Принцип вмешательства
Шрифт:
– Вот на последнем фронте им вряд ли что-то светит, - хмыкнул "гладиаторец".
– Ну да, - согласилась Шурка.
– Они тоже пришли к такому выводу, когда из Кимовска группа вернулась с рассказами о ваших похождениях в городе и в иных мирах, поскольку никакая пластическая операция магических способностей все-таки добавить не в состоянии. В общем, Стас буквально жаждет поговорить с вами тремя и желательно в обход Ивана. Как он там выразился? Если уж вмешательства все равно не избежать, хотелось бы его хотя бы контролировать.
– А тебя он прислал на переговоры?
– уточнил Глеб.
– Нет. Он вообще не в курсе, что я с кем-то из вас
– Девушка внимательно взглянула на собеседника.
– Слушай, Комолов, а если откровенно, как ты вообще до такой жизни докатился?
– Ну, наверное, примерно так же, как и ты до шпионажа в пользу Ивана, - предположил парень.
– Я? До шпионажа?
– Шурка расхохоталась.
– Не смеши мои кроссовки. Это правильнее было бы назвать сплавом побочного продукта. Не на мемуары же мне получаемую информацию копить? А так хоть какой-то дополнительный доход.
– Зачем же ты тогда с ликвидаторами связалась, если не из-за информации?
– удивился Глеб.
– А вот это уже мое личное дело, - отрезала девушка.
– В общем, основную мысль ты понял. Если передумаешь, звони - я тебе мобильник Стаса надиктую.
– Я подумаю, - пообещал Глеб, уже наверняка зная, что думать не будет. Связываться с ликвидаторами, в особенности через голову Князя, у него ни малейшего желания не было.
– Шур, а среди той побочной информации, которой ты не хочешь засорять мемуары, не проскакивала мыслишка, разъяснившая бы, по какой конкретной причине вся эта каша заварилась?
– Они сами точно не знают, - пожала плечами Шурка.
– Наверняка известно, что озеленяющий взрыв произошел в той шарашке, что на Красноармейском проспекте торчала. Шарашка относилась к тому же ведомству, что и Стас с компанией, но что именно могло рвануть, неизвестно. Единственная зацепка, которую они раскручивают, это информация о том, что незадолго до аварии их тульские коллеги приволокли из параллельного мира какую-то здоровую дуру, которую они предпочли не протоколировать в отчетах. Координаты мира они как раз и пытались выяснить в Кимовске.
– А зачем было в такую даль тащиться?
– удивился Глеб.
– Это ты у меня спрашиваешь? Понятия не имею. В общем, насколько я поняла, попытка не удалась. А самое грустное, что все это исключительно теоретические выкладки, поскольку шарашка благополучно улетучилась и проверить на практике ничего не возможно, о чем вся комиссия по чрезвычайным ситуациям хором скорбит, когда их соглядатаи от нашей родной администрации не слышат.
– В одном я могу твоего Стаса порадовать, - сообщил "гладиаторец".
– Шарашка не улетучилась. То есть, улетучилась, но не совсем, и теперь мотается по городу, как ей заблагорассудится. Если хочешь, можешь подбодрить Мареева со ссылкой на источник, пожелавший остаться неизвестным. Правда, не уверен, что посещение этой шарашки будет очень хорошей идеей...
– добавил парень, припомнив блудничество и исполинский силуэт Тысячеглазого.
– А информация проверенная?
– деловито спросила Шурка, разом насторожившись.
– Более чем. Я его своими глазами видел два раза - сначала посреди леса, как раз в районе Красноармейского проспекта, а второй - на Осиновой Горе, откуда оно на моих глазах и улетучилось. В первый раз мы даже внутрь заходили - погром там зверский, и такое впечатление, что с момента этого погрома несколько лет уже прошло.
– А принцип и
– с надеждой уточнила девушка.
– Даже наметок никаких?
Глеб покачал головой, решив не упоминать, что Инари в последний раз ухитрилась определить местоположение здания каким-то своим способом. Полученная от ликвидаторов информация и так была им полностью компенсирована.
В лагерь парень вернулся в одиночестве. Шурка, сославшись на кучу дел и нежелание видеть лишний раз Княжескую физиономию, улетучилась. Кот, обихаживаемый соскучившейся за два дня Ленкой, посмотрел на Глеба, как на врага народа. "Гладиаторец" сделал каменную физиономию и сосредоточился на выскребании из котелка остатков уже остывшей каши, попутно пытаясь свести воедино все имеющиеся на данный момент сведения о происшествии двухнедельной давности. Все еще скудные, конечно, сведения, но уже хоть что-то. Во всяком случае, главное их подозрение подтверждалось - все неприятности начались с блуждающего НИИ. Вот что именно за дрянь и откуда приволокли туда ликвидаторы, это, конечно, вопрос куда более интересный. У Глеба, правда, имелись смутные подозрения, что его видения касательно гробницы на болотах, несмотря на скептицизм ведьмачки, могут иметь какое-то отношение к причинам аварии, но дальше подозрений дело пока не шло. Парень не мог даже точно сказать, что именно искали ликвидаторы в гробнице, и где она находилась - были ли это болота Алагири или какого-нибудь другого Пограничного мира. Проверить это можно было бы, совершив повторный визит в Алагирь, но без участия Инари эта вылазка все равно не представлялась возможной. А Инари как сквозь землю провалилась.
"Да за это время десять институтов сверху донизу обыскать можно было", - раздосадовано подумал "гладиаторец", снова плетясь к ручью на отработку Кафа. Он был прав во всем, кроме одного - ведьмачка даже и не думала заниматься поисками и обысками блуждающего НИИ. В настоящий момент она находилась в Черном Лесу на той самой поляне, через которую не далее как вчера попадали в Пограничный мир ликвидаторы, и очень внимательно слушала Николая Вахлюева...
Глава 13. Загадки бродячего института
Нет, изначально-то Землю Грифонов Инари покидала с самыми благими намерениями. Выйдя из лагеря, она направилась к Осиновой Горе, не слишком надеясь встретить бродячее здание там, но рассчитывая хотя бы взять его след. Предчувствия ведьмачки полностью подтвердились: площадь, на которую в прошлый раз выбросил ее маятник, по-прежнему была пуста, а разбуженная каверна четко указывала направление на "Княжеград". Инари тяжело вздохнула. Похоже было, что история похождений института выходит на второй виток.
"Может, оно вообще только так и может перемещаться?" - без особой надежды на собственную правоту предположила ведьмачка, чувствуя, как к глухому раздражению от неудачи начинает примешиваться иное неприятное ощущение, хорошо ей знакомое. Слабое пока что жжение в спине могло означать только одно - грядет очередной приступ. Как всегда не вовремя и что-то слишком уж быстро после предыдущего. Инари вытащила из нагрудного кармана пузырьки с аспирином и анальгином, задумчиво взвесила их на ладони и снова убрала обратно. Все-таки окончательного доверия к человеческим таблеткам у нее не было, так что ведьмачка решила использовать их лишь в совсем уж крайнем случае. Теперь оставалось еще решить, каким способом добираться до предполагаемого места нахождения блудного института.