Про это
Шрифт:
– Да, мне показали в студии. Мне очень жаль, Ник. Это была шутка. Я не могла себе представить, что все окончится вот так.
– Шутка? Господи, Линн, да как ты могла?
Она рассказала ему, как все было.
– Если ты сомневаешься в моих словах, – добавила она, – спроси у Джеки. Или бармена Боба. Они точно расскажут тебе, что случилось.
– Это не важно. Дело уже сделано.
Она давно не видела его таким взбешенным. Это напоминало о тех временах, когда Ник противился ее учебе в колледже. Теперь, однако, Линн знала, как справиться с его гневом. Приняв сокрушенный вид, она сказала:
– Я
На лице ее мужа появилась слабая улыбка, и, про себя торжествуя, Линн поняла, что победила.
– Это серьезный проступок, – нахмурясь, заявил Ник, когда они очутились в спальне. – Я думаю, ты заслуживаешь серьезного наказания. Разденься до белья, женщина!
Линн покорно подчинилась. Когда она предстала перед Ником в одних трусах и лифчике, внутри у нее все дрожало от нетерпения. Что у него теперь на уме? После того как Ник впервые ее отшлепал, Линн часто мечтала о том, чтобы это повторилось, хотя удобный случай до сих пор никак не подворачивался.
У кровати была медная спинка, и когда в руке Ника появилась веревка, Линн поняла, что сейчас ее свяжут. Игнорируя ее притворный испуг, Ник бросил Линн лицом вниз на кровать и привязал ее руки к спинке.
– Теперь я сделаю с тобой то, что хочу, блудница! – прорычал он.
– Ты зверь! – простонала Линн. – Что ты собираешься со мной делать?
– Увидишь!
Линн слышала, как он снял с себя одежду, затем, судя по звукам, подошел к гардеробу и что-то оттуда достал. Изо всех сил вытянув шею, она увидела его отражение в зеркале – с метелкой из перьев в одной руке и громадным членом в другой. Этот нелепый вид заставил ее засмеяться, но в то же время Линн почувствовала, что возбуждена. Груди набухли, приподняв лифчик вверх. Хотя ее ноги были свободны, она толком не могла ими двигать из-за слишком большого напряжения в плечах. То, что она была связана, странным образом тоже вызывало возбуждение.
– Ну-с, мисс Порок, приготовьтесь расплачиваться за свои грехи! – услышала она голос мужа. – Публично целоваться с посторонним мужчиной – само по себе тяжкое преступление, но то, что это выплеснулось на страницы непристойного журнала, еще более отягчает вашу вину.
При этом Ник деликатно щекотал перьями обнаженные ягодицы Линн. Ощущения особенно обострялись, когда он проводил метелкой между ее бедрами. Вскоре Линн стала издавать страстные стоны.
Тогда Ник вдруг повернул инструмент другим концом и хлестнул деревянной ручкой по ее нежному заду. Линн ахнула от боли, но Ник уже вновь обрабатывал ее кожу перьями. Через несколько секунд удар ручкой повторился. Как ни странно, все это чрезвычайно сильно возбуждало Линн.
Порка и ласка попеременно продолжались до тех пор, пока она не получила двенадцать ударов. Затем Ник, судя по звуку, бросил веник на пол. Не зная, что последует дальше, Линн замерла. Тогда Ник без всяких околичностей схватил ее за груди и вошел в нее сзади.
– Шлюха! – неистово двигаясь, прорычал он ей на ухо. – Похотливая развратница! Отвратительная проститутка!
С Линн так еще никогда не разговаривали. В первый момент все показалось ей нереальным, словно
Но прежде чем она успела его достичь, Ник взорвался. Линн чувствовала конвульсии его пениса, но, как она ни сжимала его стенками влагалища, удовлетворение не приходило. Со стоном выйдя из нее, он больно шлепнул Линн по обнаженной пояснице и принялся развязывать ее затекшие руки.
Покончив с этим, Ник в полном изнеможении улегся рядом.
– Я не кончила, – все еще стоя на коленях, сказала Линн.
Посмотрев на нее, Ник лукаво усмехнулся:
– Это часть наказания.
– Что?
Уклонившись от ее кулаков, он встал.
– То, что слышала.
– Тогда убирайся отсюда, Николас Сандерс!
Посмеиваясь, он подчинился, и некоторое время Линн лежала одна в полудреме, пока наконец не поняла, что в ней все еще клокочет не нашедшая выхода энергия. Непроизвольно скользнув вниз, ее рука нащупала разбухший бутон клитора. Тело сразу откликнулось на ее прикосновение, и Линн начала его энергично тереть, радуясь тому, что возбуждение вернулось к ней сейчас, когда она в состоянии удовлетворить себя сама.
С громким криком наслаждения она вскоре кончила. Вновь ощутив легкое жжение в ягодицах, она с кривой улыбкой вспомнила, отчего это так. Сравняла ли она счет в их партии с Ником? Линн надеялась, что да.
В последующие дни все как будто наладилось. Ник не вспоминал о происшедшем инциденте, только раз упомянув, что ребята на работе подначивали его на этот счет. Но через неделю, вернувшись со студии, Линн вновь застала его в мрачном настроении.
– Какой-то вшивый репортеришка болтался около нашей двери, – сказал он, как только Линн показалась в дверном проеме. – Хотел узнать, здесь ли живет Линн Сандерс. Я сказал ему, чтобы убирался.
Боже! – расстроилась Линн. – А ты не знаешь, откуда он?
– Местный раздолбай. Наверное, пытается развить тему. Если эти дьяволы взяли след, они уже не оставят тебя в покое.
– Может, ты его спугнул? – без особой убежденности сказала Линн.
Через полчаса зазвонил телефон.
– Линн Сандерс? – спросил мужской голос.
– Да, – машинально ответила Линн.
– Это Дэн Филдинг из «Эха». Я хотел узнать, что вы думаете насчет статьи из журнала «Соуплайнз»?
– То, что я думаю, напечатать нельзя! – отрезала она.
– Итак, вы не очень обрадованы. А что думает об этом ваш муж?
– Он тоже в бешенстве. Не в последнюю очередь из-за того, что такие, как вы, вертятся у нашей двери.
Тут к ней подошел Ник:
– Кто это, Линн?
Она накрыла трубку ладонью.
– Репортер из «Эха».
К ее удивлению, Ник вырвал у нее трубку и положил ее на рычаг.
– Ты дура! Разве не понимаешь, что все твои слова запишут и используют как свидетельство?
– Свидетельство чего?
– Всего, во что они хотят заставить поверить публику. Они раздуют это до небес. Единственный способ общения с такими подонками – ничего им не говорить.