Шрифт:
Духовное пробуждение
Первое, что поражает в романе Юрия Сидорова «Пробуждение», – это то, сколь он кинематографичен. Сразу видно, что Сидоров прекрасно знает, как важно в современной прозе некое превалирование показа над рассказом. Все персонажи почти стереоскопично зримы, и добивается этого автор через речь. Диалоги и внутренние монологи выстроены таким образом, что легко угадывается характер персонажа. Помимо речи, у каждого героя дискурсы поведения, равно как и система взаимоотношений с другими персонажами, существуют настолько органично, что их внешность совсем
В основе сюжета лежит событие из ряда вон выходящее. Из летаргического сна выходит пациент, который пребывал в нем много лет. Прием не новый, он уже неоднократно использовался в литературе, вспомним «Авиатора» Евгения Водолазкина, но Сидоров, благодаря своей изобретательности в части сюжетной и композиционной структуры, выжимает из него много нового, а за счет персонализации всего происходящего на страницах романа создает образную и смысловую новизну.
У Сидорова хорошо поставлена писательская рука. Можно брать любой фрагмент и восхищаться его органичностью:
«В приемной перед дверью директорского кабинета – а Померанцев, с тех пор как стал исполняющим обязанности директора, часть дня проводил здесь – вертелась на кресле секретарь Лина. Она разглядывала в зеркальце результаты нанесения туши на ресницы. Дверь из коридора в приемную была открыта, и Лина не успела спрятать зеркальце и тушь в косметичку. Лицо ее от смущения покрылось краской, но Карпунцов с сестрой не обратили на секретаршу никакого внимания. Мелешкину же захотелось рассмеяться, но он сдержался, решив, что Лина может обидеться. В результате Артем лишь заговорщицки подмигнул девушке и получил в ответ благодарную улыбку».
Обратите внимание, сколько каждая фраза передает оттенков, сколько нюансов в поведении героев, как много в этом абзаце действующих лиц, но каждый на своем смысловом месте, как ритмически правильно выстроена фраза, какой простой и в то же время насыщенный язык.
Конечно, одной из ключевых парадигм романа становится то, что главный герой Алексей выходит из летаргического сна в 2003 году, а впал он в него еще при Советском Союзе. Можно было бы из этого сделать прямую смысловую конструкцию, но Сидоров поступил с этим обстоятельством весьма тонко, показав его через событие, через диалог, через деталь.
«– Упражнения для мышц ног делали, – продолжил физкультурник, – ну и подошли к окну. Он глянул вниз и спрашивает меня: делегация иностранная приехала? Я думаю, что за бред такой, откуда пациент это взял. В итоге оказалось вот что: он когда в окно посмотрел, то увидел у нас на стене триколор российский. Флаг как на 9 Мая вывесили и еще не сняли. А Алексей не знает, что флаг теперь такой, да и страна у нас совсем другая. Я растерялся, чего-то пробормотал, потом Ивану Петровичу рассказал. Тот с пациентом уже сам поговорил. Чего рассказал – не знаю, но Алексей больше у меня про флаг не спрашивал».
К какому жанру следует отнести роман Юрия Сидорова «Пробуждение»? С одной стороны, это, конечно, реализм, все персонажи абсолютно натуральны, обстоятельства их быта подробно изучены и переданы в романе, но основная сюжетная пружина все же замешана на мистике, особенно в те моменты, когда герой начинает по дням стареть, как бы нагоняя время, проведенное им в летаргии. Поэтому этот реализм
Первые главы романа Алексей в больнице, и к нему приходят его родственники. То, как они реагируют на его внезапное пробуждение, прекрасно характеризует их. А именно то, как они к нему относились прежде и как они изменились за время его летаргического отсутствия. Прием очень богатый, и пользуется им автор хоть и бережно, но очень эффективно.
Персонажи подключаются к действию, как голоса в музыкальной полифонии, тут не только родственники, тут и врачи клиники, и журналистка газеты «Дно», и другие люди.
Этот роман о людях, людях простых, что очень важно, людях со своими слабостями, сомневающихся, устраивающих свою жизнь так, как получается, как позволяют условия. Это еще одна важная смысловая оппозиция этого текста: необычайное событие и обычные люди. Это непростое испытание, и в нем накаляются композиционные моменты, оно придает роману должную горизонтальность. Сидорову не нужны лишние особые обстоятельства в жизни людей, кроме пробуждения Алексея. Он изучает простого человека, и под его писательским микроскопом этот человек становится интересным и значимым. Такой вот гуманистический реализм. Его не хватает в нашей литературе в последнее время.
Не буду пересказывать все сюжетные коллизии романа, чтобы не лишать читателя интриги. Скажу лишь, что роман этот вы прочитаете на одном дыхании. А дочитав до конца, поймете, что название «Пробуждение» имеет много значений. Это не только выход главного героя из состояния летаргического сна, но и пробуждение духовного в человеке, в мире.
Автор словно подталкивает нас к мысли, что, если люди будут руководствоваться духовными помыслами в своих поступках, мир застрахован от энтропии, как бы сильно она в наше время себя ни проявляла.
Максим Замшев
Главный редактор «Литературной газеты», первый заместитель председателя МГО Союза писателей России, член Совета по правам человека при Президенте РФ, Президент «Академии Поэзии»
Глава 1
Виктор Голубничий протер глаза и посмотрел на часы. Секундная стрелка монотонно и неутомимо совершала свой бег по циферблату. Часы были простенькие и совсем легкие. Но сейчас почему-то запястье ощущало тяжесть металла.
«Устал я, наверное, под утро, – решил Голубничий и зевнул. – Ничего, до восьми всего час остался с копейками. Придет Лена, передам ей дела и домой, отдыхать! Надоели эти дежурства до чертиков! Интересно, Верочка уже проснулась?» При мысли о крохотной дочурке по телу Виктора стало разливаться приятное тепло, а в голову начали слетаться легкие и радостные мечты, одна краше другой.
С улицы ворвались звуки разрывающихся то ли петард, то ли ракет. В пиротехнике Голубничий разбирался не особо, но смотреть фейерверки и салюты любил. Да и кто этого не любит? Даже сейчас, когда небо уже вовсю стало светлым и отдалось во власть майского утра, разноцветные букетики огненных цветов, неудержимо спешившие навстречу земле, приковывали внимание и приносили в душу радость. «Кто-то до сих пор День Победы продолжает праздновать, – подумал Виктор. – А у меня 9 Мая в этом году мимо прошло из-за дежурства. Ладно, сейчас освобожусь, посплю дома маленько, и отметим потом. Стол накроем, посидим, все как полагается. Надо бы гостей позвать. Посмотрим по ходу, все ведь вчера отмечали, сегодня, как пить дать, отсыпаются».