Проблемы? Решаю...
Шрифт:
Часть информации ему уже удалось узнать: про её семью, любимую еду и по мелочам. Но это лишь маленькая толика. И он знал, как добыть остальные.
Есть один источник, близкий к официальному. Осталось только придумать, как склонить этот "источник " к сотрудничеству... Эрскайн не одобрит, если применить силу к его невесте. А как по-другому договориться с валькирией?
Есть только один способ.
Губы Лансера дрогнули
*****
Олив встретилась с Марселлой на следующий же день. Что в принципе не удивительно, ведь у девушек общие занятия. Утром, собираясь, она какое-то время думала над тем, как попросить у подруги браслет так, чтобы это не выглядело подозрительно. В итоге, так и не придумав ничего умного, Оливия просто поздоровалась с ней в столовой, подсаживаясь за столик, и спросила, показывая рисунок:
– Я вспомнила, что видела у тебя вот такой браслет. Даш поносить?
Марселла взяла уже порядком скомканный рисунок и облегченно улыбнулась:
– Подарю! Мне он совершенно не нравится, так что забирай. Кстати, рисуешь ты преотвратно.
– Спасибо за комплимент, - саркастично улыбнулась Олив в ответ. Она знала, что подруга не пытается её ни задеть не обидеть. Просто такая вот она прямая личность. И тут же проснулось любопытство: - Раз он тебе не нравится, зачем ты его хранишь?
Марси мученически скривилась:
– Подарок Ская, - и тут же озабочено нахмурилась: - Слушай, подруга. А как у тебя с Лансером?
– После того, как он разгромил мне комнату никак, - пожала плечами Олив.
– В смысле мы с ним пока не ругались, насколько я знаю. А что?
Марселла надпила сок и ответила:
– Он сегодня пытался выпытывать у меня про тебя странные вещи.
– Какие?
– оживилась её более юная собеседница.
Валькирия на секунду посмотрела вверх, как бы вспоминая:
– Чем ты интересуешься, что тебе дорого...
– Зачем это ему?
– моментально насторожилась Олив, забыв про завтрак.
– Понятия не имею, - пожала плечами Марси.
– Он передо мной не отчитывался.
–
– расстроилась такой недогадливости подруги Оливия.
К столику подошел дежурный и поставил перед девушками завтрак. У Марселлы как всегда плохо прожаренное мясо, у Олив - блинчики. Которые несмотря на всю свою аппетитность почему-то не лезли в горло. Зато валькирия накинулась на свою порцию так, словно ела последний раз в жизни.
– Не могла, - ответила она, наконец, с набитым ртом.
– Я ваще ничего... не могла... Эта сволочь применила на мне запрещенный прием...
– Какой?
Марси отодвинула от себя тарелку и подсела ближе к подруге.
– То, что я тебе сейчас скажу - это большой, тщательно охраняемый секрет, - её лицо приобрело нехарактерную серьезность, из чего Олив сделала вывод, что это действительно важно.
– Ты не должна никому ничего рассказывать. Поняла?
Девушка кивнула в ответ.
– У валькирий есть одна... слабость, - видно было, что Марселле неприятно об этом говорить.
– Те из нас, кто родился днем, при виде бриллиантов полностью теряет волю. Мы не способны сопротивляться приказам или соврать или ещё что-нибудь.
– Почему?
– озадачено спросила Олив. Ей трудно было даже представить, чтобы кто-то руководил Марселлой как куклой на веревочке.
– Я спрашивала отца, - хмуро вздохнула валькирия.
– Но он лишь отшутился, мол, это звезды приревновали нас, поэтому так наказывают за то, что мы пришли в этот мир под солнечными лучами.
– Даже не знаю, что тебе сказать, - Олив взяла Марселлу за руку, чтобы выказать ей поддержку.
– Мне очень жаль...
– Да забей, - вдруг усмехнулась Марси.
– Я же не инвалид! Главное никому не говори, и все будет хорошо.
– Я - могила!
– клятвенно заверила её подруга.
Марси покачала головой, на это заверение и попыталась вернуться к теме разговора:
– И все-таки, зачем Лансеру понадобилась эта информация?
Единственное разумное объяснение, которое пришло Олив в голову, было и самым неутешительным:
– Может он ищет с помощью чего на меня можно надавить, чтобы я взяла свою клятву назад?
Валькирия на несколько мгновений задумалась, прежде чем ответить:
– Нет... не думаю... Во всяком случае, на Лансера это не похоже. У него другие методы.