Приручи меня, если сможешь

Я уже сбилась со счета, сколько раз Лола обняла меня и повторила, как сильно будет скучать. Но это маленькое шестилетнее существо

так переживало из-за переезда, что я вновь и вновь прижимала ее к себе и всеми возможными способами старалась утешить. Может, из-за глупого переезда мир не перестанет существовать, но жизнь Лолы наверняка сбавит обороты. Пока мистер и миссис Гровер паковали вещи, я помогала девочке укладывать кукол. Церемония прощания затянулась, так как сначала она каждую обнимала, затем подбадривала вдохновляющими рассказами о жизни на новом месте и только потом со спокойной душой складывала в коробку.

Переезд семьи Гровер не мог не сказаться и на мне, но причиной тому послужила привязанность не столько личная, сколько финансовая. Их переезд означал конец моей подработки, которая была так мне необходима. Семнадцатилетний подросток без проблем найдет в Калифорнии какую-нибудь работу, но будет ли она хорошо оплачиваемой? С этим уже труднее. У меня был непродолжительный опыт в общепите, но я быстро осознала, что это не мое. Именно в тот период я встретила миссис Гровер. Я обслуживала их столик, а их малышка, оказавшаяся моей будущей подопечной, капризничала и отказывалась сидеть на месте. Я заговорила с ней, пытаясь найти компромисс, и, ко всеобщему удивлению, смогла ее утихомирить. И тогда мой ангел-хранитель в лице миссис Гровер предложил мне место няни.

Когда все куклы были разложены по коробкам, а их вышло целых пять, и все, что можно было упаковать, – упаковано, миссис Гровер отвела меня в сторону.

– Лекси, я знаю, что весь этот переполох стал для тебя неожиданностью, и знаю, что мы очень тебя подводим…

– Марисса, что вы? Это вовсе не так. Вы не должны подстраиваться под меня.

– Я понимаю, но мне все равно было бы неловко оставлять тебя без работы. В прошлые выходные мы собирались с подругами, и Кэролайн призналась, что ей нужна няня. Вот я и замолвила за тебя словечко, – сказала миссис Гровер. Эта женщина всегда обо мне заботилась, поэтому знала, как сильно мне нужна работа.

– О, Марисса, спасибо, – проговорила я, улыбаясь женщине. – Я даже не знаю, как вас благодарить.

– Лекси, не говори глупостей! Мы очень ценим твою помощь, и я не могла вот так тебя оставить. – Марисса полезла в карман, доставая бумажку с номером. – Вот, возьми. Кэролайн ждет твоего звонка. Да, зарплата там неприлично больше, – подмигнув, добавила женщина.

– Еще раз спасибо.

Из дома Гроверов я вышла с улыбкой на лице. У меня все еще есть работа! Это очень хорошие новости, а ведь я уже видела, как рыскаю по городу в поисках какого-нибудь места… Но все складывалось даже лучше, чем можно было себе представить. Но по Гроверам я все-таки буду скучать.

Звуки гитары стихли, умолкнув вместе с песней. Ее музыка эхом звенела в ушах. Но как бы она мне ни нравилась, до идеала было еще далеко. Ей чего-то

не хватало, и я все не мог понять, чего именно. Энн и Тоби дружно обсуждали текст песни, а я старался сообразить, что же все-таки меня не устраивало. Текст – отличный, музыка – на высоте! И все же что-то в ней было не так.

– …правда, Лендон? Скажи ей! – Тоби прервал мои мысли. Он нервно постукивал пальцами по коленке. Его взгляд неотрывно держался за Энн.

– Ты всегда ищешь в его песнях скрытый смысл, которого иногда там просто нет! Правда, Лендон? – Энн повернулась ко мне в поисках поддержки. Ее короткие светлые волосы торчали в разные стороны, а сама Энн стояла, как феечка Динь-Динь, уперев руки в бока, с отставленной ножкой.

Оба уставились на меня, а я даже понятия не имел, о чем шла речь…

– Ребята, может, хватит уже? – спросил я, отложив гитару. В последнее время мне жутко надоели их споры на пустом месте. Иногда мне хотелось запереть их вдвоем, чтобы они решили наконец свои проблемы, переспали или хотя бы признались друг другу в своих чувствах. Иначе это никогда не закончится.

– Тебе просто чужда романтика, – проворчал Тоби, обращаясь к девушке. – И хватит быть такой черствой!

– Я черствая? Может, это просто ты слюнтяй?

Я тяжело вздохнул и уложил гитару в чехол. Плохо, когда члены группы не ладят между собой. Еще хуже, когда они по уши влюблены. Лучше бы они друг друга на дух не переносили, было бы и того легче.

Оставив этих двоих наедине, я вместе с гитарой отправился на футбольное поле. Тренировка Коула как раз должна была близиться к концу.

Я пробрался на стадион и стал ждать. Тренер Дикс был настоящим тираном и никогда не давал ребятам спуску. А так как домой мне добираться было не на чем, я сидел, смиренно дожидаясь друга, и смотрел, как на поле команда Коула выполняла сложные, но действенные приемы, придерживаясь намеченной тактики. Он, как всегда, был хорош. Игра быстро меня утомила. Мой лучший друг был отменным игроком и обожал футбол, я же его ненавидел. И каждый день на протяжении недели мне приходилось на все это смотреть… Скорей бы починили мою машину.

Но больше всего раздражало то, что тренер Дикс каждый день пытался затащить меня в команду. Я столько раз слышал от него оды моему таланту, что мог даже их цитировать.

Спустя пятнадцать минут тренировка закончилась и ребята пошли в сторону раздевалки. Поднявшись со своего места, я махнул Коулу, обращая на себя внимание. Когда парень наконец увидел меня, я, решив ни на минуту не задерживаться, чтобы не столкнуться с тренером, направился к машине Коула на парковке.

Мне совершенно не нравилось зависеть от друга, даже в такой мелочи. Необходимо получить обратно свою машину.

Я стояла в светлой и просторной кухне. Комната напоминала один из глянцевых разворотов какого-нибудь крутого интерьерного журнала: красивые подвесные шкафчики, фрукты для декора и встроенная техника, способная выполнить любую работу. Хозяйке, как в старых рекламных роликах, оставалось только красиво извлечь из духовки готовый пирог или индейку и, конечно, широко улыбаться. Высокие окна кухни открывали вид на домашний бассейн.