Чтение онлайн

Когда небосвод очистился, оказалось, что над нами нависла все та же мгла предрассветная, которую вот-вот озарит первый луч. Со вздохом гад рогатый, словно за нитку потянул светило и позволил лучам рассвета окрасить в красный верхние башни дворца.

И вот тут небо заискрилась белыми звездочками, как снег на солнце в наши морозы, а затем полыхнуло синим огнем, а затем… небо для меня потеряло всякий интерес, так как пара моих обидчиков стали более живописной. Оба, увидев происходящее на небосводе вначале нахмурились, затем зажмурились,

потерев глаза, начали озираться по сторонам. Вся дворцовая челядь, следившая за небом, вдруг забегала с ускорением и еще большим ужасом на лице.

Я восприняла знак неба по-своему – возликовала и даже хохотнула пару раз. Смешно видеть, как чельд и дьякол, отступив от ментальных диалогов, переговариваются вслух, попеременно посматривая то по сторонам, то на сверкающий огнями небосвод.

Позабыв об ушибленном плече, прорвалась к ним через толпу:

– Этого не может быть! – сказал Люц чельду, когда я остановилась напротив, - не может! Чтобы второй обряд традиционный…

– Ага, гад рогатый, узнал, на ком жениться решил! – и с наслаждением пнула по ноге. От него ноль эмоций, на меня внимания не обратили. И вот это меня раззадорило пуще прежнего:

– Так тебе и надо! – на этот раз я на его ногу наступила. Люциус охнул.

– Что случилось? – забеспокоился Нардо.

– Понять не могу. – Дьякол прищурился и в его глаза полыхнули огнем.

Ничего так представленьице, таким жаром от него пахнуло, что я, стоя в двух шагах, согрелась. Согреться согрелась, но не впечатлилась. С нашей фантастикой и мистикой даже такие спецэффекты не впечатляют как-то. Я стояла прямо перед ним и улыбалась так, как скалится акула перед нападением. А он «прощупал» глазами пространство перед собой и расслабился, глаза потухли, жар исчез.

– Не вижу.

Нардо взял свиток от одного из дворцовых бесов и, открыв его, задумчиво произнес:

– Может быть, она вернулась?

– И начала меня пинать? – искренне возмутился Люц, - за что?!

– А что, не за что?! – опешила я, не веря своим глазам и ушам.

– Там не за что было, я правду сказал.

– Ах, вот как!
– и я с размаху врезала в его наглый подбородок, а он голову наклонил, и получилось в нос. Но пыла моего это не охладило. Врезала по одной ноге, затем по второй. Дьякол отпрянул в сторону и чуть не наступил на одного из прислуживающих во дворце.

– Ваше Величество! – воскликнул удивленный чельд, - что с Вами?

– Не знаю!

– Совесть проснулась! – ответила за него я.

Нардо вздрогнул, а затем медленно обернулся. Лицо дьякола просветлело:

– Что, и тебе перепало… Что чувствуешь?

– Скорее слышу, кое-что о вашей проснувшейся совести, - ответил чельд и шагнул ко мне. – Галя, ты тут?

– Галя, покажись.

– А хрен тебе, рогатик! Я обиделась!

– Галя, ты тут. – Заявил чельд уверенно.

– Нет! Тут привидение Каспер, и ты на него только что наступил!

– Не наступал я

ни на кого… - отмахнулся чельд, и сделал еще шаг.

– Это Галя? Скажи, что я не то имел в виду! – встрепенулся дьякол, - Галочка! Я не…

Но дальше я не слушала, идеал самого шикарного в мире мужчины померк в моих глазах. Я была нацелена вырвать рога из его рогатой башки, а потом и шикарные волосы, а потом…, но сделав шаг, оказалась в объятиях второго гада - Нардо.

Мои ругательства эта преграда синеокая не остановила:

– Уже Галочка, да!? Ах, ты…! Ты!

И меня поцеловали крепко, страстно, горячо, словно ждал и беспокоился. И стало так потрясающе сладко, так трепетно, так… я таяла, наслаждаясь его поцелуем. А он… а он как последний чельдов чельд оторвался с трудом, но вместо: «здравствуй солнышко», я услышала истинно мужской вопрос:

– Успокоилась?

– Что!? – завопила моя ущемленная гордость, и я вместе с ней забилась в руках этого…, этого…, гада этого! Но вырваться не получилось.

– Нардо! Чельд! – ругнулась несвойственным мне словом, вспомнила, кто этому способствовал, ругнулась еще раз, - дьякол! Пусти меня!

– Как только отдашь плащ, – последовал ответ синеокого мужлана чельдового.

Я не то чтобы совсем без тормозов, но вот сейчас поняла, что остаться неотомщенной не могу. Сил нет моих! И как в лучших кино о нападениях на женщин и их самозащите, я сработала коленом вверх! Ха-ха! Может, их мир и более крут, чем мой но физиология осталась та же. Мгновенно побледневшего Нардо согнуло до земли, и дышать он, судя по всему, перестал. И неизвестно еще, как не свалился там же на мощеный камнем двор. Рядом тут же возник бес Степаненко. Взглянув на опешившего дьякола, а затем еще раз на неподвижного Нардо, он удивленно поскреб затылок.

А я грациозным движением сняла плащ, наплевав на собачий холод, и передала мохнатику.

– Держите ваш плащик.

Степаненко расцвел улыбкой, принимая плащик, и одними губами прошептал: «Беспокоились очень»

– Вижу.

И степенной походкой от бедра прошествовала мимо Его Темнейшества и его помощника, все еще полусогнутого и с трудом дышащего Мистера Мерзейшества.

– Галя! Спасибо!

Я шла в тепло дворцовых комнат со странным чувством и непониманием, а за что спасибо?

41.

В отражении бассейна водной демонессы было видно, как огнями Высшего благословения вспыхивает небосвод Дарлогрии. Итак, второй традиционный обряд Королевской Крови исполнен по всем канонам. И этот факт ужасно расстроил Олимпию. Она, не скрывая обидной досады, металась из угла в угол, проклиная тот день, когда Темный Повелитель обратился к предсказателю.

– Кто мне объяснит, как у нее получилось?
– она оглянулась на трех заговорщиков, которые с немым удивлением взирали на вспышки в небесной выси Дарлогрии.
– Как же у нее получилось встретить с ним рассвет? Я не понимаю, не понимаю!