Пришлая
Шрифт:
На счастье, тот самый сердобольный нимфа, что утирал мне кровь, ввалился в каюту.
— Спасибо, спасибо, — тараторила я, когда мужчина принялся ножичком проворно перерезать веревки.
Вместе мы выскочили на палубу как раз в тот момент, когда одна единственная мачта небольшого кораблика, словно срезанный гриб, с протяжным «о-ох» завалилась и разнесла в щепу часть палубы. Корабль снова опасно накренился.
— Что это? — просипела я, глядя как волны мечутся вокруг судна в неистовом хороводе.
— Боги
Оставшись совсем одна, я в страхе прижалась спиной к стене каюты.
— Ридд! — выследив в этом хаосе белоснежную макушку советника, я, вопреки голосу рассудка, бросилась к нему.
Мужчина схватил меня за руку как раз вовремя. Горы щепок, бочки, люди и нелюди, кувыркаясь, покатились в голодную морскую пасть.
— Держись! — прокричал советник и, обхватив меня за талию ногами, мертвой хваткой вцепился в часть уцелевшего борта, а я готова была зубами за его штанину держаться, лишь бы не сорваться вниз.
Долю секунды, показавшейся мне вечностью, корабль простоял на боку, а затем, будто как и команда на нем, сражаясь за жизнь, ухнул обратно, подняв тучу брызг. Мы с Риддом шмякнулись на пол.
Через пробоину в трюме стремительно начала подниматься вода, а одна единственная уцелевшая лодчонка, до отказа забирая членами команды, уже была спущена на воду. Я закричала, размахивая руками, но весла только быстрее замелькали.
— Вы же их начальник! — в отчаянии вцепилась я в Ридда. — Прикажите им вернуться!
Советник обреченно помотал головой, глядя на удирающую во все лопатки разношерстную свору, а я поняла в чем подвох: «Они все! Все до единого наемники, а значит, рисковать жизнью ради нас они не станут».
И едва я от злости и отчаяния ударила кулаком о бортик, как волна, взревев, будто живая, смела с водной глади и лодку и ее незадачливых пассажиров.
Я и опомниться не успела, как Ксандер Ридд вновь заорал: «Держись!», а затем остатки тонущего корабля обняли волны и на этот раз погребли их под собой.
Пальцы сами собой разжались, едва только волна нанесла первый удар. Я беспорядочно болтала руками и ногами, но светлое пятно спасительной поверхности с каждым мгновением все отдалялось. Воздух в легких заканчивался. Еще немного, и я, нахлебаюсь черной, на удивление теплой воды.
В памяти на долю секунды мелькнула мысль обо всех, кого я знала: родители, друзья, семейство Лайн-Этор, Дион, Ума, Окара… Мирна и Навин с острова Авэль, Источник…
Источник! Неужели вот он мой путь, напророченный им?
Уйма призрачно сияющих крохотных воздушных пузырьков, будто в ответ на мой немой вопрос, вдруг
Секунда, и я с тяжелым вздохом, кашляя и отплевываясь, вынырнула на поверхность. Рассуждать о том, что вытянуло меня из морских глубин, сил не было. Тут не думать, тут спасаться надо. Да и воздух был куда холоднее воды, и мокрые пряди волос тут же покрылись белым инеем. Я ухватилась за первый попавшийся обломок, судорожно оглядываясь. Берег, хоть и скрыт редкими обрывками тумана, сравнительно недалеко, а значит, если море вновь не взбесится, доплыву.
— Ридд! — отдышавшись, что было мочи закричала я.
Белоснежной макушки нигде видно не было. Поборов страх, я вновь нырнула, но корабль, а вместе с ним, скорее всего, и мужчина, уже исчез в темноте. Понимая, что нырять глубже бессмысленно и опасно, я вновь всплыла.
— Ксандер! — борясь с подступающей истерикой, подчиняясь скорее чувствам, а не разуму, я в который раз с головой погрузилась в воду.
С ней вновь начинало твориться что-то неладное. Водная гладь покрылась рябью, грозясь вскипеть, а значит, нужно действовать быстро.
Надеясь, что память меня не подведет, я толкнула воду ладонями, сплетая связку. Слабые искорки вырвались на волю, освещая пространство вокруг, но, пронесясь пару метров, потухли. И опять ни зги не видно.
Исчерпав запас кислорода, я всплыла, вновь ухватившись за спасательный обломок.
«Советник погиб, — обреченно уперлась я лбом в деревяшку. — Утонул вместе с кораблем и командой».
— Лиза!
Я завертела головой, а от сердца нежданно-негаданно отлегло.
— Ридд, я здесь!
Послышался всплеск. Советник, неловко, то и дело уходя под воду, перебирался от обломка к обломку. Мельтеша ногами, я бросилась навстречу.
— Скорее! Волна! — хлебая горькую воду, прокричала я.
До сих пор я не понимала, как мне повезло оказаться в воде в одной легкой рубашке и штанах, ведь тяжелая военная форма Ридда, вымокнув, теперь упорно тянула своего хозяина на дно. Сам же советник, борясь со стихией, уже порядком обессилел, а вытянуть его не было сил уже и у меня. Да и доплыть до берега мы не успеем. Если только моторная лодка с небес не ухнет.
Захватив воздуха столько, сколько в мои легкие только могло вместится, я нырнула вслед за мужчиной и ухватила его за руку. Ридд тут же благородно попытался высвободиться, чтобы и меня на дно не утянуть, но я вцепилась в него со всей силой и закрыла глаза. Так мне всегда было легче сосредоточиться.
«Вода ни в коем случае не стихия разрушения. Вода — это жизнь. Она, как и жизнь, может быть в постоянном движении, а может и замирать, наполняясь мудростью и спокойствием».