Чтение онлайн

– Знаете, – оторопело вклинилась в его визг Рита, – я, наверное, адресом ошиблась.

У нее мелькнула мысль, что адрес правильный, а у родственников Ольги есть какие-то серьезные проблемы, с одной из которых и отождествил ее неизвестный оратор. В любом случае вероятная будущая родня резко перестала ей импонировать. Оставалось надеяться, что Алешина юношеская влюбленность пройдет, как и все предыдущие, не портя генеалогическое древо столь одиозными личностями.

– А-а-а! – злорадно взвыл хозяин. – Сбил я тебе планы-то! А со мной пообщаться не хочешь?

– Нет, – быстро и совершенно искренне отреагировала

Рита, старательно убеждая восставшее обоняние немного потерпеть.

– А что так? – Хозяин с ехидным участием склонил башку набок и поцокал впотьмах языком.

– Да вот как-то… – неопределенно ответила гостья, пытаясь нашарить за спиной дверную ручку. Надо было взять с собой Максима, а не ходить неизвестно куда в одиночку. Не исключено, что собеседник обычный шизофреник в стадии обострения, которая у подобных больных как раз случается весной.

– Придется! Я хочу раз и навсегда расставить все по своим местам! Не желаю жить в постоянном ожидании твоей немотивированной мести! Кстати, даже если у тебя и есть какая-то мотивация, то она в любом случае плод твоего болезненного воображения!

Страх колкими мурашками пробежал по Маргошиной спине, пощекотал затылок и ледяной волной свалился в ноги, сделав их тяжелыми и вялыми. Мысль, что ее сейчас покалечат, перепутав с кем-то другим, энтузиазма не прибавляла.

– Что ты затеяла? Отвечать быстро и не раздумывая!

Колясик был уверен, что фактор внезапности ему поможет. Сообразив, что Рита пришла к Ольге одна, видимо, считая, что дома никого больше нет, уставший трястись за свою шкуру мужик вознамерился немедленно выжать из нее все подробности предстоящей акции, орудием которой Маргоша явно выбрала его безмозглую дочь. Но начать допрос сразу у него не хватило выдержки, из-за перенесенного стресса из Николая полезло всякое бабское нытье и причитания.

Татьяна затаилась в комнате, боясь выйти. Она не поняла, кто пришел, но уже заранее не ждала ничего хорошего. Страх за дочь, совершенно выпавшую из реальности и не реагирующую на внешние раздражители, ужас перед грядущей расплатой за давнее предательство, стыд в предчувствии неизбежной встречи с Ритой – все это опутало и раздавило Татьяну, лишив моральных сил жить дальше. Остались лишь животные рефлексы, и в душе агонизировал инстинкт самосохранения.

Олечка даже не повернула головы на несшиеся из прихожей вопли. Ей было все равно. Она уже не ощущала себя ни жертвой, ни личностью, все более осмысленно поглядывая в сторону тяжелых портьер, закрывавших такое светлое и манящее окно. За ним была прозрачная бесконечная голубизна и ощущение полета, обещавшего вечное счастье.

Побороться с Ритой на равных Николай, конечно, хотел бы, но, будучи человеком разумным, сознавал, что эта борьба сродни восстанию комара против свернутой в трубочку газеты – оценивать свои силы надо объективно. Может, эти олигархи свои проблемы под асфальт закатывают. Поэтому он выбрал позицию несправедливо репрессированного, решив воззвать к Маргошиной совести. В крайнем случае Колясик планировал сдать вновь обретенную семью: так опытный гроссмейстер жертвует пешкой, чтобы спасти партию.

– Я хотела с Ольгой поговорить, – пролепетала Маргоша, лихорадочно соображая, как лучше вести себя с психопатом.

– Разговаривай! – И Коля втолкнул

ее в скромно обставленную комнату, а сам подошел к дивану, на котором кто-то лежал.

Запах чеснока смешался с запахами затхлого воздуха и лекарств. Риту замутило. В комнате было сумрачно, несмотря на то, что за окнами давно разлился ясный солнечный день. Маргоша моргнула и вскрикнула от неожиданности:

– Ты?

– Я! – хором ответили хозяева, только у Татьяны это получилось жалко и полуобморочно, поскольку Риту она узнала в первое же мгновение, а у Колясика – нагло и с издевкой, словно он так все и задумывал, давно планируя судьбоносную и впечатляющую встречу.

Маргоша не узнала в растрепанной обрюзгшей женщине старую подругу, она опознала лишь молодцевато выпячивавшего грудь Николая.

– А… как… как ты сюда попал?

Рита не понимала, что происходит. Она давным-давно вычеркнула этого мужчину из своей жизни, а он продолжал преследовать ее, словно консервная банка, привязанная к машине молодоженов. Даже наличие в квартире Алешиной девушки, дрессированного медведя или симфонического оркестра удивило бы Маргошу меньше. Никаких логичных объяснений появлению там Николая она не могла найти. Более того, не хотела. Внутри что-то противно задрожало, и ей захотелось сбежать: просто так, на всякий случай.

Тем временем несправедливо репрессированный занялся разъяснением своей позиции, торопясь успеть сформировать Маргошино отношение к происходящему раньше, чем она сосредоточится.

– Я понимаю, ты там у себя в башке что-то такое наформулировала и теперь злобишься на весь свет, но любая глупость должна иметь границы! Ущербные люди склонны искать стрелочников, но ты была такой идиоткой, что просто напрашивалась на подобное отношение. Не я – так другой! В этой жизни каждый получает именно то, что заслуживает, каким бы несправедливым это ни казалось! У тебя все произошло так, как и должно было произойти! Ты должна была бороться за свое счастье, а не рушить жизни других!

У Риты снова возникло подозрение, что Николай ее с кем-то перепутал. Не исключено, что таких, как она, у Колясика было много. Пропустив эпитеты про собственную ущербность и идиотизм, она попробовала найти в помещении вменяемых, но ни лежавшее на диване тело, ни страшноватого вида тетка с трясущейся губой и блеклыми выкаченными глазами таковыми не являлись.

– За что ты убила бедную девочку? – взвизгнул Николай, попытавшись принять величественную позу обличителя, в связи с чем стал похож на жирафа, проглотившего нечто несъедобное: глаза выпучились, брови уехали вверх к лысоватому темечку, а тонкая шея вытянулась, выперев подергивающийся от избытка эмоций кадык. Отставленная в сторону для пущей многозначительности позы нога тоже подрагивала.

– Абсурд какой-то. – Рите стало дурно. – Кого я убила? Что ты несешь? Что здесь вообще происходит? В конце концов, я не к тебе пришла, а к Ольге!

– Ах, пришла почтить память невинно убиенной жертвы? – ерничал Коля. – Хочешь посмотреть, как мы с Танькой мучаемся? Смотри, наслаждайся. А еще посмотри на девочку, которую ты обрекла на безумие! Да, да! Не надо свои глазки тут выкатывать! Это по юности они у тебя ничего были, а теперь, уж извини, помяла тебя жизнь, не впечатляешь! Ты желала, чтобы моя дочь сошла с ума?