Чтение онлайн

— Да, звучит как научная фантастика, — заметил Питер, — вам не кажется?

— Эта идея не кажется мне абсурдной, — ответила Штефани, — мы же вообще не имеем ни малейшего понятия, с чем столкнулись. Люди, расписавшие переднюю часть пещеры, по-видимому, тоже обладали фантастическими знаниями. И кто знает, что за феномен или технологии кроются за пресловутым проходом. Но ваша идея, увы, не сработает. Химические элементы исключаются, если мы исходим из того, что эти знаки имеют то же значение, что и у алхимиков. И вот почему: этот знак обозначает кислоту,

а этот — щелочь. Насколько я знаю, у них нет порядкового числа в периодической системе. Кстати, вот еще один знак. Он означает процесс сублимации. То есть когда вещество из твердого состояния…

— … превращается в газ, — закончил предложение Патрик, — большое спасибо.

— Ну, лично я этого не знал, — заступился Питер, чтобы хоть как-то сгладить язвительное замечание коллеги.

— Конечно, я не исключаю и того, что это может оказаться простым рисунком, декорацией, — продолжила Штефани.

— Я так не думаю, — сказал Питер. — Кто станет помещать такую трудоемкую декорацию на пол, туда, где ее никто не увидит? К тому же выполнено это не слишком изящно. Египетские иероглифы и те нанесены намного аккуратнее. Они-то как раз больше похожи на декорации. Нет, я все же думаю, что этот рисунок имеет какое-то значение. Или код?

— Они объединены в четыре группы, — сказал Патрик. — Может, у них есть сходства или различия?

Питер показал на листок:

— Мне никак не дает покоя этот символ. Очень похоже на смесь четверки и двойки. И этот, напоминающий латинскую букву Z.

— Первый символизирует сталь, а второй — известь, — пояснила Штефани.

— Это у алхимиков, — вмешался Патрик, — но мы не знаем, что могут означать наши.

— Верно.

— А что это за числовые ряды, которые вы там напечатали? — спросил Питер.

— А, эти, — Штефани достала нужные листы. — Я попыталась дать каждому знаку числовое значение, чтобы пропустить эти данные через компьютер.

— Кто бы мог подумать! — воскликнул Патрик с искренним удивлением. — Какую программу вы использовали?

— «Crypt Warrior» и «Word of Chaos».

— Я могу достать американскую версию второй программы с 128-битным шифрованием. Может, хоть так мы быстрее продвинемся в нашей работе?

— Стоп, стоп, — перебил Питер. — Вы говорите о программном обеспечении, позволяющем расшифровывать?

— Да, — пояснил Патрик, — «Word of Chaos» — это очень мощный инструмент. 128-битный ключ достать очень тяжело, поскольку в целях безопасности он запрещен к вывозу из США. Эта программа помогает вычислять математические алгоритмы. Правда, для ее использования понадобится очень мощный компьютер или уйма времени.

— Ладно, достаточно, — сказал Питер, закатив глаза, — извините, что спросил.

— Но Патрик совершенно прав, — возразила Штефани. — Дело вот в чем: для того чтобы продвинуться в наших поисках, нам нужно найти образцы, правила или другие зацепки. А эти программы, о которых мы только что говорили, как раз и предназначены для того, чтобы найти те самые образцы.

— О каких

таких образцах вы говорите?

— Она имеет в виду не графические образы, — пояснил Патрик, — а что-то необычное, бросающееся в глаза или повторяющееся. Ну, словом, примеры. Или вещи, которые можно просчитать. Если, к примеру, всем символам придать цифровое значение от одного до двенадцати и мы выяснили бы, что символы в пещере нарисованы в той последовательности, когда сумма цифр первых двух чисел равна сумме цифр третьего символа, вот это и был бы образец.

Питер в замешательстве посмотрел на Патрика.

— Даже каждый язык имеет свой собственный образ, — добавила Штефани. — Например, любой отрывок текста можно отнести к определенной языковой группе только по длине слов и распределению гласных, даже если ты никогда прежде не встречал этого языка. С другой стороны, благодаря тем же приемам, можно выделить гласные.

— Хм… и что, вы уже обнаружили что-то?

— К сожалению, нет.

— Так может, мы просто пошли не в ту сторону? — подумал Питер вслух. — Может, дело здесь совсем не в символах, а, например, в количестве строк или в расстоянии, на котором они расположены друг от друга, кто знает?

— Знаете, что мне пришло в голову? — неожиданно воскликнул Патрик.

— Что?

— Дырка внизу справа явно совпадает с верхней дыркой, за тем лишь исключением, что вверху стоит непонятный символ с полумесяцем. Если не принимать это во внимание, то получится, что в верхнем ряду, как и в нижнем, шесть знаков. А сколько всего тут знаков? Тридцать шесть?

— Если без полумесяца, то да.

— Значит, все эти знаки можно поместить в правильный квадрат, где будет шесть строк по шесть знаков!

— И что из этого? — спросил Питер.

Патрик взял ручку и судорожно принялся что-то записывать.

— Если у нас есть квадрат, то мы можем использовать невероятное количество расчетов. Например, суммы цифр по вертикали и горизонтали. — Он сверил свой набросок с распечаткой Штефани и продолжил объяснение. Он был в своей стихии. — Так как у нас нет зацепки, то придется подходить к вопросу эвристически.

— Эвристически, — перепела Штефани, — означает, что сначала выбирают один метод и при его помощи доходят до конца. А потом оценивают, может ли результат решить проблему. Некоторые математические задачи намного проще решать, если изначально предположить какой-нибудь ответ и отталкиваться от него, как бы реконструируя всю последовательность действий задом наперед.

— Об этом я знаю! — возмутился Питер.

— Действовать эвристически, — продолжил Патрик, — в нашем случае означает, что мы будем исходить из числового кода, который с легкостью можно просчитать математически. Может, это и не так, мы попробуем, вдруг удастся прийти к удобоваримому результату или яркому образцу.

— Согласен. Почему бы и нет?

Патрик включил компьютер, и Штефани, понимавшая, чего он хочет, запустила соответствующие программы. А Патрик продолжал.