Чтение онлайн

Илоне удивилась:

– Ненавидишь?

Он вздохнул и, будто нехотя, ответил:

– Я провёл больше десяти лет в одной комнате. И никого рядом. Не хочу снова быть в таком же положении.

То есть муж говорил о своём недавнем заточении в Вышеградской крепости, в одной из комнат Соломоновой башни. "Женщин в той комнате не было", - подумала Илона, но ей совсем не хотелось жалеть недавнего узника, вынужденного провести много лет в воздержании. Несколько дней, проведённых в постоянном ожидании "ухаживаний", убили в ней всякое сочувствие к "горю" Ладислава Дракулы.

–

Но ведь твоя спальня в этом доме - совсем не та комната, в которой ты провёл много лет, - вкрадчиво произнесла Илона.
– В твоей нынешней спальне ты впервые оказался всего месяца полтора назад, когда поселился в Пеште. Да? Неужели, за такой малый срок она тебе надоела?

Муж улыбнулся. Наверное, он думал, что жена пытается его понять, а ведь на самом деле она стремилась от него избавиться.

– Днём я вполне могу находиться в любой комнате и не вспоминать прошлого, - сказал Ладислав Дракула, - но ночью всё по-другому.
– Он опять вздохнул и снова заговорил через силу: - Знаешь, когда я только оказался в Пеште... когда меня сюда привезли и заперли в этом доме, я... мне было очень трудно спать. По ночам, лёжа в той спальне, куда ты меня сейчас выгоняешь, я часто просыпался и не мог понять, где нахожусь. В темноте мне казалось, что я по-прежнему в Вышеграде, в верхней комнате Соломоновой башни. Мне казалось, что всё вернулось, и что никто не станет меня освобождать. Я вскакивал и начинал в темноте ощупывать стены, предметы, чтобы убедиться, что обстановка не та, а с тобой...
– Ладислав Дракула вдруг улыбнулся и погладил Илону по щеке, - с тобой всё иначе. Я просыпаюсь и вижу - ты рядом. Значит, теперь всё хорошо. Я свободен. Ты - моя свобода.

Муж крепко обнял её, поцеловал в плечо, а затем в шею, говоря:

– Ты - моя свобода. Ты даже не понимаешь, как сильно мне помогла.

Теперь настал черёд Илоны вздохнуть. Разговор, который поначалу был лёгким, теперь оказался даже труднее, чем она предполагала с самого начала. Муж рассказал ей то, чему она могла сочувствовать и сочувствовала. Как выгнать такого из спальни? Как?

– Я знаю, что это ребячество, похожее на детский страх темноты, - продолжал Ладислав Дракула, поцеловав жену в мочку уха, - но... позволь мне перебороть этот страх позже... не сейчас.

Жёсткая щетина на подбородке мужа по-прежнему царапала Илоне кожу, и это ощущение, будто трёшься о кирпичную стену, напомнило супруге Дракулы о том, от чего ей хотелось бы избавиться хоть на одну ночь.

– Я понимаю, - произнесла Илона, - но я не могу позволить тебе всё время оставаться у меня. Дело не только в завтрашнем причастии. Подумай, что люди скажут.

– А что они скажут?
– муж перестал её целовать и теперь просто смотрел ей в лицо, обнимая за плечи.

– Скажут, что мы не соблюдаем посты, потому что ты всё время в моей спальне.

– А как они узнают?

– Через слуг, - ответила Илона и грустно улыбнулась.
– Слуги всё время болтают о господах. Наши слуги будут знать, что ты не ночуешь у себя, и случайно скажут об этом кому-нибудь из соседских слуг, а соседские слуги проболтаются своим господам, и так об этом узнают все, пойдёт молва. Я этого не хочу.

– Ты вышла замуж за Ладислава Дракулу, но тебя беспокоит, что скажет молва?
– муж удивлённо поднял брови.

– А если эта молва дойдёт до священника в храме, куда я буду ходить?
– строго спросила Илона.
– Что если он из-за молвы не захочет допускать меня

к причастию? Решит, что я - грешница.

– Одного взгляда на тебя достаточно, чтобы понять, что это не так, - хитро улыбнулся супруг.

– Если бы это оказался священник, который меня давно знает, то он бы, наверное, не поверил молве, но этот меня не знает, - всё так же строго возражала Илона и напомнила о событиях минувшего дня: - Я только вчера ходила, чтобы представиться настоятелю храма и сказать, что теперь буду посещать службы, потому что поселилась неподалёку.

– И что?

– Настоятель спросил, будет ли кто-то приходить вместе со мной, а когда я сказала, что замужем за некатоликом и назвала твоё имя, этот священник очень насторожился. Я хочу заслужить его доверие, поэтому... не могу выполнить твою просьбу и позволить прийти ко мне сегодня вечером.

– Что ж. Я понял, - ответил Ладислав Дракула. Он произнёс это очень спокойно, хоть и разочарованно.

"Не рассердился, - обрадовалась Илона.
– А то, что будет сейчас, я вполне потерплю". Однако терпеть ничего не пришлось, потому что супруг оставил жену в покое и вышел из комнаты. Неужели, обиделся? Илона даже почувствовала себя виноватой, но это ощущение быстро прошло, потому что она вдруг обнаружила - обиженный муж так и оставил шнурки на её платье сильно ослабленными. Привёл всё в беспорядок и ушёл! Значит, супруге теперь следовало самой кое-как затянуть их, а затем позвать служанку, чтобы та сделала всё хорошо.

"Ах, он обиделся!
– насмешливо думала Илона.
– А как я выгляжу в глазах челяди, ему и дела нет. К примеру, я растрёпана и в мятом платье, а он как будто не понимает, что слуги решат, глядя на меня такую".

Впрочем, обида недавнего узника оказалась совсем не сильной. На следующий день вечером он уже вёл себя как ни в чём не бывало.

* * *

Наверное, Ладислав Дракула проявлял повышенное внимание к своей супруге не только потому, что за минувшие тринадцать лет стосковался по женщинам, но и от безделья. Илона вдруг догадалась об этом утром в среду, то есть в постный день, когда увидела, что муж сидит на крыльце и рассеянно наблюдает, как слуги по очереди выводят лошадей из конюшни и чистят. Ладислав Дракула явно не знал, чем заняться!

Илона, остановившись в дверях дома, несколько мгновений смотрела на широкую спину своего супруга, сидевшего на ступеньках, и на ту картину, которая разворачивалась перед ним. Наверное, могла бы смотреть и дольше, но он почувствовал её взгляд, обернулся. Поначалу заулыбался, но затем, очевидно, вспомнил, что сегодня среда, как-то сник и снова принялся смотреть, как чистят лошадей.

"А ведь я так мало знаю о нём", - в очередной раз напомнила себе Илона. И вот именно теперь представился случай побеседовать, поскольку она могла быть уверена, что её случайная улыбка или слова сочувствия не окажутся истолкованы как согласие немедленно идти в спальню.

Супруга Дракулы решительно двинулась вперёд и, подобрав юбки, села на ступеньках рядом с мужем. Тот вопросительно посмотрел на неё, а Илона поспешно заговорила:

– Я давно хотела тебя расспросить о том, как ты жил раньше.

– О том, что я делал в Валахии?
– усмехнулся муж.
– Об этом до сих пор ходит молва. Неужели, она до тебя не дошла?

– Нет, я хотела спросить о том, что было ещё раньше, - серьёзно ответила Илона.
– Я слышала, что ты не всегда жил в Валахии. Твои детские годы прошли в Эрдели, как и мои.