Приманка
Шрифт:
– «Эй-Уан пластикс».
Компании такой, конечно, не существовало. Вернее, она была зарегистрирована, но никаким пластиком там не занимались. Это была мафиозная структура, которая давала деньги в долг под громадные проценты.
Мадди попросила к телефону Боба Джонсона. На пару секунд воцарилось молчание.
А потом мужской голос на другом конце провода резко спросил ее:
– Кто это? – По его голосу чувствовалось, что он был в панике.
Мадди назвалась и чуть не улыбнулась. Она, конечно, до сих пор до смерти боялась
Мужчина сказал, что он не знает никакого Боба Джонсона, но тем не менее попросил ее оставить контактный номер телефона.
Вскоре зазвонил ее мобильник.
– Это Боб Джонсон, – услышала Мадди.
Мадди подумала, что она узнала голос, но она не была полностью уверена. Все это было так давно! К тому же Боб Джонсон – не настоящее имя, а код. Ей показалось только, что этот голос немного изменился.
– Так с кем я говорю? – спросил он.
Мадди во второй раз назвала свое имя, и по той паузе, которая за этим последовала, поняла, что он узнал ее.
– Так откуда ты звонишь, детка? – спросил он наконец. Это прозвучало так нагло, что Мадди не выдержала и рассмеялась.
– Так я тебе об этом и скажу! – проговорила она и посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что они еще не выследили ее. – Помнишь обо всех этих «поручениях», которые вы заставляли выполнять моего отца? У него кое-что осталось на память. Доказательства. Их достаточно, чтобы посадить кое-кого за решетку, причем надолго. Я хочу предупредить – если со мной что-нибудь случится, тут же куда надо будут разосланы письма, в которых есть сведения о том, где спрятаны эти доказательства.
На этот раз молчание длилось довольно долго.
– А ты знаешь, что бывает с маленькими глупыми девочками, которые угрожают серьезным людям? – Голос его стал злобным. – Могу тебя заверить, ничего хорошего.
Мадди опять рассмеялась и сама почувствовала, как нервно прозвучал ее смех – как она не старалась, ей не удалось скрыть свое напряжение.
– Ты хочешь сказать, что кто-то пошлет заказного убийцу, чтобы разделаться со мной? Правда, вы это уже сделали. Но я все еще жива. Послушай, я просто хочу жить своей жизнью. Если меня никто не тронет, я тоже никому не причиню никаких хлопот. Все эти доказательства никто никогда не увидит.
– О каких доказательствах ты говоришь?
– Ты хочешь, чтобы я привела тебе пример? – мгновенно среагировала Мадди. – Хорошо. Мой отец присутствовал, когда убивали Теда Цицеро. Убийца выбросил пистолет. Отец потом вернулся и забрал его. Я на все сто уверена, что там полно отпечатков пальцев.
Она услышала, как он задержал дыхание, и поняла, что попала в точку.
– Где пистолет? – резко спросил он.
– Послушай, я хочу, чтобы вы оставили меня в покое, – сказала она, стараясь говорить спокойно. – Если мне хотя бы просто покажется, что за мной следят, я отдам этот пистолет – и другие улики, которые остались от моего отца, – федералам. Они
– Если я не ошибаюсь, у тебя самой были проблемы с Бюро, – прерывисто сказал он.
– Так не заставляй меня выбирать между вами и ими.
Мадди чувствовала все возраставшее напряжение.
– А что еще, кроме пистолета, у тебя есть?
Сердце у нее бешено билось, но Мадди изо всех сил старалась не показать своего волнения.
– Ну, хотя бы пленки. Отец носил на себе диктофон, когда ходил с вами на дело. И еще… да, у него осталась стопка стодолларовых купюр, которые ему дал Риццо-младший. Есть и еще кое-что.
Он немного помолчал, а потом сказал:
– Детка, позволь мне дать тебе совет. Самым разумным для тебя было бы вернуться туда, откуда ты сбежала, и привезти с собой все, о чем ты говоришь. Кстати, я ничего не знаю ни о каком наемном убийце. Да и о толстом Теде Цицеро или Риццо-младшем.
Мадди хмыкнула.
– Лучше пойди и доложи обо всем, что я сказала, тому, кто у вас там сейчас за главного, – сказала она. – А потом свяжись со мной. Только побыстрее, а не то я начну действовать.
И с этими словами она отключила телефон. А потом, опасаясь, как бы ее не вычислили, она быстро выехала с заправки и поехала к центру города, где стала бесцельно разъезжать по улицам, опасаясь где-либо остановиться. Ей представлялись наемные убийцы, которые засекли ее мобильный номер и мчатся на всех парах, чтобы ее прикончить.
К тому времени, как телефон зазвонил во второй раз, она вся превратилась в комок нервов.
Боб сказал ей, что, хотя никто из них понятия не имеет, о чем она говорит, они все же хотят с ней договориться: живи сам и дай жить другим.
Конечно, когда мафиози ведут себя так, как будто ты их лучший друг, очень скоро тебе могут вонзить нож в спину.
Мадди это прекрасно понимала.
Она не блефовала, когда говорила о том, что доказательства их преступной деятельности существуют. Ее отец был уверен, что когда-нибудь у него появится шанс использовать их и вырваться из лап мафии. Он называл все, что ему удалось собрать и припрятать, своей «страховкой» и хранил эти улики в сейфе, в безопасном месте. К сожалению, в последний раз она видела сейф за неделю до того, как сбежала.
Но это было, в сущности, не важно. Самое главное, чтобы они поверили – у нее есть все эти вещественные доказательства.
Может быть, этого будет достаточно, и она останется в живых. Конечно, она шла на риск. До этого момента она даже не предполагала, что у нее есть склонность к таким опасным играм. Но сейчас, когда ставки были сделаны, она подумала, что она все-таки дочь своего отца.
То, чего она хотела всю жизнь, стало вдруг достижимым. Сделав все от нее зависящее, чтобы обезопасить себя, она была готова рискнуть. Она не будет никуда сбегать, она останется.