Чтение онлайн

— Пауэлл, полиция Миннеаполиса. У нас есть дело, которое, возможно, вас заинтересует.

Ага, полиция Миннеаполиса. Наверное, что-то серьезное.

— Выкладывайте, — Стивенс взял ручку и блокнот, — я слушаю.

— У нас похищение, — сообщил полицейский.

— Вы не шутите? — спросил Стивенс, мигом забыв о голоде. Похищения в Миннесоте случались не чаще, чем зимние заплывы на Миссисипи. — Если похитили ребенка, звоните в ФБР.

— Нет, взрослого, — сказал Пауэлл. — Терренс Харпер, сорок семь лет. Два дня назад его захватили на улице, когда он возвращался домой с работы.

Это произошло в Лоури-Хилл, он там живет.

Навалившись грудью на стол, Стивенс с бьющимся сердцем торопливо записывал информацию. Похищение в Миннеаполисе, подумать только!

— Кто такой этот Харпер? Богатый? Бедный?

— Богатый. Работает кем-то вроде биржевого маклера.

— Понятно. Похитители выходили на связь с его семьей? Каким образом? Почта, телефонный звонок? Требуют ли выкуп?

— Позвонили жене вчера вечером, дали трубку Харперу. Потребовали шестьдесят тысяч банкнотами по двадцать долларов.

— Мелкие воришки.

— Как знать? Короче, жена заплатила выкуп, они отпустили Харпера.

— То есть он уже дома, жив и здоров? — Желудок у Стивенса снова утробно заурчал.

— Да, сэр.

— Все пальцы, уши, глаза при нем?

— Так точно, сэр.

Стивенс вздохнул, потер глаза. Наверное, какие-то малолетки развлекались. Ничего интересного.

— Простите, что разочаровал вас, — проговорил Пауэлл. — Если вы не хотите браться за дело, я отдам его своему сержанту.

Стивенс откинулся назад и огляделся. В темном оконном стекле мелькнуло его отражение — мешки под глазами, паутина морщин на лбу — лицо усталого копа, который когда-то мечтал изменить мир, но со временем сменил мечты на безупречный послужной список, почетную должность и удобное кресло в теплом кабинете.

«Отставить нытье! — велел он себе. — Человека похитили и вернули в течение двадцати четырех часов за выкуп шестьдесят тысяч. Может быть, это дело и не поможет изменить мир к лучшему, но зато хотя бы на время избавит меня от бумажной волокиты».

— Я согласен, — сказал он Пауэллу. — Беру это на себя.

Терри Харпер рвал и метал от негодования, точно человек-бульдог. Ни присутствие полиции, ни увещевания жены и дочери не могли его остановить. Под конец домашние оставили его в покое и тихо расползлись кто куда.

Стоя в дверях гостиной, Стивенс наблюдал, как хозяин мечется по комнате, и слушал урчание своего желудка. Напрасно он съел этот оплывший сыр и подозрительный бифштекс в «Тако Белл», куда заехал по дороге. Такая еда не способствует здоровому пищеварению. С трудом сдерживая отрыжку, он посмотрел на Харпера и попросил:

— Расскажите все с самого начала.

Харпер стал рассказывать, по-прежнему бегая взад и вперед. Вечером он возвращался домой после работы. Сгущались сумерки. Он повернул к дому, и тут его окликнула по имени девушка. Нет, он не видел ее, она была за спиной. Кажется, он успел заметить только длинные каштановые волосы, волнистые. Похоже, она белая.

Ничего другого увидеть он не успел, потому что его схватили и швырнули в минивэн. Завязали глаза, связали руки, в рот сунули кляп. Его привезли в какую-то квартиру, заставили позвонить

жене, а потом избили. Скорее всего, похитителей было трое, считая девушку. С одним он говорил ночью. Тот не спал, ходил по комнате, включал телевизор.

Потом он уснул. Утром проснулся и слушал телевизор. Затем они снова бросили его в минивэн и отвезли на парковку у «Макдоналдса». Он не успел как следует рассмотреть минивэн. Цвет — синий. Темно-синий. Марка? Без понятия.

— Они предупредили, что наблюдают за нашим домом и чтобы мы не смели вызывать полицию.

— Иначе они похитят Элис, — прибавила Сандра Харпер, ступив вперед.

— Никого они не похитят, — возразил Стивенс. — Вам ничто не угрожает.

— Я знаю, и я не боюсь, — сказал Харпер, останавливаясь и пристально глядя на Стивенса. — Меня просто бесит вся эта ситуация. Я хочу, чтобы вы, черт подери, выполняли свои обязанности. Найдите их!

Стивенс мысленно вздохнул. Лучше бы они его не отпускали.

— Значит, двое мужчин, одна женщина, все белые, так?

— Насколько я мог судить.

— Они вооружены?

— У меня на глазах была повязка. Может быть, пистолет.

— Сколько им примерно лет?

— Молодые. Около тридцати.

— Имен вы, случайно, не расслышали?

— Нет. Имен они не называли. Вообще, не тратили лишних слов. Все произошло очень быстро.

— Про деньги не забудь, — подсказала Сандра, — скажи ему.

— Шестьдесят тысяч. По-моему, смешная сумма. Вы согласны?

— Согласен.

— Людей похищают, чтобы получить выкуп, большие деньги. У меня есть деньги. Я прямо так одному и сказал. Он мог бы потребовать миллион и получить его.

Стивенс почесал голову.

— А он что?

— Ничего. Велел мне спать. Я понял, что они хотят быстрее от меня избавиться, чтобы их не засекли. В течение суток.

— Вот как?

— А с какой стати им требовать такую мелочь?

«Торчки, — презрительно подумал Стивенс. — Срочно понадобились деньги на дозу. Но наркоманы не ведут себя так осмотрительно. Те психуют и оставляют много улик, делают ошибки. А эти если и допустили промах, то сразу не поймешь где».

Случаи, когда агенту Стивенсу приходилось иметь дело с похищениями, можно было пересчитать по пальцам, и те были проще простого. Один раз наркодилер похитил конкурента, которого потом нашли в бочке с цементом, а второй раз дети, которым осточертела родительская опека, сбежали из дома, инсценировав собственное похищение, но вскоре вернулись, когда вдоволь наелись мороженого.

Так, надо с чего-то начинать. Может быть, это все студенческая шалость, изощренные забавы старшекурсников. В Миннеаполисе не один университет. Необходимо разузнать в кампусах насчет новомодных развлечений. Возможно, в «Макдоналдсе» установлены камеры слежения. Они ездят на синем минивэне, каких тысячи разъезжают по Твин-Ситиз, однако нелишним будет поместить объявления в газетах, пусть люди присматриваются. В телефонной компании должна быть информация, откуда поступали вызовы, что поможет составить схему передвижений похитителей. Чем больше Стивенс размышлял об этом деле, тем больше оно ему нравилось. Возможно, оно не такое простое, как показалось поначалу.