Притяжение
Шрифт:
— Вы очень милы, — проговорила Ник, приходя ему на помощь.
«Отлично. Возвращайся за свой столик. И как можно скорее».
Но Ник приблизилась к нему и тихо сказала:
— Итак. Вот что вы хотели мне сообщить: «Меня зовут… Уолли Уолл Стрит. Я считаю вас обладательницей лучшей на свете попки, но на свою беду я оказался здесь со своей женой, — мы празднуем годовщину нашей свадьбы. Сейчас не время флиртовать, но я увидел вас и понял, что должен заговорить, поскольку никогда не простил бы себе,
Наступила короткая пауза.
— Как я могу увидеть вас? — спросил Уолли, стараясь казаться спокойным.
— Черт побери, — ответила Ник. — Понятия не имею. Но уверена — вы что-нибудь придумаете.
— Боже, — простонал Уолли, натянуто улыбаясь и глядя на дверь, за которой находилась его жена. — Послушайте… — Он достал из кармана пиджака визитную карточку и протянул ее Ник. Прежде чем она успела что-либо предпринять, с громким скрипом раскрылась дверь в женский туалет, головы обоих собеседников резко повернулись, и карточка, кружась, полетела на мраморный пол.
Появилась жена.
Ник нагнулась, подняла карточку и передала ее Уолли.
— Кажется, это вы уронили, — сказала она, как бы впервые обращаясь к нему, и направилась к своему столику.
«Слава Богу, инцидент исчерпан», — подумала Ник, садясь и сладко улыбаясь своему спутнику, казавшемуся самым счастливым человеком на земле.
«Мой спутник, — размышляла Ник, кладя салфетку себе на колени. — Странно… кстати, как его зовут?»
Он что-то говорил ей о французских винах, она делала вид, что слушает, но на самом деле лихорадочно пыталась вспомнить его имя.
Ник сильно волновалась, и ее сердце билось учащенно. Она никак не могла вспомнить имя своего спутника, смотревшего на нее с обожанием. Впрочем, они познакомились только вчера. Ник улыбнулась ему и кивнула. Он продолжал:
— Вам нравится «Божоле нуво»? Или, может быть, калифорнийское?
Меньше всего на свете ее сейчас интересовали марки вин.
«Как его зовут?»
Ник бросила взгляд на Уолли, ухаживавшего за своей женой. Он, ничуть не смутившись, взял обратно свою визитную карточку, за что Ник добавила ему пару очков.
В то краткое мгновение, когда она смотрела на соседний столик, Уолли повернулся и взглянул на нее. На этот раз Ник позволила ему заметить, что наблюдает за ним. Нечто вроде приза.
— Может быть, для начала закажем белого вина? Обыкновенного сухого? — предложил безымянный спутник.
«Том… Терри… Тед… какое-то имя на букву Т, — размышляла Ник, перебирая возможные варианты. — Тодд… Тодд!»
— Что бы ты ни выбрал, мне это понравится… Тодд, — проговорила Ник, положив подбородок на правую руку. — Тодд… Тодд, — мечтательно повторила она.
— Что? — спросил он, улыбаясь.
— Мне нравится повторять
— Ты чудо, — сказал Тодд. Ник смотрела на него так, словно он был единственным мужчиной на свете.
Ник была уверена, что рано или поздно переспит с Тоддом. «Он не так привлекателен, как ему кажется, — подумала она, — но отвергать его просто неприлично». Когда это произойдет? Сегодня вечером? Может быть, она просто отправит Тодда домой, переоденется во что-нибудь экстравагантное и пойдет потанцевать?
Возможно, Ник не отправит его домой. Они будут целоваться, и она посмотрит, насколько вскружила ему голову, а главное — насколько он вскружил голову ей. «У него изумительные губы, — подумала она, — и он в отличной форме». Как далеко это ее заведет?
«Нет. Не сегодня».
— Да, я чудо, — вздохнув, пролепетала Ник.
— Джордж Хейнс тоже говорит, что ты хорошая актриса, — заметил Тодд.
— К черту Джорджа Хейнса, — отрезала Ник. — Что он понимает? Он ведь снимает мыльные оперы!
— Он мой режиссер, — напомнил Тодд.
— Так ты участвуешь в его шоу? — спросила Ник, чувствуя, что краснеет.
— А что я, по-твоему, делал там вчера?
— Я… думала, что ты пришел пробоваться на роль, как и я, — ответила Ник.
— Я снимаюсь в «Предвестии грозы» уже два года, — сказал Тодд таким тоном, словно сознавался в том, что он шпион, овладевший секретом атомной бомбы.
— О, Боже. Извини, я не смотрю мыльных опер, — заявила Ник, смотревшая некоторые из них, но не ту, которую назвал Тодд.
— Зачем ты приходила на пробу к Джорджу Хейнсу, если тебе наплевать на его мнение?
— Я решила, что будет забавно сыграть в мыльной опере. Однажды я снималась в подобном сериале. Но я не думаю, что Джордж Хейнс может отличить хорошую актрису от особы, с которой он хочет, как принято у вас выражаться, переспать.
— В этом ты, возможно, права, — согласился Тодд, хихикнув. — Хотя он получил больше премий, чем любой другой режиссер в истории телевидения.
— История телевидения такая короткая, — возразила Ник.
Официант подошел как раз вовремя, и Тодд заказал шампанское.
Ник решила, что будет избегать неприятных тем.
— Оказывается, ты известный сердцеед, а я даже не знаю об этом.
— Да, — скромно подтвердил Тодд. — Мне достаются лучшие столики в ресторанах. И пристальные взгляды женщин. Таких, как та дама за соседним столиком, — добавил он, кивнув в сторону жены Уолли Уолл Стрита.
Это позволило Ник посмотреть на Уолли, не скрываясь от Тодда.
Ее глаза встретились с глазами жены. Неужели ее заинтересовал Тодд, звезда мыльных опер? Или она смотрела на рыжую красотку, отвлекавшую мужа от празднования годовщины свадьбы?