Притчи

Настал Судный День. Восстали мёртвые живыми и стояли в ожидании Приговора.

И предстояли пророки за народы свои, а Ангелы зачитывали дела каждого.

И стоял у Престола Всевышнего Ангел зверей. Тот, что предстоял за безмолвных.

И в руке его была Книга.

Вот предстал пред Господом человек. Проста была жизнь его. Обыкновенны были дела его. И чаши Весов колебались. Некогда война изгнала его из мест родных. Бежал он с семьёй и нашёл укрытие. Так и жил изгнанником. Не один он был. Много соседей, родичей и земляков бежало

с ним. Ютились они вместе, жили, врастали в новую землю. Растили детей и обретали имущество. Не был он праведником, но и великим грешником не был. Самым обыкновенным человеком. И прошёл бы он Суд как многие, но спросил Господь Ангела зверей:

– Ведом ли тебе этот человек?

И ответил Ангел:

– Имя его в Книге моей.

Вывел он пред собою собаку. И полны были слёз глаза её. Обратился Ангел к человеку:

– Знаешь ли ты её?

– Нет – отвечал человек – Не знаю. Не было у меня никогда собаки.

– Правду говоришь – молвил Ангел – не было у тебя собаки никогда.

Но вспомни, как изгнанником жил ты в месте, где приютили вас, и была там собака. Ничья. Старик сторож кормил её и жалел. Дети же ваши кидали в неё камни. И сам ты не раз гнал её, забыв, как гнали тебя. И сородичи твои также вели себя. А потом решили избавиться от неё, ибо была она грязной и жалкой. Облили вы её соляркой и подожгли. Ты поджёг. И плача в бессилии, проклял вас старик сторож.

Тогда заскулила собака у ног Ангела, помня боль и ужас свой. Вырвал Ангел запись из Книги своей и бросил на чашу Весов. И упала чаша. Страх охватил того человека, но не пожелал Господь услышать мольбы его.

Собака же, нашла среди людей старика плакавшего о ней и легла у ног его, чтобы предстоять за него.

2006 Стрингер.

Эту историю собаки рассказал мне сам старик.

Три фигуры беззвучно возникли на вершине высочайшей горы мира. Первая была одета в сияющую оболочку света, вторая – была обернута огненными языками. Третью окутывал плащ мрака, и из-под низко надвинутого капюшона едва виднелись два синих огонька. Все трое безмолвно озирали раскинувшуюся перед ними панораму Земли. Долины, леса, горы, моря и океаны, города и деревни – были видны им как на ладони. Молчание затянулось и Первый нарушил её:

– Вы знаете почему мы здесь. Думаю, надо всё обсудить.

– А можно подробнее? Спросил Второй и языки пламени его плаща чуть полыхнули.

– Можно. – отозвался Первый.

– Вы знаете, что истекают сроки и Чаша переполнена. Он готов её опрокинуть, но милосердие не позволяет Ему сделать это. Мы уже неоднократно просили Его… Чаша опасно переполнена. С каждым днём всё сложнее удерживать равновесие. Число праведников катастрофически уменьшается. Зло шествует по Земле беспрепятственно и нет уже правды нигде. Исполняются предсказания и нарушены все Заветы. Мы умоляли Его спасти оставшееся и исполнить Обет – опрокинуть Чашу. Пришло время Суда. Но Он всё медлил…

И вот сейчас Он решил возложить на нас новое бремя – мы втроём, взвесим и оценим на весах наших их Судьбу.

Если мы – все трое, придём к единому согласию, то Он вынесет Приговор. Тогда придут на Землю Всадники Света, Всадники Огня и Всадники Смерти. Каждый свершит предначертанное ему и после – Земля возродится в своей первозданной красе. Люди же, предстанут пред Судией и свершится правосудие.

– Странно, что это говоришь Ты, один из тех, кто должен любить человечество и защищать его от меня. – насмешливо отозвался Второй. – Вроде бы это Я должен мечтать о Финале. Всадники Апокалипсиса, Армагеддон, Земля охваченная вселенским пламенем… Вроде бы это по моей части… так ведь пишут у них? Я должен просить Его отдать их мне… А вам вроде бы положено просить Его о снисхождении.

Первый внимательно посмотрел на Второго. Но тот встретил его взгляд невозмутимо. Даже вызывающе. Первый снова нарушил молчание:

– Всё не так просто, Низринутый. Всему приходит свой конец. Дальше будет только хуже. Твои ребята так поработали на Земле, что души толпами маршируют в Ад мимо врат Рая. Ему приходится прилагать все своё Милосердие, чтобы оставить им хоть какой-то шанс на спасение. Но даже лучшие из них не минуют очищения огнём. И чем дальше – тем хуже. Если начать сейчас – то ещё спасём хоть кого-то. Иначе останутся одни твои клиенты и к тому же Земля будет загублена окончательно. А этого допускать нельзя.

Первый выжидающе посмотрел на Третьего, но из под тени капюшона не донеслось ни звука. Третий невозмутимо молчал. Зато вновь заговорил Второй:

– Это ваше, вечное заблуждение, что мне делать больше нечего – как мечтать о Финале. Вот сейчас получим Его приказ и я ликуя помчусь выводить свои полки… Делать мне больше нечего. Я такой же слуга Его, как ты и твои товарищи. Просто вам выпало быть чистенькими, а мне досталась грязная работа – разгребать мусор и сжигать его. Да – я не страдаю любовью к человечеству и только постоянно убеждаюсь, что был прав, когда уговаривал Его не связываться с ними. А вы только поддакивали Ему и славословили. А теперь спохватились…

Вот между прочим… как насчёт «И ради одного праведника…»? А все жертвы и труды пророков? Что – и они по-твоему оказались напрасны? Решил, что сожжёшь книжку и перепишете сюжет заново? Слабо оказалось удержать подопечных от соблазнов? Ладно – можешь не отвечать. И так знаю твой ответ.

– Мы пришли сюда фехтовать? – внезапно донеслось из под капюшона… – У меня и так много работы. Давайте о деле.

Первый и Второй повернули головы к Третьему, но Третий вновь погрузился в молчание. Тогда, Первый не выдержал:

– А что скажешь Ты? Твоё мнение тоже ведь не последнее. Он возложил оценку на нас троих.

Но Третий не ответил и затянувшуюся паузу нарушил Второй:

– В общем то мне без разницы. Если уж ты со товарищи считаете что так будет лучше и пришла пора… Скажи мне – Он действительно готов сделать это?

Первый неопределённо пожал плечами.

– Он понимает, что пришло время исполнения сроков, что так будет правильно, но милосердие мешает Ему. Он хочет ещё раз убедиться и поручил нам – трём Ответственным, ещё раз взвесить всё и высказаться. Лишь тогда примет решение.