических вооруженных сил. Странное чувство вдруг овладело мной. Мне показалось, что я знаю этого человека.

— Простите, вы случайно не Жан К.?

— Да, это я.

— О-о, как я рад встречи, я читал ваши статьи. Мы с вами в какой-то степени научные конкуренты в области перемещения. Хотя уже нет, — и улыбка исчезла с лица незнакомца. — Ведь приняли Вас, а не меня. Ну, все-таки я рад увидеть своего соперника на научном поприще. Надеюсь, ваши открытия изменят мир и принесут немало пользы.

— Скажите, судя по форме, Вы принадлежите космическим силам? Тогда причем тут наука?

— А вы думаете, служба в космических войсках и наука — несовместимые вещи?

— Нет, я не это имел в виду. Для вашего контингента существуют другие научные конторы, а не этот центр.

— Да, но в тех конторах, как вы выразились, свои правила и своя шкала информационного потенциала. А я пока не дотягиваю и до 140 000 единиц информации. Поэтому мне и приходится влачить свое жалкое существование на окраинах Солнечной системы. Непонятно, кто придумал эти критерии отбора новых изобретений человеческой мысли. Будущую пользу или вред изобретения невозможно предсказать! Возьмите, к примеру, парашют Котельникова. Русские полководцы вообще посчитали парашют вредной вещью в начале ХХ века. Ведь летчики при малейших признаках опасности всякий раз прибегали бы к помощи парашюта, тем самым уничтожая самолет. Только французские авиаторы воплотили идею Котельникова. И до сих пор модернизации парашюта используются не только в аттракционах, но и в атмосфере Марса, на некоторых спутниках Юпитера. Но, наверное, благодаря Вашим исследованиям предсказание полезности изобретения станет доступным.

—

Скажите, какова была тематика вашего научного исследования?

— Почему была? Она есть. Я не собираюсь отказываться от своих взглядов, кроме того, попытаюсь воплотить их в реальность.

— Как же вы собираетесь проводить эксперименты без виртуальной лаборатории и атто [1] — компьютеров?

— У меня есть кое-какие соображения на этот счет, правда, без атто-компьютеров мои эксперименты затянутся. Вы любите музыку? Пытались ли когда-нибудь музицировать?

— Я люблю музыку, но никогда не пробовал музицировать.

— Жаль. Хотите подсказку?

— Смотря какую?

— Займитесь на досуге исследованием звука. Разложите его на составляющие с помощью атто-компьютера и соедините в произвольном порядке. Удерживая это эдическое пространство, считывайте информацию. Вы получите новый информационно — пространственный портал.

— Вы сказали «эдическое пространство»?

— О, да. Мне нужно было как-то обозначить полученную материю звука, и я решил назвать ее именем своей жены — Эдией, к тому же, именно ее напев был основой эксперимента.

— Это все удивительно. Но такого быть не может.

— Точно так же мне ответили в центре. И, к тому же, в наказание сняли с моего потенциала штраф в размере 10 000 единиц информации за неправильно потраченное время.

Янус занервничал у моих ног.

— Странно. Содержать в наши дни такого преданного кота большая редкость. У него тоже есть свой портал? — незнакомец засмеялся.

— Хотя у него нет информационного портала, но зато потенциала хватает на все сто.

Мы оба посмотрели на кота.

— Знаете что, надо разложить звук, издаваемый котом. Позвольте, я запишу его мяуканье.

— Я, честно, не верю в результативность вашего эксперимента, но, если хотите, записывайте.

Из бокового кармана куртки коллега достал пластинку и поднес к коту. Янус обнюхал записывающее устройство и промяукал себе что-то поднос. Я чуть было не рассмеялся.

— Как зовут Вас, коллега? И где я смогу Вас найти, чтобы узнать о результатах?

— Альберт Д., второй пилот космолета «Сардинии» из Третьей Плутоновской дивизии. Однако боюсь, что мы с вами вряд ли скоро встретимся. Уж очень далек Плутон. А о результатах не беспокойтесь, я перешлю их Вам в центр на ваш именной портал.

— Было приятно с Вами поболтать, Альберт.

Я с улыбкой протянул ему руку.

— И знаете, коллега, кто предпринимает абсурдные попытки, наверное, и достигают невозможного. Это слова не мои, а Вашего тезки — Альберта Э. из ХХ века.

Второй пилот с «Сардинии» крепко пожал мне руку и направился к выходу.

Моя лаборатория, она же являлась и жильем, напоминала огромный аквариум, рыбками которого были Янус и я. К шарообразному пространству надо было какое-то время адаптироваться, так что пара дней была потрачена не в научных целях. Зато Янусу вполне понравилось временное пристанище, где кормили три раза в день.