Продавец проклятых книг

Был год 1205-й от Рождества Христова, Пепельная среда — первый день Великого поста.

Струи ледяного ветра били, словно плети, по стенам монастыря Святого Михаила у Плотины, неся вместе с ветром за монастырские стены запах смолы и сухих листьев — верный признак того, что скоро начнется буря.

Отец Вивьен де Нарбон решил выйти из монастырской

церкви, хотя вечерняя служба еще не закончилась, пары ладана и дрожащее пламя свечей вызывали у него беспокойство. Он вышел наружу и стал прохаживаться по церковному двору, покрытому снегом. Закат гасил последние отблески дневного света.

Неожиданно на монаха налетел порыв ветра. Отец Вивьен вздрогнул, плотней закутался в рясу и наморщил лоб, как от обиды. Сегодня, с той минуты, как он проснулся, ему не по себе. За день это ощущение не только не прошло, но даже усилилось.

Он решил, что беспокойство ослабнет, если он немного отдохнет, и прошел по галерее главного двора во внушительный спальный корпус монастыря. Внутри его встретил бледно-желтый свет факелов. Помещения, которые они освещали, были столь тесны, что казалось, здесь можно было задохнуться.

Не обращая внимания на эту устрашающую давящую тесноту, Вивьен шел по лабиринту коридоров и лестниц, потирая ладони, чтобы согреться. Ему было необходимо лечь и не думать ни о чем. Однако на пороге кельи его ожидала неожиданность: над дверью был воткнут кинжал в форме креста. С его бронзовой рукояти свисал свернутый в трубку листок бумаги. Монах почувствовал приближение чего-то ужасного. Он несколько секунд неподвижно смотрел на послание, прежде чем набрался смелости прочесть его. Содержание было коротким и грозным:

«Вивьен де Нарбон,

Вы виновны в колдовстве.

Приговор вынесен Святой Фемой.

Орден Вольных судей».

Вивьен в ужасе упал на колени. Святая Фема? Зоркие? Как они сумели отыскать его в этом убежище на альпийской скале? Он столько лет убегал от них! Полагал, что они наконец потеряли его след и он в безопасности. Но нет, эти люди нашли его!

Не стоит горевать! На отчаяние нет времени, нужно бежать в очередной раз. Страх сковывал его тело. Вивьен поднялся на дрожащие ноги, распахнул дверь своей кельи, прихватил первые попавшиеся под руку вещи, накинул на себя тяжелый плащ и быстро зашагал в сторону конюшни. Ему казалось, что каменные коридоры вдруг стали еще уже и давят, пугая, своей теснотой.

Выйдя из спального корпуса, Вивьен почувствовал, что воздух стал холодней. Ветер выл, гоня облака и хлеща по голым кронам деревьев. Собратья Вивьена были еще в церкви — медлили в святом тепле главного нефа. Он плотней закутался в плащ, вошел в конюшню, оседлал коня, вскочил в седло и рысью промчался через городок Сан-Микеле.

Ветер принес снег. Крупные хлопья падали Вивьену на плечи, и шерстяная ткань плаща стала намокать. Но монах дрожал не от холода и сырости, а от своих мыслей, каждую секунду ожидая засады.

Будучи уже вблизи от наружных ворот, он встретил закутанного в рясу монаха. Это был монастырский келарь отец

Джеральдо из Пинероло. Джеральдо отодвинул назад капюшон рясы, открыв свою длинную иссиня-черную бороду, изумленно взглянул на Вивьена и сказал:

— Куда ты, брат? Вернись, пока не началась буря.

Вивьен ничего не ответил, устремившись к выходу, молясь о том, чтобы достало времени убежать. Но у выхода его ждала повозка, запряженная двумя черными как ночь конями. В ней находился только кучер на козлах — посланец смерти. Беглец сделал вид, что повозка его совершенно не интересует, и пронесся мимо нее, пряча лицо под капюшоном и стараясь не встретиться с кучером глазами.

Джеральдо, напротив, подошел взглянуть на незнакомца. На первый взгляд в кучере не было ничего примечательного — крупный мужчина в широкополой шляпе и черном плаще. Но потом келарь взглянул ему в лицо, после чего глядел только на спину. Лицо этого человека было красным как кровь, рот кривился в адской ухмылке.

— Дьявол! — воскликнул келарь и попятился назад.

Тем временем Вивьен пришпорил своего коня и погнал его галопом по склону горы в сторону долины Суза. Ему хотелось бежать отсюда как можно быстрей, но снег смешался с грязью, тропа размокла, и приходилось быть осторожным.

Загадочный кучер узнал беглеца, прикрикнул на коней и погнался за ним на повозке.

— Вивьен де Нарбон, остановитесь! — гневно закричал он. — Вы не сможете вечно прятаться от Святой Фемы!

Вивьен даже не повернулся, не услышав окрика, в уме вихрем кружилось множество мыслей. Потом до монаха донесся стук колес повозки. И этот стук все приближался! Повозка его догоняла! Как она может двигаться так быстро по этой неровной тропе? Это не кони, а демоны из ада!

После слов преследователя у Вивьена не осталось никаких сомнений: этот человек — посланец Вольных судей. Зоркие хотят получить Книгу! И ради этого они, конечно, готовы на все, будут пытать его, пока не сведут с ума, чтобы выведать тайну, выяснить, как можно постичь мудрость ангелов. Лучше уж ему умереть!

У беглеца на глазах выступили слезы. Он натянул поводья и заставил коня двигаться проворней. Но тот бежал слишком близко к краю обрыва, и земля, мягкая от снежной влаги и грязи, сползала вниз под тяжестью копыт.

Конь вместе с Вивьеном заскользил по склону горы. Крики монаха и ржание коня были слышны, пока их не заглушил рев бури.

Повозка остановилась. Загадочный кучер спустился с козел и внимательно оглядел пропасть.

«Теперь тайну знает только Игнасио из Толедо. Надо его найти», — подумал он.

Кучер поднес правую руку к щеке и коснулся ладонью лица. Оно было слишком твердым и холодным, не человеческим. Он неохотно сжал руками обе щеки и снял Красную Маску, скрывавшую его настоящее лицо.