Чтение онлайн

— Чудесно! — пробормотал Энджи, поморщившись и закатив глаза.

Инспектор улыбнулся. Если друг способен шутить, значит, не все так плохо.

— Хорошо, что ты такой толстый. Пуля просто не смогла пробить все твои жировые отложения.

— Очень смешно. — Сержант изобразил на лице гримасу. — Скажи мне одну вещь, Мэнн…

— Какую?

— Происходит что-то не то, да? Я вижу это по твоей физиономии.

— Это все проклятое расследование, Энджи. Похоже, мы с ним зашли в тупик. Девушек убили очень богатые, влиятельные и высокопоставленные люди. Так сказать, неприкасаемые. И нас уже поставили в известность,

что отвечать за эти убийства придется братьям, на которых сваливают всю вину. Разумеется, Фоны вовлечены в это дело, но не они убивали наших женщин. Все подозрительно напоминает грандиозную операцию по укрывательству виновных.

— А как там Чан?

— Меня предупредили, чтобы я оставил его в покое. И суперинтендант ничем не может помочь, поскольку начальство связало его по рукам и йогам.

— Скорее, оно отрезало ему яйца, — бросил Ли.

— Что ж, можно и так сказать. Но как бы то ни было, сегодня я лично нанес визит Луну, прихватив с собой в качестве презента найденные нами садистские фильмы. И после встречи с ним у меня сложилось впечатление, что он был бы не прочь сообщить мне, где скрывается его зять, если бы знал об этом.

— Ничего удивительного. У них определенно не сложились отношения. Кстати, Джорджина у Чана?

— Да. Похоже, он держит ее при себе как своего рода страховку, но позже, почувствовав себя увереннее, наверняка избавится от нее. Я подумываю о том, чтобы отпроситься в отпуск. Хочу, знаете ли, полюбоваться красотами природы и пожить в свое удовольствие. Возможно, даже съезжу на Филиппины. Ну, что вы об этом думаете?

В дверях появилась медсестра.

— Пора уходить, джентльмены. Ваш друг устал.

— Ладно, ладно… — Мэнн двинулся было к выходу, но Энджи окликнул его:

— Джонни… Постарайся достать его, пока он не убрался из Гонконга. Найди его, найди девушку. Заключи наконец мир с самим собой. И помни, что человек, совершивший ошибку и не исправивший ее, совершил еще одну ошибку.

Полицейские вышли из госпиталя.

— О какой такой ошибке он толковал, босс? Что имел в виду?

Мэнн улыбнулся и покачал головой.

— Представления не имею, — буркнул он, впрочем, не слишком убедительно.

— Куда теперь, босс?

Инспектор посмотрел на молодого коллегу. Странное дело: щеки его разрумянились, а сам он, казалось, вновь наполнился энергией. Инспектор знал, что Ли не поверил в высказанное им намерение поспать несколько часов. В этом смысле они были похожи — какой уж тут сон, если дело не сделано. Гонки, как ни крути, продолжались, хотя Мэнн поначалу намеревался участвовать в них в одиночестве…

— Я действительно попрошу об отпуске, Креветка. И найду Чана. Должен тебя предупредить, что собираюсь действовать на свой страх и риск, без чьих-либо приказов. Точнее, вопреки приказам. Поскольку мне приказали не препятствовать побегу Чана. Так что ты, Креветка, крупно рискуешь, оставаясь со мной. Подумай об этом. Ведь ты находишься в самом начале карьеры.

— Я уже подумал об этом, босс. И пришел к выводу, что карьера, где приходится поступаться честью и чувством долга, меня не вдохновляет. В конце концов, мы ведь обязаны ловить плохих парней, не так ли?

Мэнн ухмыльнулся:

— Обязаны, Креветка. Чтоб их черти взяли.

Джорджина сидела

на заднем сиденье автомобиля Чана. Она плохо себя чувствовала — так плохо, как никогда в жизни — то проваливалась в беспамятство, то выныривала. Помимо этого, Джорджина постоянно потела, болели все кости и каждая мышца, и даже малейшее движение давалось ей с превеликим трудом. Распластавшись на заднем сиденье, она изредка смотрела на Чана. Тот сидел впереди на месте для пассажира, а рядом с ним помещался Стиви Хо, правивший машиной. Похититель много разговаривал по телефону, размахивая им, как если бы это была его третья рука. Время от времени он поворачивал голову и указывал кивком на Джорджину:

— Девушка — моя страховка. На тот случай, если министр решит нарушить условия сделки.

— Он не сделает этого. Ведь он наш брат и клялся нам в верности.

— Всякое бывает… Поэтому я заставил его поклясться также в верности «Во син син», и если Лун захочет договориться с ним за моей спиной, то окажется перед сложной дилеммой. В конце концов, я его зять, член семьи и всегда могу сказать и даже доказать, что действовал по его наущению и на благо «Во син син». При всем том нам надо поторапливаться, Стиви. Так что не затягивай с приготовлениями к переезду.

— Все сделаем в лучшем виде. Буду ждать вас на Филиппинах. Вашим новым домом станет Негрос.

— До тех пор, пока все не утрясется и я не смогу вернуться в Гонконг. Но вот что я тебе скажу: пошли в Негрос кого-нибудь другого. Ты мне нужен здесь, чтобы выследить Мэнна. Это единственный человек, которого я опасаюсь. Он ненавидит меня больше, чем худшие из моих врагов. Уверен, Джонни уже знает о смерти своей подруги и будет разыскивать меня, чтобы отомстить.

— Даже он не станет ради мести рисковать всем. А ведь известно, что деятельность сил правопорядка вокруг этого дела прекращена. Так что полиции вы более неинтересны. На самом верху решено возложить ответственность на братьев, вам же негласно позволено уехать.

— Убей его в любом случае.

— Он — полицейский, так что это дело непростое.

— Если бы это было просто, я бы все сделал сам. Ты знаешь Джонни Мэнна. Ты работал с ним. Так что лучшего кандидата на роль его ликвидатора не сыскать. Главное, чтобы делу не помешала твоя старая лояльность по отношению к коллегам.

— Я прослужил в полиции всего четыре года, причем три из них работал под прикрытием. И у меня нет никаких обязательств по отношению к кому-либо, кроме вас и «Во син син».

— В таком случае сделай, как я сказал. Этот человек преследовал меня всю мою жизнь. И хотя мы противоположные стороны одной монеты, он никогда этого не признает. Любит то, что ненавижу я, и посвятил свою жизнь борьбе за так называемую справедливость. — Чан рассмеялся. — Чертова справедливость! Он отлично знает, что ее в мире не существует, а есть только жадность и разочарование. Джонни висит у меня на плечах, как чертова совесть. Убей его — и все тут.

Доехали до стоянки парома в Центральном районе и припарковались. Джорджина едва могла выйти из машины, более того, ей с каждой минутой становилось все хуже. Чану же всякое промедление было не с руки, так как он стремился побыстрее оказаться в безопасном месте. Вытащив девушку с заднего сиденья, зять Луна торопливо повел ее по проходу к ожидавшему их парому. Стиви Хо остался в машине.