Про любовь
Шрифт:
Я убежала в туалет замывать пятно. К сожалению, до конца отмыть лимонный шелк не получилось. Теперь придется до конца дня ходить так. По дороге к своему рабочему месту я столкнулась со знакомой и на ее вопрос, что с моим платьем, ответила честно: “Ходят тут всякие и кофе на новые платья проливают”. Дальше я планировала отшутиться и идти дальше. Как вдруг он появился неизвестно откуда и довольно агрессивно заявил в ответ: “Ты еще всему Советскому Союзу об этом расскажи!”
Знакомая, вообще, ничего не поняла и стояла слегка ошарашенная. А я обиделась на такую резкость и гордо удалилась, бросив что-то из
Когда она родилась
На этом может быть, все благополучно бы и закончилось, но по прошествии нескольких дней пробегая мимо по каким-то делам, я увидела, как он оказывал знаки внимания другой девушке. И неожиданно для меня самой кольнуло где-то внутри – впервые.
Я еще даже не успела понять, что он мне нравится, но уже почувствовала первый укол ревности, которую до этой поры никогда не испытывала. И если честно, искренне презирала, как посягательство на чужую свободу и частную жизнь. Странно иногда срабатывают человеческие чувства: мы начинаем что-то ценить только, когда можем это потерять. А иногда и терять-то еще нечего, а мы уже начинаем бояться.
Вот так получилось и у меня. Как не стыдно в этом признаться. С этого момента я начала думать об этом парне, пробуя его имя на вкус – Алексей, Леша, Алекс…
Девушки, вообще, отличаются поразительной способностью придумывать себе разные несуществующие вещи, потом искренне добавлять к ним различные подробности и совершенно окончательно убеждать себя в их существовании.
А еще позже с не меньшей искренностью удивляться: почему никто об этом не знает и в это не верит?! Разве на самом деле все было не так? И несмотря на то, что все это я с радостью проделала со своим воображением в ускоренном режиме, было одно «но».
В тот момент я была не свободна. А у меня всегда были очень жесткие понятия о верности и честности. Я никогда не позволяла себе отношений с занятыми мужчинами и не вступала в новые, не закончив предыдущие. Ну, вот хотя бы за несколько часов «до», чтобы чувствовать себя совершенно свободной женщиной. И не испытывать угрызений совести.
И даже не потому, что мне было кого-то жалко или хотелось быть очень хорошей, пусть и самой для себя. Просто было что-то в этом мерзко отталкивающее, что меня совсем не привлекало. Но и хорошей барышней, достойной красивый чувств уровня великих романов, тоже конечно хочется где-то внутри. А значит ,и по своему поведению вроде как надо им соответствовать.
Именно поэтому поупражнявшись с построением воздушных замков и их разрушением у себя в голове, я ничего и не предпринимала. Так и продолжала мучиться от внутренних противоречий, пытаясь работать. Хотя что-то делать в таком состоянии очень трудно: ну, как заниматься важными вещами и думать о чем-то серьезном, когда внутри тебя такой шквал эмоций и совершенно мутная голова?
Медики объясняют это всплеском гормонов, может быть, это и так, а может быть – нет. Кровь в такие моменты сдавать точно никто не пойдет – даже ради подтверждения собственного диагноза. Но то, что что-то в честно служащем человеку организме дает сбой, отрицать нельзя. А вообще, кстати, могла бы быть неплохая традиция: чувствуешь, что что-то с головой не так – сходил быстренько в поликлинику, сдал анализ крови и по гормональному составу понял точно: любовь!
Но с другой
Через пару часов я окончательно поняла, что не могу сосредоточиться на работе, и решила сделать перерыв на кофе. Вместо обеда, почеу бы и нет.
Я часто бываю в командировках, а это подразумевает, что я часто бываю в незнакомых местах одна. Начала к этому привыкать, и для меня уже нет никаких проблем в том, чтобы посидеть в кафе одной. А чтобы не появлялось ощущение одиночества, я придумала игру: наблюдаю за людьми вокруг и придумываю про них истории. Зачем они пришли сюда, кого ждут или что обсуждают.
Не очень прилично вот так наблюдать за людьми за соседними столиками, но ужасно любопытно. А если бы я умела писать, то составила бы целый сборник рассказов из этого колейдоскопа историй, придуманных мной или невольно подслушанных.
В кофейне рядом с работой было многолюдно, видимо популярное тут место. Ближе всех ко мне сидели две барышни – студентки: точно лучшие подруги, потому что сидели очень близко друг к другу и много смеялись. Иногда дотрагиваясь друг до друга, тут личное пространство давно пройдено. Пили кофе и ели пирожные, вряд ли для встречи был какой-то серьезный повод. Просто пришли угоститься сладким и поболтать. Хотя… может быть и мальчиков обсудить, в их возрасте – это самое важное.
И тут я оказалась права. Потому что одна из них продолжила рассказ громче обычного, и я услышала ее слова:
– Я хотела утром сюда зайти и пироженку съесть. Но подумала, что с этим экономистом вряд ли получится. Опять скажет: давай, купим яиц и дома пожарим. А я эти его желтки ненавижу!!! Как хорошо, что ты у меня есть!
И подруги начали обниматься.
Да, хорошо, когда есть с кем поделиться чем угодно, даже тайной ненавистью к жетлкам. Я улыбнулась своим мыслям и написала своей лучшей подруге признание в дружеской любви, что мне ее очень не хватает и пожелала ей хорошего дня.
С другой стороны от меня тоже сидели две девушки, но эти держались по-деловому. Скорее всего колеги, которые пришли сюда на обед, вот и на столике у них не сладости, а бизнес-ланч. Сидят с серьезными лицами и обсуждают скорее всего работу. Господи, что же за время у нас такое, чтьо даже во время перерыва на обед мы не можем переключиться. Но нет они говорили о прошедшем отпуске одной из них:
– Куда ездила?
– Никуда. Дома была.
– Ты же хотела в Грузию?
– Все еще хочу. – закрыла одна из девушек.
Я тоже все еще хочу в Грузию, да и не только. Хоть куда-нибудь выбралась бы с удовольствием. Надо попробовать оформить отпуск после командировки и съездить куда-нибудь. А то поездка в эту тьмутаракань вряд ли может считаться отпуском, сменой обстановки только если, но совершенно точно не в лучшую сторону.
Из моих мыслей к реальности меня вернули все те же две подруги. На этот раз рассказывала вторая. Насколько я поняла она делилась встречей со своей бывшей любовью: