Чтение онлайн

— Назови своего бога, смертная, — на хорошем русском языке потребовал окровавленный незнакомец.

— У меня нет бога, — растерянно ответила она, совершенно не понимая, почему это делает.

— Назови старшего смертного.

— Я старший смертный.

— Женщина? — кончиком клинка отвел он ладони от ее лица.

Она опустила взгляд от лица восставшего вниз — и от вида смерти и крови Дамиру снова затрясло:

— Господи, ты же убил их… Ты убил моих студентов!!!

— Они причиняли мне невыносимую боль и едва не истребили, — ответил восставший из

саркофага, осторожно стряхивая с себя обрывки древней одежды и размазывая кровь из ран. — Ни один бог не попрекнет меня за желание защититься, спасти свою жизнь. У меня очень тяжелые раны. Мне нужно немедленно поесть.

Дамира невольно сглотнула, закрыла горло ладонями:

— Ты вампир?

— Кто такой амп…пир? — В глазах мужчины мелькнула тень удивления.

— Тот, кто пьет человеческую кровь.

— Нет, — сурово ответил восставший, вперив в нее мертвенный немигающий взгляд. — Я пью воду и ем кашу с мясом. Торопись, смертная, мне нужно поесть, предстать пред богом и познать мир. Ты старшая, я не стану тобой повелевать. Сделай это сама.

Дамира облизнула пересохшие губы и согласно кивнула, опасаясь раздражать восставшего мертвеца. В этот миг больше всего на свете она завидовала опытному и находчивому доценту Салохину. Но крепкие молодые нервы сыграли с археологиней жестокую шутку: она не потеряла сознание даже при таких безумных обстоятельствах.

Пока проводник дошел до третьего купе, собирая билеты, Вывей успел без всякой торопливости забраться в нишу под изголовьем нижней полки и свернуться там калачиком. Варнак передвинул свою сумку, закрывая от постороннего взгляда торчащие лапы, и с независимым видом откинулся на спинку нижней полки, уставившись в потолок. Катя, глянув вниз, наоборот пересела дальше к окну, подперев сумку ногами и следя за проносящимися под мерный колесный перестук деревьями домами и перронами электричек.

С легким скрипучим шелестом откатилась в сторону дверь, внутрь пахнуло углем, лавандовым освежителем и табаком с перегаром:

— Билеты предъявите, пожалуйста… — Красноухий проводник, с трудом скрывая зевоту, принял от Еремея глянцевую книжечку, пролистнул: — Ростов… Значит, до конца.

Дима, спохватившись, полез и портфель за билетами, протянул проводнику:

— Мы тоже до Ростова. Я и жена.

— Хорошо-о-о… — Ответ железнодорожника плавно перешел в зевок.

— И я до конечной остановки. — Четвертым пассажиром был мужчина демонстративно аскетического вида: сухощавый и седовласый, гладко выбритый, в строгом коричневом костюме, в серой рубашке с синим галстуком и с одиноким перстнем на пальце. Он явно относился к той породе людей, что по достижении тридцатилетия словно мумифицировались. Кожа у них прилипала к костям, мышцы превращались в натянутые струны, взгляд твердел, и все — больше не менялось ничего. С равной вероятностью такому человеку могло быть и тридцать лет, и шестьдесят и даже возможные болезни никак не отразились на

его наружности. Пахло от пассажира янтарем и патокой, пальцы его неустанно поигрывали четками из мелких ониксов, а в петлице вместо гвоздики поблескивал странный значок в виде кувшина на фоне тележного колеса, причем с ручки кувшина свисала на пару сантиметров серебряная цепочка грубого плетения.

— Все четверо вместе до конца, — мрачно кивнул проводник, пряча билеты, поднялся и вышел из купе.

— Надеюсь, это было не пророчество? — неожиданно пошутил четвертый пассажир. А может, и не пошутил — на его губах не мелькнуло и тени усмешки.

— На ближайшие сутки оно действует совершенно точно, Кристофер, — улыбнулся Дмитрий убирая портфель. — Прости, не успел до отъезда тебя познакомить. Это Еремей Варнак, мой хороший знакомый. Весьма интересуется сверхпроводимыми аккумуляторами. Очень активно поддерживает мои разработки сверхпроводниковых компенсаторов на АЭС, позволяющих гасить высокоэнергетические скачки нагрузки. Ну, собственно, тех самых, которые мы предполагаем осмотреть.

— Кристофер Истланд, — протянул руку янтарно-паточный пассажир. — Очень приятно. Значит, вы тоже криофизик? Теперь понятно, почему Катя и Дмитрий прятали вашу собаку. Профессиональная солидарность.

— Нет, увы, у меня более узкая специальность, — пожал сухую ладонь Еремей. — Просто я надеюсь найти замену экологически вредным ГАЭС. Надеюсь, из компенсаторов в будущем вырастут аккумуляторные станции.

— Не уверен, что ради отказа от ГАЭС нужно идти таким сложным путем, — повел плечами Истланд. — Есть пути куда более эффективные и полезные для общества.

— Например, какие?

— Очень простые. Вы ведь наверняка знаете про электромобили? Лет пятьдесят назад они были тяжелые и громоздкие, и могли проезжать на одной зарядке километров пятьдесят со скоростью около шестидесяти. Но времена меняются, и сегодня электромашины могут намотать за день уже две-три сотни километров со скоростью около ста. Двести километров — это уже пробег такси, автобуса или какого-нибудь разъездного почтового фургона.

— А смысл? — вмешался Дима. — Чтобы машина ехала, нужна энергия. В розетке она тоже не из пустоты возникает. Если заменить бензиновый двигатель на электрический — будет тот же праздник, только в профиль. Все равно придется жечь топливо. Только в другом месте. Понадобятся новые мощности.

— Дмитрий, ты уверен в том, что говоришь? — с ласковой вкрадчивостью переспросил Кристофер Истланд. — У электромобилей есть удивительная особенность. Если они ездят, пока люди работают, — то, значит, заряжаться они будут, когда люди спят.

— Ночью! — хлопнул себя ладонью по лбу Варнак. — Электромобили придется заряжать ночью! Ну, конечно! Как я сам не догадался! Достаточно в любом городе перевести на электротягу только автобусы и такси — и никакого провала в потреблении энергии по ночам больше не будет. Новые мощности не нужны. Им в батареи пойдет свободная электроэнергия, которую сейчас тупо переводят на перекачку воды. И никакие ГАЭС больше не понадобятся!