Приманка
Шрифт:
– И это проблема?
– А как ты думаешь, Клэр?
Она вызывающе пожимает плечами.
– Я вот что скажу, – заявляет Конни. – Он вряд ли признается, когда его язык у тебя между ног.
– Я слышу нотку зависти? – вполголоса произносит Клэр. – Уж не нуждается ли сама психиатр в легкой терапии?
Конни делает раздраженный жест.
– Клэр, я понимаю конфликты, которые ты переживаешь. С одной стороны, ты чувствуешь себя используемой, оскверняемой этой операцией; с другой – этот мужчина вроде бы предлагает тебе любовь и возможность самоуважения.
– А он возможен?
– Что?
– Какой-то прок от операции?
Фрэнк бросает на Конни предостерегающий взгляд.
Клэр продолжает:
– Я вчера ходила в юридическую библиотеку и обнаружила там кое-что интересное. Слышали когда-нибудь о процессе «Кесселс против государства», постановления Верховного суда от восемьдесят четвертого года? Нет? Ну так позвольте изложить его суть. Любые записи, сделанные без ведома и согласия подозреваемого, не могут быть приняты как доказательство.
– Это так, – признает Дербан.
– Так зачем же все это? – шипит на него Клэр, указывая на стены, микрофоны, камеры, скрытые провода, окружающие ее филигранной клеткой. – Зачем я это делаю?
– Да, ты права. Если мы получим пленку с признанием Кристиана, она не будет принята в суде, но может быть использована на допросах. И в конце концов даст нам шанс доказать в управлении, что этого подозреваемого нужно разрабатывать.
– И моя роль кончается на полу монтажной.
– Клэр, – говорит Фрэнк, – то, что ты делаешь, неоценимо. Он готов раскрыться, я чувствую. Тебе нужно только нажать покрепче.
– Мне нужно принять душ! – резко бросает она, поднимаясь.
– Ты уже принимала, – не подумав, отвечает он.
Клэр бросает на него яростный взгляд и захлопывает дверь ванной.
Во второй половине дня она опускает все шторы, сидит в темноте и смотрит телевизор, включив звук почти на полную громкость.
– Что она там делает? – спрашивает Уикс, придя под вечер сменить Фрэнка.
– Ничего особенного. Судя по звуку, смотрит старые фильмы. Плачет. Расхаживает туда-сюда.
– Понятно, – говорит Уикс, меняя каналы, – артистический темперамент.
Клэр входит в Некрополь. В комнате темно, светится только экран.
«Виктор?
«Клэр, я надеялся, что ты вернешься.
«Виктор, мне нужна помощь.
«Готов на все, мой ангел.
«Тебе это не понравится.
«Посмотрим. Для извращенца у меня очень широкие взгляды.
«Я хочу встретиться с тобой. Лично. ВРМ.
Долгое молчание. Клэр кажется, что она слышит шелест телефонных проводов, негромкое жужжание помех, свистки и гудки модемов, покуда их молчание мечется между спутниками, перетекает от компьютера к
«Виктор?
«Клэр, это свидание?
Она думает о том, скольких мужчин увлекает, для скольких играет роль, становясь химерой, плодом их воображения.
«Извини. Просто дружеское. Но поверь, это очень важно.
Еще одна долгая пауза. Или случайное запаздывание на сервере?
«Ты где?
«В Нью-Йорке. А ты?
Клэр ждет.
«Поблизости.
«Где тебе удобно?
«В Ист-Виллидж, на Сент-Марк-плейс есть интернет-кафе. Могу встретиться там с тобой в семь часов.
«Как я тебя узнаю?
«Войди в сайт. Там я тебе скажу.
«Спасибо, Виктор. Я бы не просила без необходимости.
«Знаю, милочка.
Глава тридцатая
Клэр появляется в кафе на четверть часа раньше и усаживается за портативный компьютер в углу.
Рядом с ней две японские девушки погружены в серьезную компьютерную беседу. Деловая женщина оживленно отстукивает отчет, барабаня по клавишам двумя пальцами. Подросток играет в компьютерную игру.
Небольшая группа туристов; пожилой человек с косичкой, словно бы передающий кодовое сообщение; женщина в кожаной куртке, возле нее лежит стопка книг; несколько занятых делом студентов и хитрого вида мужчина в длинном плаще, держащий пустую чашку из-под кофе.
Клэр входит в сайт и спрашивает:
«Виктор, ты здесь?
«Здесь, Клэр.
«Здесь в сайте или здесь в кафе?
«И то, и другое. Как ты выглядишь?
«Двадцать пять лет. Короткие белокурые волосы. Черная джинсовая куртка фирмы «Гэп и Ливайз». Сижу в углу.
«А что красива, не сказала.
Клэр поднимает взгляд. Деловая женщина сочувственно улыбается.
– Неужели ты стала бы пытать кого-нибудь?
Виктор, то есть Патрисия, отвечает:
– В фантазиях я мечтаю о сексуальном господстве. Но еще и о том, чтобы не было войн на земле, о жизни с Кейт Мосс и карьере профессиональной гитаристки. Клэр, я сознаю свои обязанности перед обществом. Хочу жить среди людей, а это означает, что мне, как и всем, нужно регулировать свои желания. – Пожимает плечами. – Правда, хороших подвластных найти трудно, особенно если ты толстая, старая лесбиянка. Но моим гетеросексуальным приятельницам тоже как будто не легче.