Проект «Голубой Марбл»

Вселенная… Она потрясающая и единственная. Из-за своей уникальности она ни с чем не может взаимодействовать, она система систем. В ней теряют свой смысл такие понятия, как масса, форма, размер. В ней есть все: галактики и квазары 1 , тёмные материи и космические лучи, межзвёздный газ и различные звездные скопления, сверхмассивные чёрные дыры и чёрные дыры звёздной массы…

Стареющие звезды в маленькой галактике Кракен выглядели тусклыми: белесо-желтого и блекло-красного оттенков. Казалось, что они выжгли свои внутренние слои и обнажили свои горячие ядра. В Кракене не было ярких, белых и голубых свечений,

и это делало галактику неприглядной, неяркой, даже немного сумрачной.

Род знал, что его маленькая, тусклая галактика поглощается соседней темной материей. Возможно, это была сверхмассивная черная дыра, выкачивающая из галактики все живое. Но Род надеялся, что этот загадочный и непонятный объект всего лишь недавно родившаяся галактика. Эдакий растущий галактический отрок, расширяющий свои владения. И с этим ничего нельзя было поделать. Таков закон: сильнейший подминает под себя слабого, молодой и борзый – ветхого и замшелого. Но Род не хотел признавать себя низкосортным ничтожеством, которого можно перешибить космической соплей. Он не стал дожидаться, когда «свирепый юный пожиратель», разинув пасть, отобедает Кракеном. Где-то глубоко в своей внутренней сущности у него оставалась надежда на то, что за этой темной бездной есть свет…

Баранкообразный корабль Рода пролетал сквозь хаотично блуждающий газ и пыль. Было ощущение, что никто и никогда не структурировал этот космический бардак. Род не любил отсутствие даже элементарного, естественного порядка вещей, не говоря уже о хаосе. Даже в самой черной дыре было все организовано, пусть примитивно, но понятно: физические законы не работают, кривизна пространства стремится к бесконечности, внутри – сингулярность 2 .

Как все прекрасно было организовано на Кракене: хорошо подобранные элементы, совокупность объектов и высокоразвитая структура. Но его галактика не сегодня-завтра прекратит свое существование. И он должен, просто обязан найти место для нового проекта.

И наконец, впереди засияла светло-туманная полоса, создаваемая многочисленными тусклыми звёздами. Эта серебряная река была какая-то рваная, похожая на разлитое на столе молоко. «Баранка» перекатилась через границу, и перед Родом открылась черная бездна, по противоположным краям которой лежали два царства: Тумана и Огня. Во всяком случае, ему так показалось. В его мыслеформах мощный водяной ключ, бивший из недр царства мрака, нес свои воды вперед и вперед. Но стужа превращала воду в лёд, а холодные потоки бурной реки продолжали продвигать ледяные глыбы в сторону раскаленного светящегося чертога. Мысленно Род последовал за водным течением. Когда лёд подошёл близко к огню, он стал таять. Искры, вылетающие из царства пламени, смешивались с растаявшими льдинками и рассыпались падающими огненными звездами по беспросветному, пугающему мраку. Эти яркие огоньки с немыслимой скоростью скручивались в спираль, втягивая туманные облака, камешки из студеной реки и огненные брызги. В результате этого неумолимого, безудержного бега по кругу сформировалось тело, увеличиваясь в объеме и нагреваясь до сверх горячих температур.

И вдруг огромный темный занавес бездны пал, и все озарилось ярким, золотым сиянием.

«Ну что ж! Первооснова есть. Я назову это тело – Сол, 3 и создам вокруг него целую систему под названием Солярис 4 », – решил Род. Вседержитель Род, он же Родник Мироздания.

Огромный

астероид со скоростью сорок пять тысяч километров в час несся к планете. Он двигался с ней почти по одной орбите, и планета просто притягивала его своим гравитационным полем, словно воздухом из трубы пылесоса, пытающимся дотянуться до небольшой горошины, закатившейся в угол, и засосать ее.

Еще мгновение, и небольшое небесное тело, прилетевшее из далекого космоса, падает в океан. От образующейся воронки во все стороны бегут волны цунами. Дисплей показывает, что высота их достигает пятисот с лишним метров. Ударная волна огибает всю планету, и в стратосферу поднимается огромные столпы пыли, которые не дают проникнуть на планету солнечным лучам. Наступает ядерная зима.

Мужчина, сидящий напротив большого стеклянного экрана, почесал острый подбородок и, щелкнув по кнопке, «заморозил» картинку. Большие, выразительные голубые глаза пристально смотрели на экран. Вдруг, словно додумавшись до чего-то, его тонкие прямые брови взлетели вверх, и узкие губы растянули крупный рот в улыбку. Он снова щелкнул по стеклу напротив себя и стал перетягивать пальцем какие-то детальки, находящиеся в углу экрана, к астероиду. Поставив эту каменную глыбу в другой конец от планеты, мужчина «разморозил» изображение.

И снова огромный астероид несется к планете.

Мужчина, явно в ожидании каких-то результатов от проделанных манипуляций, сосредоточенно, не моргая и чуть наклонившись к экрану, наблюдал за происходящим. На подлете каменная глыба разрушилась на три куска, которые продолжали засасываться планетным «пылесосом». Они падают на планету в разных местах, увеличивая площадь поражения. Мужчина, закрыв глаза, задрал голову к потолку и глубоко вздохнул. Затем, подняв руки к голове, взъерошил светлые, почти белые волосы средней длины.

– А если на астероид поставить маячок задолго до столкновения и когда он будет приближаться к планете, просто скорректировать его орбиту?! – мужчина услышал у себя за спиной приятный женский голос и, резко крутанувшись, перевернул сиденье кресла.

В дверях стояла очень привлекательная особа. У нее была статная, хорошо оформленная фигура, обтянутая серебристым комбинезоном, словно второй кожей, большой бюст, узкая талия, широкие бедра и стройные ноги. Неторопливой, плавной, даже немного вальяжной походкой молодая женщина подошла к мужчине. «Оседлав» его колени, она обняла его за шею. На крупных, чувственных губах играла искренняя улыбка.

Мужчина пригладил выбивающиеся из сложной косы женские медные кудряшки.

– Вопрос лишь в том, на каком расстоянии мы уловим этот сигнал и хватит ли времени на коррекцию, – тихо произнес он, внимательно рассматривая лицо женщины. Это был непросто изучающий взгляд, в нем была мечтательность и даже похоть.

Аккуратной формы брови молодой женщины от смущения поползли вверх, и она вскочила с колен мужчины. Подойдя кдвери, девушка остановилась и, не поворачиваясь, четко, немного растягивая слова, чтобы скрыть волнение, произнесла:

– Поговаривают, что ты возглавишь новый проект?

– Лис, я знаю, что ты веришь в меня, но после провала "Голубого Марбла" у меня шансов – "ноль".

– Ты спас тюльбюрийцев, какой же это провал?!

Она знала, что тема планеты Тильбюри и проекта "Голубой Марбл" всегда была неприятна Бари 5 , но сейчас он затронул ее сам, и девушка приятно удивилась.

Ту, что назвали Лис постояла немного перед закрытой прозрачной дверью, затем провела по ней пальцем, открывая выход, и покинула лабораторию.